Агония Титана (СИ)

Собирает силы и делает рывок к Алире, двигаясь скорее по наитию, чем реально понимая, куда перемещается. 
Но ему везет. Правая сторона лица горит и причиняет немыслимую боль, но он заглушает ее, одергивая идиотку Дею, размыкая сплетенные руки девушек. 
Сердце лихорадочно бьется в груди, и он думает только о том, что потерял ее. 
Но нет. У Алиры, лежащей без движения, обгорела только ладонь. Сумасшедшее везение.
Весь остальной мир просто перестает существовать. 
Он поднимает ее на руки, понимая, что больше никогда не отпустит. 
- Что с тобой? Алира… Девочка моя… Ты выживешь, даю тебе слово… Слышишь меня?.. Будь здесь… Со мной…
Сам себя не узнает. Не чувствует собственной боли, стараясь забрать ее. Осматривает всю с ног до головы, но понимает, что у нее нет серьёзных повреждений. Тех, с которыми не смогли бы справиться лекари. 
На обгоревшей руке Алиры он видит легкий порез, все еще сочащийся кровью. 
Ну, разумеется… Яруз. 
Стискивает зубы и прикрывает глаза, пытаясь успокоиться. 
Правитель Колдора сам находит его, выбегая на балкон в окружении стражи. 
- Мой господин, - он с трудом переводит дыхание от страха и бега. – Ты уже здесь! Я думал увидеть тебя много позже. 
Александр ничего не отвечает, но видит, как хмурится Яруз, разглядывая его лицо. 
Сам чувствует, что что-то не так. Правую часть словно облило раскаленным железом и сейчас оно въедается в развороченную кожу. 
- Твоя цена, - спокойно произносит он, желая со всем этим покончить побыстрее.
- Я давно изучал вас, - кланяется Яруз, - даже пожертвовал собственной сестрой, зная, что она может быть вам полезна…
- Прекрати трепаться и назови цену, - рычит он.  
- Я… Я хочу быть как вы, - вдруг ошарашивает его Яруз, вызывая удивление и усмешку. – У меня есть вдоволь власти. Есть армия, собственная планета…
- Одна часть которой тебе не подчиняется, - усмехается Александр, чувствуя, что только одна сторона лица поддается мимике. 
- У меня есть все, - Яруз пропускает этот укол мимо ушей. - Но я больше не хочу быть диктатором. Я хочу быть богом. 
- Я не могу раздавать Силу с древа Хиджи. Не наделен такой способностью, - холодно отвечает он. 
- О, да-да, я знаю, - быстро кивает Яруз, осмеливаясь сделать шажок вперед и нервно соединяя кончики пальцев, словно совершает самую выгодную сделку в жизни. – Но я верю в то же, во что и титаны нового времени. – Он расплывается в жабьей улыбке, и Александр испытывает раздражение просто от того, что смотрит на это насекомое, предавшее свою семью ради выгоды. – Что раз вы нашли Сияющую, то сможете перенести древо Хиджи обратно на Эвир, закрыть пролом и восстановить свою былую мощь. 
Глаза Яруза светятся алчным блеском, и Александру блевать хочется от одной только мысли, что с ним придется провести вечность на одной планете. 
Не стоит говорить о том, что все это лишь догадки, почерпнутые из Древней Книги Мира и из видений Фуллы, которая и вовсе играет по собственным правилам. 
Яруз, должно быть, прекрасно обо всем осведомлен и сам. 
- Я всегда держу слово, - произносит Александр, даже не пытаясь скрыть своего презрения. – Ты получил свой билет на Эвир. 
- Спасибо! Спасибо, мой Тэр! – Яруз валится перед ним ниц, и Александр решает, что с него достаточно. 
С силой отталкивается от каменной плиты, чувствуя, как она разламывается в крошку под его ступнями и взмывает вверх, держа на руках ту, ради которой готов был перевернуть весь мир. 
***
В Хаяте его ждали удивленные лица и глаза, которые Тэры и послушники стыдливо отводили от него.
Передал Алиру на руки лекарям, рыкнув:
- Шкурой отвечаете за нее. Если что-то пойдет не так, ваши тела и тела ваших близких будут украшать подворотни Хаята. Это ясно?
Они быстро-быстро кивали, унося девушку, в которую он впивался жадными глазами. 
Отпустить ее от себя даже на минуту было мучительно. Теперь в нем постоянно жил страх, что Алира может внезапно исчезнуть. 
 
Но он найдет ее. 
Всегда будет искать. 
И если понадобится, достанет хоть с того света…
- Ты привел ее, - восхищённая Эра вплывает в его комнату. Светлые волосы уложены локонами, а тело облепляет полупрозрачная белая ткань с голубым поясом на талии. Никакого поля для фантазии. Взгляда мельком Александру хватает, чтобы понять, что он видит каждую мышцу, каждую складку на ее теле. – Сдержал обещание. 
- Сколько удивления в твоем голосе, - стоит к ней спиной, стягивая с себя испещренную дырами и перемазанную кровью рубашку. 
Он надеется, что это намекнет Эре на то, что ему нужно принять душ после всех этих гребаных приключений, но ее голос звучит много ближе, чем в первый раз: 
- Ты приятно удивил меня, Александр, - голос принимает бархатные нотки, и он чувствует, как ее рука начинает скользить по плечу, очерчивая подушечкой пальца основания мышц. – Признаюсь честно, я до последнего сомневалась в тебе. – Она подходит так близко, что он сцепляет зубы, чувствуя тепло ее тела. – Но ты доказал свою верность, показал, что мы не ошиблись в тебе, когда приняли обратно в семью…
Руки Эры чуть подрагивают, обхватывая его торс. Она плотно прижимается к нему, впиваясь губами в кожу между лопаток:
- Александр… Почему ты так холоден… Ну, же… Я здесь… Я хочу принадлежать тебе…
Он крепко стискивает зубы, думая о том, что трахнуть Эру было бы не самой плохой идеей. То, как она отирается о его спину грудью с торчащими сосками, даже вызывает в нем легкий интерес. 
Но представив, как раздвинет ей ноги, как войдет в нее, испытывает какое-то странное отвращение, рассоединяя ее руки и вызывая ее протяжный протестующий стон. 
- Чего тебе еще нужно? – взрывается она. – Что там между ног у этой девки, м? Что ты не можешь никак вылезти из-под ее юбки? Какого черта, Александр! Смотри на меня, когда я говорю с тобой!
Он поворачивается медленно, чувствуя, как правая часть лица все еще пульсирует болью, и Эра затыкается на полуслове. 
Она смотрит на него пораженно, делая несколько шагов назад и прижимая руки к груди, словно не веря, что сама просила взять себя еще несколько секунд назад. 
- Метка Сияющей, - наконец произносит она, а губы подёргивает злобная усмешка. – Она наказала тебя за все, Александр. Теперь даже шлюха в борделе будет спать с тобой только за тройную цену. 
Эра заходится оглушающим, раскатистым смехом, отлетающим от стен комнаты, заставляя Александра сцепить кулаки и зубы. 
- Кстати, твоя шавка, Виера, отныне пленница Мулцибера и Зейна Мора. Решила, вдруг тебе будет интересно. 
- Бл***! – рычит, делая шаг к ней. – И все это время ты молчала? 
- Я была занята, Тэр Александр, - Эра сверкает глазами, скрываясь за створкой двери. – Счастливой вечности в одиночестве.  
Рывком надевает рубашку, чтобы пойти за Виерой, которая стала пленницей по его вине. По его, бл***, вине. Потому что свихнулся на белобрысой девчонке и все равно что предал свою воспитанницу. 
Бл***.
Хотелось рвать на себе волосы из-за того, что башка окончательно перестала работать, когда Алиры не было рядом. 
Проходит мимо зеркала, мельком замечая то, во что превратилось его лицо, и замирает, ощущая, как воздух перестает поступать в легкие. 
Возвращается, вращая головой, и усмехается. Но теперь это больше похоже на оскал. 
Правая сторона лица, та что была ближе к вспышке света, теперь стала сплошным изуродованным куском плоти. 
Шрамы тянулись от скулы к ключице, бугрясь бардовыми пятнами светового ожога. 
Александр знал, что эти метки не сможет излечить ни один лекарь. 
Горько усмехается, вспоминая реакцию Эры и отводит глаза от зеркала. 
Искорёженный кусок плоти. 
Вот чем он был теперь. 
Это все, что от него осталось. 
Алира никогда не захочет быть с ним по собственной воле. От осознания этого сжал кулаки, чувствуя, как гул адской боли нарастает в груди и резко выбросил кулак вперед, заставляя зеркальную поверхность разлететься на осколки к его ногам.