Агония Титана (СИ)

- Не надо было предавать меня, Алира. Бл***! – орет, на секунду замирая, и я стараюсь отползти от него, но его рука ложится на мой затылок, оставляя на месте и больно сжимая волосы. Я бью его руками по лицу и телу, до куда только могу дотянуться, но это только словно еще больше заводит его. Он оголяет мою грудь, сминая ее в своих руках и начиная рычать. Я чувствую, как загорается жаром его тело и как учащается дыхание, вызывая во мне смесь какого-то звериного желания и отчаяния. 
- Долбаный монстр! – ору я, чувствуя, как слезы начинают хлестать по лицу. – Ненавижу тебя!
- Еще недостаточно сильно, - рычит он, отодвигая пальцами мое белье, а затем я чувствую, как его член упирается в меня и начинаю скулить еще больше. – Если ты ненавидишь меня, то я сделаю так, чтобы быть достойным этого по-настоящему. 
Его рука перехватывает меня под живот, натягивая на себя, и я хриплю, чувствуя, как из глаз сыплются искры от того, как сильно он меня растягивает. 
- Отпусти! – хриплю я, ощущая его огромную вибрирующую плоть внутри себя, и пытаюсь вытолкнуть его, но Александр делает еще один толчок, доставая еще глубже. 
- Тебя заводит это, да? – хрипит на ухо, и я начинаю плакать еще больше, когда его руки принимаются болезненно сжимать мою кожу и грудь, оставляя красные следы. – Маленькая… Порочная… Шлюшка… - он долбит мое тело врываясь в него с громкими хлопками, и я утопаю от презрения к самой себе, когда начинаю кричать он его толчков внутри. Болезненно-приятных и грубых до жестокости. – Мокрая… Всегда мокрая для меня… - его рот всасывает кожу на моем плече, а член начинает долбить тело еще сильнее, заставляя расползаться уже знакомую вибрацию от низа живота. – Нет… Так быстро это не закончится… - Александр сдирает с меня платье под ужасающе-громкий треск ткани, и ставит меня на четвереньки, перехватывая за бедра и начинает грубо притягивать к себе, заставляя стонать биться в его руках. Наши тела взмокли, а мой разум совершенно отъехал, потому что когда он притягивает меня к своей спине, хватая за шею и впиваясь в рот жестким поцелуем, я отвечаю ему, впиваясь ногтями в сильные предплечья, накрывающие мою грудь. 
Меня накрывает Тьма. Она потоком струится вокруг наших тел, жаля и кусая мою кожу. 
Александр везде. Он сожрал мое тело своей мощью и проник внутрь… В легкие… Я дышу им, абсолютно теряя саму себя.
- Остановись… Умоляю тебя… - хриплю пересохшими губами, но начинает двигаться еще быстрее, вновь толкая меня на четвереньки. 
- Остановлюсь… Когда сам… Посчитаю… Нужным… 
Ярость в его голосе столь осязаемая, что я наконец-то понимаю, - теперь так будет всегда…
Все то, что я сделала… Создала монстра своими собственными руками… Это будет откликаться пока не погаснут звезды…
- Бл***… - он рычит, натягивая меня грубо на свой пах в последний раз, и я вскрикиваю, понимая, что тело предает меня, содрогаясь оргазмом, а внутри начинает разливаться его горячее семя. 
Александр выдергивает из меня свой член, отпихивая от себя, словно последнюю шлюху, а потом встает, натягивая брюки и хватая рубашку с пола. 
- Я рад, что тебе понравилось. Теперь так будет всегда, птичка. 
- Не ненавижу тебя! – переворачиваюсь на кровати, резко вскакивая и налетая на него. По ощущениям – я с разбегу врезалась всем телом в скалу. 
Александр перехватывает мои руки, смотря в глаза абсолютно безэмоционально:
- Мне насрать, что ты чувствуешь, - холодом в голосе, словно влепляя мне пощечины. - Я буду иметь тебя так жестко и грубо, как мне только вздумается. А ты будешь стонать, выкрикивая мое имя, когда я буду кончать в тебя. Это теперь твоя роль, Алира. Ты сама ее выбрала. 
- Пошел к дьяволу! – изловчаясь нечеловеческим усилием, я вырываю руку и что есть силы влепляю ему пощечину. – Когда-нибудь я буду полностью управлять своим даром! И тогда я испепелю тебя в прах!
Сама пугаюсь тому, как яростно выглядит его профиль и тому, как поджимаются губы. 
Он ударит меня. Точно ударит… Или просто заставит тьму сожрать мое тело, расщепить его на атомы…
 
Но он вдруг отпихивает меня от себя, валясь на матрас и отворачиваясь лицом к окну, а потом произносит с горечью, которая, кажется, мне просто мерещится: 
- Когда-нибудь так и будет, Алира. Но пока ты принадлежишь мне. 
  
Глава 28
 
Он озверел, когда увидел ее на балконе рядом с другим мужчиной. 
Летел к ней, бл***, разрывая все мыслимые и немыслимые преграды пространства и времени. Мечтал увидеть, почувствовать рядом, а вместо этого ощутил только черное сжирающее марево, когда увидел другого, сжимающего ее в объятиях. 
Башку снесло моментально. 
Убить. Раскрошить в мясо и смотреть, как они оба истекают кровью. Собрать по частям, а потом разорвать по новой, чтобы смерть не стала для них облегчением. 
Посмотрел в глаза мальчишки, Гиба, и сразу там все прочитал.
Он хотел Алиру. Его, бл***, Алиру. И Александр бесится еще больше. Не зная, успел ли этот пацан воткнуть в нее свой член. А как она расплачивалась с ним за побег? 
Зубы стискивает, а перед глазами все кровью заливается. 
«- Хочешь я покажу тебе ее судьбу, в которой нет тебя? Хочешь я покажу тебе ее мужа, детей, родителей… Хочешь ли увидеть ту счастливую жизнь, которую ты никогда не сможешь ей подарить?..»
Он убьет их. Обоих. 
Не будет у нее никакой другой судьбы кроме него. Он просто бл*** не позволит ей больше никогда покинуть спальню. 
Гребаная шлюха. 
Он дал ей все, а взамен получил кол в сердце и предательство в придачу. 
Да еще с кем?!
С этим щенком Гибом, который обладал самым презренным даром в Эвире. 
Тессы и Тэры молились о том, что на их дитя не сошла эта Сила. 
Быть невидимым. Быть никем. Быть больше, чем никем – предателем. Потому что только самые скользкие и изворотливые ублюдки могли получить Силу, помогающую следить за другими. 
Сплевывает от мерзости, понимая, что сам бы сдох скорее, чем жил с этой заразой. 
Победить мальчишку оказалось легко до разочарования. 
Александр не сумел даже насладиться его агонией, а Гиб уже харкал кровью в ручьи дождя. 
Твою мать… И как это ничтожество могло быть сыном Эмира? 
Он освободит его семью от унижения, растоптав этот кусок дерьма. 
И здесь она:
- Нет… Умоляю тебя… 
Она молит его, чтобы он не убивал ее любовника. Глаза наполнены слезами отчаяния. 
И его просто с катушек срывает. 
Рычит и отпихивает от себя, чтобы убить на месте. Чтобы не разорвать ее плоть на части прямо здесь, подчинившись зверю внутри. 
Пугается лишь на секунду, видя ужас в ее глазах, а потом видит, как она приземляется на каменные плиты. 
Титаны не могут погибнуть от подобной мелочи. 
Он знает это наверняка, а потом возвращается к пытающемуся уползти щенку на полу балкона. 
Усмехается, захватывая его голову рукой и расплывается в улыбке, слыша, как трещит его череп.
- Можешь начать умолять меня… - произносит на ухо, ловя болезненный кайф от того, что враг повержен. – Ну же, мальчик, я могу сохранить твою шкуру в целости…
Гиб хрипит что-то нечленораздельное и в какой-то момент Александр даже думает, что в нем проснулся мужик, готовый умереть с достоинством. 
- П-пожалуйста… Н-не… Убивай…
И он разражается громким смехом. 
Только это он и хотел узнать. Ему нужно было всего лишь подтверждение того, что эта мразь ничего из себя не представляет. 
Смерть Гиба была Александру ни к чему. Жалкий кусок мяса. 
Он хотел лишь показать Алире, как она ошиблась с выбором. 
И поворачиваясь в сторону, где она лежит, Александр просто не успевает среагировать. Не успевает укрыться тьмой сразу, и в его грудь и лицо ударяет ярчайшая вспышка света. 
Слыша, как шипит и плавится кожа, он плотнее накидывает на себя тьму, сжимая зубы. 
Сила Астарты пробудилась. 
Он просто не понимает, как это могло произойти.