О времени, о душе и всяческой суете
Мой гастрономический панегирик как будто выпил из меня все соки и лишил дара речи. Может быть, их восстановит еще порция ликера. Я наполнил свой бокал.
– Между прочим, – сказал барон, копируя меня, – какое забавное совпадение! Еще в Ге-сюр-Сон я вспомнил… С вами все порядке?
– К-кажется… Да, – ответил я.
На мгновение передо мной встала неразрешимая, но, к счастью, незначительная проблема. Задумавшись о своем импровизированном гимне еде, я вдруг осознал, что восхвалял многое из того, чего на самом деле никогда не видел. Я не пробовал и половины того, что описывал с такой страстью, а что до вин, так держать их у себя в подвале мог позволить себе только миллионер!
Какое сильное влияние, должно быть, оказывает этот «Digestif du Tertre» на пустой желудок!
Придя в себя, я сказал:
– Прошу вас, продолжайте.
– Я хотел сказать, что, пока изучал бумаги Грегуара, которые мне удалось скопировать, я вспомнил, что хозяин ресторана «Тертр» говорил, будто его digestif создан по рецепту восемнадцатого века. Думая, что, раз у него имеется такой рецепт, он сможет помочь мне расшифровать кое-какие записи Грегуара-отца, я вернулся в ресторан – якобы за тем, чтобы приобрести бутылочку фирменного ликера. Я действительно купил вот эту самую бутылку. Поболтав с хозяином, я достал наиболее подходящие из шести приобретенных мною рецептов, чем привел хозяина в ужас. Едва взглянув на них, он заявил, что это копии рецепта, по которому делался его ликер, и попытался чуть ли не подкупить меня, чтобы не допустить попадания их в руки коммерческого производителя!
Усмехнувшись, барон осушил полбокала.
– Я упомянул об этом не столько потому, что это пример мелочности, свойственной многим занятым в торговле людям (хотя не лучше ли поделиться чем-то незаурядным, если можно создать его в достаточном количестве, чем держать это в тайне, чтобы всего несколько человек получали прибыль?), и даже не для того, чтобы продемонстрировать, как влияние поваров из моего семейного château, вероятно, сохранилось после провозглашения Республики. Нет! Я привожу это в доказательство того, что, если бы отец Грегуара не помешался на алхимии, он мог бы стать кулинарным первооткрывателем и стоять в одном ряду с Каремом и Брийя-Савареном [36] или даже превзойти их! Как печально, что его гений служил другим задачам, а его сын… Что ж!
– И все же… – проговорил я.
– И все же… – тяжело вздохнув, повторил он.
И в этот момент меня в первый и последний раз посетило истинное вдохновение.
А может быть, благодарить стоит digestif, как подумал я позднее.
Так или иначе, следующим вечером мы поужинали в «Тур Даржан». И, не считая того, что барон перебрал с выпивкой, и последовавшего за этим похмелья, он полностью пришел в себя и вовсе не возражал против моего плана.
После всего этого я несколько сожалею лишь об одном, а именно: теперь у меня значительно меньше времени на творчество. С другой стороны, я больше не ощущаю сильного финансового давления, обязывающего меня на скорую руку набросать какое-нибудь сочинение, лишь бы в этом месяце оплатить счета. О моих рутинных расходах великолепно заботятся мои вклады в концерн «Здоровое питание «Евробрита», чью продукцию мы часто покупаем и можем рекомендовать.
Как мы поступили с Грегуаром?
Ах, в этом суть моего вдохновения. Видите ли, барон кое-что упустил: несмотря на мои преувеличенные оскорбления, дураком Грегуар вовсе не был. И не мог быть. Я убедился в этом, как только заглянул в кухню, где он трудился, и обнаружил в ней электрическую печь и отдельную высокоуровневую духовку со стеклянной дверцей. Это вам не открытый огонь в кухне родового château. Несколько минут расспросов, и он раскрылся, как мидия на горячей сковородке, как будто раньше его никогда не спрашивали о том единственном деле, в котором он действительно разбирался: кухонном оборудовании. Неудивительно, если учесть характер его прошлой работодательницы, каким я его себе представлял.
Выяснилось, что он работал на чугунных плитах, которые топились углем, на газу, даже на плитах с газовыми баллонами и керосином, а в тяжелые времена вернулся к дровам. Кажется, однажды он спалил какую-то мебель, но в этом он не признался.
Что ж, принимая во внимание его огромный опыт работы с различным кухонным оборудованием, не думал ли он, что пришла пора встать во главе действительно огромной кухни и обзавестись подчиненными? Более того, заметил я, мы могли бы дать вам титул!
Его угрюмость испарилась в мгновение ока. Вот она, амбициозная мечта, которую он лелеял все свои двести лет: чтобы к нему обращались с почтением. Воистину дитя дореволюционных лет! Это, конечно, не тот титул, который люди носили тогда, но опыт работы с многочисленными приборами помог ему понять, что в мире произошли определенные перемены.
И теперь, в помещении, превосходящем размерами главную залу château, заполненном огромными чанами и бойлерами из нержавеющей стали, куда необходимые ингредиенты доставляются грузовиками – оптом гораздо дешевле, – правит бал Грегуар, обладатель титула Contrôleur du Service de Surveillance Qualitative [37], и все, даже барон, называют его Maître.
Еще до того, как он начал бриться, он запомнил, что ни с кем, кроме хозяина, не должен обсуждать свою долгую жизнь, посему в этом плане проблем не возникло. В большом городе он поначалу держался неловко, но это отнесли на счет его долгого пребывания в глуши, в крохотной деревушке возле Ге. Рано или поздно кто-нибудь непременно заметит, что, питаясь одним и тем же, он внешне не стареет.
Но это определенно пойдет на пользу продажам.
Галактический потребительский отчет номер четыре
ТЕКМАТИЧЕСКИЕ КЛУБЫ «ВЕЩЬ МЕСЯЦА»(Отрывок из журнала «Экстраваганза», выпуск за весну 2333 СЗГ,квартальное приложение к изданию Ассоциации потребителейКонсолидированной галактической федерации)Введение
Ради членов нашей ассоциации с Луксора, Одинокой звезды и Эльдорадо – чей средний доход составляет двадцать семь миллионов кредитов (а то, что они не успели потратить за год, ежегодно конфискуется согласно налоговым законам) – мы три года назад придумали концепцию данного приложения и его громкий девиз: «Чем больше тратишь, тем меньше получаешь!»
К сожалению, на пути к запуску возникли задержки, на которые мы никак не могли повлиять. Только когда накопилась прибыль от увеличения стоимости подписки уровня «люкс» на наш ежемесячный журнал «ВЫГОДНАЯ ПОКУПКА», мы сумели хотя бы внести залог за достаточно дорогие товары, чтобы начать их тестировать. Наконец, обзаведясь денежными средствами, мы испытали великое разочарование: практически все достойные нашего внимания дорогостоящие предметы жители трех вышеупомянутых планет уже скупили. Например, машину для кванча в настоящее время не купишь ни за какие деньги; несмотря на дороговизну – а стоили они шестнадцать миллионов кредитов, – все они теперь находятся в чьем-то частном владении, и до тех пор, пока их создатели – Йог – не посетят эту часть галактики снова – примерно через пятьдесят тысяч лет, – на рынке, судя по всему, их больше не будет.
Мы подумывали о том, чтобы открыть особый филиал на Луксоре, чтобы, по крайней мере, иметь возможность одолжить кое-какие предметы для испытаний. Однако благотворительные организации вроде нашей там строго запрещены, поэтому пришлось отказаться от этой идеи.
Теперь мы наконец придумали категорию услуг, потенциально полезных тем, кто ищет способ избавиться от лишнего богатства. Вынуждены признать, что провели куда более поспешное исследование, чем обычно, но в кои-то веки нам требовался лишь один критерий для определения пригодности товара: он должен стоить бешеных денег и быть, по сути, бесполезным.