Любовь Викинга (СИ)

Пока я летала, где-то в своих облаках, мы подошли к высоким воротам. Высокая арка была не меньше десяти метров в высоту и четырех в ширину. Сами ворота были выстроены из серого камня, на которых были выбиты руны. Возле самой арки из-под земли виднелись огромные корни дерева, которые буквально обвивали врата, оберегая их от времени и физических воздействий. Больше я ничего не смогла рассмотреть, так как взору мешали пышные грозовые облака. Помимо ворот и корней дерева, здесь были и два черных ворона. Они сидели по бокам от арки на каменных постаментах и пристально разглядывали меня.
— Это врата в Мидгард. Самый низкий ярус моего мира, что стоит на земле. Этот мир человеческий. Иначе его именуют как срединная усадьба. Сам Мидрагд окружен миром злых чудовищ и великанов. Этот дикий мир хаоса называется Утгардом. У него нет границ, он бескраен. Ограда Мидгарда была создана богами из частей тела первобытного великана Имира, принесенного в жертву и расчлененного так, чтобы создать мир богов и людей. Море — из крови, землю — из мяса, скалы — из костей, облака — из мозга.
В моем мире верховных богов называют асами. Есть еще ваны, живущие в Ванахейме. Помимо нас богов, есть духи природы — альвы, великаны — турсы, царство которых лежит за морем, и карлики — цвеги, которые живут в недрах земли. Великаны, воплощение хаоса, воюют с нами. Их родина располагается к востоку от Мидгарта, сразу же за Железным лесом. Они существа тупые и злобные, но при этом владеют мудростью недоступной нам, богам, поскольку древнее нас. Карлики же копят несметные сокровища в недрах гор, они искусные кузнецы.
Огромный океан, что омывает, все ярусы моего царства, изначально был создан хаосом. В глубинах его вод обитает змей Ёрмунганд, чье тело опоясывает весь Мидгард, проводя границу между Мидгардом и Утгардом.
Все ярусы связывает мировое дерево, ясень Иггдрасиль. Его ветви раскинулись над всем миром, а корни уходят вниз, в Хель. Хель — это подземный мир — царство мертвых, место, где вечно томятся в заточении подлые убийцы, умершие от болезней и старости, а также соблазнителей чужих жен и нарушителей других норм родового права. Вход в это царство находится под одним из корней Иггдрасиля, прямо на границе с Утгардом.
Иггдрасиль омывает три источника. Рядом с ними сидят три вещие девы — норны Урд, Верданди и Скульд (Прошлое, Настоящее и Будущее) — закончив на этом свой длинный и фантастический рассказ, Один толкнул одну из двух створок врат рукой.
Скрип, похожий на открывающуюся в фильмах ужасов дверь в темное помещение, сильно ударил по ушам. Переступив через порог, Один потащил меня за собой. Открывшийся мне вид сильно напоминал экранизацию книги Толкиена «Властелин колец», только на скандинавский манер. На улицах города кипела жизнь. Красивые пышные деревья украшали длинные аллеи и даже крыши некоторых домов. Сами дома были выстроены из грубо отесанных камней, с черепичными крышами и остекленными окнами. Цвет самих домов был в основном серым, но по ходу движения, иногда попадались желтые и даже красные. Сами улицы были широкими, уходящими далеко вдаль к линии берега, по синей глади которого плыли большие, искусно вырезанные из дерева ладьи викингов.
По земляным, утоптанным улицам бродили молодые и красивые мужчины. Высокие, мощные, идеальные как мистер Олимпия. Все белокурые с длинными волосами, заплетенными в косы и перевязанными пестрыми лентами, что на удивление не придавало им женственности, а даже наоборот. Из одежды на них были только брюки и сапоги, что делало их в свою очередь эталоном мужской красоты и сексуальности.
Заметив нас с Одином, все мужчины одновременно склонили перед нами головы и подняли их только тогда, когда мы отошли на приличное от них расстояние.
— А женщин здесь нет, кроме Валькирий? — поинтересовалась я у бога войны.
— Нет, только Валькирии и ты — загадочно ответил мне Один, сворачивая к длинному устремившемуся вверх мосту, возле которого стоял великан в золотых доспехах с воткнутым перед собой в землю мечом. Устремив свой взор вдаль, я смогла рассмотреть в просвечивающейся дымке облаков, бело серебристые стены высокой крепости.
 
— Асгард — гордо разнеслось у меня над головой — Мир богов-асов и Валькирий. Сюда тянется один из трех корней древа Иггдрасиля. Асгард был построен каменщиком-гримтурсеном с помощью его коня Свадильфари. За его услуги асы должны были ему отдать Солнце, Луну и Фрейю. Но благодаря Локи работа не была выполнена в срок и мы избежали расплаты.
У каждого бога есть свой чертог. У меня — Валаскьяльв, дворец с серебряной кровлей, туда мы собственно и направляемся. Неподалеку от моего чертога живут павшие на поле битвы воины — эйнхерии. Их дворец Вальхалл. У нашего стража, Хэймдалля, который охраняет Радужный мост — Биврёст, в Асгарде тоже есть свой чертог — Химинбьерг. Последний — Трудхейм, дворец моего сына Тора, — поведал мне Один поднимаясь по мосту в небо. Хотя, куда еще выше, если учитывать, что мы и так на небесах?
Радужный мост был похож на золотой с резными бортиками подъемник. Под ногами блестел гладкий пол, в котором я видела собственное отражение, как будто я сейчас смотрела на себя в отполированное зеркало. Мы молча шли по нему, каждый погруженный в свои мысли.
Что я могла сказать? Я была поражена до глубины души. Мир, в который мне посчастливилось попасть после смерти, был одновременно реальным и нереальным. Нереальным были города, парящие в облаках, скачущие по небу, верхом на лошадях, облаченных, как и их наездницы в золотые доспехи, Валькирии, великаны с ростом в пять человек и волки размером с медведя.
Как раз такой волко-медведь мчался со всех ног к нам на встречу. Любая женщина на моем месте уже давно упала бы в обморок от страха, но не я. Я вросла ногами в поверхность моста, ощущая в висках удары собственного сердца. Сжав пальцы в кулаки и, прикусив нижнюю губу, я стала ждать. Все это время пока я готовилась к поединку Один не сводил с меня своего пронзительного глаза.
Тем временим, за волком-переростком из облаков выскочил еще один, такой же как и первый, волкозавр. Приблизившись к нам, хищники замерли перед Одином, склонив свои огромные головы к зеркальной поверхности моста.
— Гери — сказал мужчина, указывая на черного волка с красными глазами — И Фреки — указал Один на другого с белой шерстью и такими же красными глазами, как и у Гери.
— Эти волки являются моим воплощением физической мощи — проинформировал меня бог войны, отпуская мою руку, которую все это время держал в своей горячей ладони.
Затем он ласково погладил каждого волка по голове и что-то шепнул им на ухо. В ту же секунду два огромных хищника, развернувшись, стремглав побежали в ту сторону, откуда пришли, виляя своими пушистыми длинными хвостами.
— Зачем Вы мне все рассказываете? — недоверчиво спросила я Одина, который всю дорогу рассказывал и показывал свой мир, будто знакомя меня с будущим местом проживания.
— Как ты заметила, у меня нет одного глаза. Мне пришлось пожертвовать его Мимину за знание будущего. Три луны назад я увидел в своих снах сильную и отважную девушку, которая поможет моим детям вновь обрести веру в своего небесного отца и вернуться в Вальгаллу.
Самый сильный и отважный викинг отрекся от своего отца, продав свою душу Хель, богине подземного царства. Она обманом склонила его на свою сторону, заставив позабыть свои корни и потерять веру в меня. Его душа очень важна для моего мира. После его смерти она поможет мне защитить Асгард от великанов, что сейчас стремительно надвигаются с востока. Их армия многочисленна.
 
Если великаны смогут прорваться через врата Мидгарда, то они впустят на эти земли первозданный хаос. С его разрушительной силой здесь все превратится в тлен. Море окрасится в черный, небеса запылают красным. Земля пойдет трещинами и все царство асов сгинет под толстым слоем земли. Боги будут порабощены и заточены в подземных темницах царства Хель. Богиня смерти взойдет на трон и будет править первозданным хаосом вечно.