Вик Разрушитель 5 (СИ)
— Скажи ему, что проверял работу всех узлов, — подсказал я Никанору. — Больше этого не повторится без согласования.
Личник-водитель бросил в рацию только первую фразу, отключился и мягко произнес:
— Вы были в своем праве, Андрей Георгиевич. Ограничений по трассе нет, поэтому никто не мешал вам ехать с такой скоростью. Влад сам прошляпил момент. Я потом ему лично выскажу, в чем он накосячил.
— Я понял тебя, Никанор, — киваю в ответ. Телохранитель прав. Представить гипотетически, что во время движения мою машину попытаются подрезать, чтобы похитить или еще хуже — убить. Как должен поступить водитель? Правильно. Попытаться уйти на скорости. А вот сопровождение не должно зевать, а действовать по инструкции.
После развязки Никанор ехал спокойно, соблюдая все правила. И тем не менее, простые водители, видя «Фаэтон» и идущий за ним как приклеенный мощный «Шторм» с гербом боярского рода, старались уступать полосу, если была такая возможность. Через пятнадцать минут мы уже были у ворот «Брюсовых палат». Площадка на выезде и возле сторожки была тщательно очищена от снега.
— Близко к воротам не подъезжай, — предупредил я Никанора. — Все равно машину на внутреннюю стоянку не пропустят.
— Еще не совсем доверяют? — пошутил личник.
— Боятся, — в ответ бросил я, и не замечая его ухмылки, вылез из салона на свежий морозец. Вроде бы не холодно, а вот ветер несет в себе запах влаги, щеки сразу же чувствительно защипало.
В здании КПП меня встречал охранник, а еще двое сидели за бронированным стеклом с едва видимыми следами рун, если смотреть под определенным углом.
— По какому вопросу, молодой человек? — спросил боец в камуфляжном одеянии без знаков различия, зато вооруженный по инструкции короткоствольным автоматом, пистолетом, наручниками и магическим жезлом-шокером. Видел, что вторая машина с гербом, и тем не менее, выбрал нейтральную форму общения.
— По поводу посещения архива и библиотеки, — ответил я, доставая пропуск.
— Разрешите? — охранник забрал у меня ламинированный прямоугольник и отдал через отверстие в окне своему напарнику, пялившемуся в монитор. — Проверь.
Тот сноровисто защелкал на клавиатуре, на какое-то мгновение замер, потом передал пропуск обратно.
— Действующий, — сказал он, мазнув меня взглядом. — Только там приписка стоит. При появлении позвонить в секретариат Александра Яковлевича.
— Звони, узнавай, — пожал плечами охранник, но отдавать пропуск не торопился, постукивая им по ладони.
Какое-то время стояла тишина, потом оператор оживился:
— Изольда Юрьевна? Доброго вам дня!
Я ухмыльнулся, вспомнив внушительный и привлекательный бюст секретарши, но подумал, что мне невместно так думать о женщинах, по возрасту годящихся мне в матери.
— А скажите, сам на месте? У нас на проходной стоит некий Викентий Волховский, хотя приехал он в сопровождении машины рода Мамоновых. Пропуск в архив действующий. Нет, мы и не думали ничего подобного… Ясно, спасибо.
Оператор с треском положил трубку телефона на рычаг и снова странно поглядел на меня.
— Приказано пропустить и немедленно, — сказал он. — Прикинь, даже не побежала к хозяину на доклад. Как будто уже имела инструкции насчет молодого человека.
Ну да, пропуск-то у меня на мелкопоместного дворянина Волховского, не успел поменять.
— Господин Волховский, вас просят зайти к Александру Яковлевичу, — добавил охранник за стекло. — Вовчик, проводи юношу до кабинета.
— Я знаю, где он находится, — попробовал покачать свои права, но был осажен.
— Не положено посторонним разгуливать в одиночку по Коллегии.
Вовчик — третий из охранников — видимо, находился в «оперативном резерве», и в отличие от напарников спокойно сидел на коротком диванчике и разгадывал кроссворды. Но сразу же встал, накинул на себя куртку и вышел из дежурки.
— Пошли, — он кивнул в сторону двери.
Я забрал свой пропуск и двинулся следом за Вовчиком. Понятно, что одного меня, несмотря на приказ Брюса, вряд ли пропустили бы через турникет. А так спокойно и без лишних вопросов поднялись на второй этаж, дошли до секретариата. Проводник кивнул мне на прощание и потопал обратно, сделав свое дело.
— Здрасьте, Изольда Юрьевна, — я широко улыбаюсь, входя в приемную. — Хорошо выглядите.
В платье кофейного цвета и с прической в виде замысловато сложенного на затылке кольца из заплетенной косы, она выглядела почти по-домашнему, если бы не этот ехидный и проницательный взгляд, оценивающий посетителя не по его вежливости, а по каким-то своим критериям.
— Господин Волховский, вы, как всегда, в своем репертуаре наивно-нахального юноши, — грудным голосом проговорила секретарша.
Интересно, мою старую фамилию она произнесла с умыслом или же до сих пор не знает о смене моего статуса? Впрочем, в Магической Коллегии к званиям и титулам относятся с прохладцей, как однажды поделился со мной отец. Там чутко ощущают конъюнктуру и знают, откуда и куда дует ветер. Стоит кому-то из княжеского или боярского рода попасть в немилость Мстиславским — все, в «Брюсовых палатах» ты почувствуешь ледяную стену отчуждения.
— Ну что вы, Изольда Юрьевна, я стараюсь быть очень вежливым, — делаю еще пару шагов вперед. — Александр Яковлевич, я слышал, хочет меня видеть?
— Ты два месяца уже не появлялся, он стал беспокоиться, — секретарша вышла из-за стола, непотопляемым крейсером прошла мимо, ударив запахом жасмина как поднятой волной в борт.
— Дела семейные, — нагоняю туману.
— Ой, не смешите, молодой человек! — фыркнула Изольда, по-своему восприняв мою фразу, и как-то ловко нырнула в кабинет своего патрона, приоткрыв дверь наполовину. Голос ее прозвучал глухо, но я услышал, что она говорила обо мне. Вышла почти сразу. — Куртку свою не забудь снять. Вон там вешалка.
Дождавшись, когда я разденусь и одерну свитер, бесцеремонно подтолкнула в спину, дескать, не тяни время и заходи побыстрее.
Никакого уважения к княжичу. В то, что она до сих про не знает, фамилию какого Рода я ношу, верится с трудом. Прав отец, чиновники от магии частенько за буйки заплывают, если образно выражаться. Но я-то в простецких условиях вырос, не успел зарасти коростой апломба и высокомерия. Снова улыбаюсь приятной даме с монолитным характером, и проскальзываю в кабинет Брюса. Дверь за мной сразу же закрылась.
— День добрый, Александр Яковлевич, — я подтягиваюсь, никакого разгильдяйства. Передо мной очень опасный дяденька. — Не ожидал, что вы меня к себе позовете. Я-то настроился в архиве поработать…
Брюс встречал меня, стоя возле окна. Он медленно подошел ко мне, оглядел с ног до головы. Похмыкал своим мыслям.
— А в гости, значит, недосуг заглянуть? — улыбнулся главный чародей. — Пропадаешь в своей Якутии, в гости к аборигенам ездишь, а нас забыл. Ну и как, не скучал?
— Все-то вы обо мне знаете, Александр Яковлевич, — делая удивленное лицо, ответил я. Захотелось поиграть в наивного мальчика. То, что сейчас сказал Брюс, стоило внимания. В клане отца затаился крот, постукивающий главному чародею. Впрочем, князь и сам знал про соглядатая, но до сих пор не мог его вычислить. Умный и осторожный гаденыш, говорил он про него.
— Работа у меня такая, молодой человек, — Брюс был доволен произведенным эффектом, но я подозревал, что и он играет. Показав рукой на широкое кожаное кресло возле журнального столика, приглашая сесть, чародей примостился напротив, закинул ногу на ногу и переплел пальцы на колене. Сверкнули магические перстни. — Не переживай так, я не собираюсь выпытывать тайны семьи Мамоновых. Про функционал Источников всех Родов мне известно, разве что некоторые детали для меня представили бы большой интерес. Но кто же будет делиться тайнами с чернокнижником? Ты знал, что меня так называют за глаза?
— Слышал, — помявшись, сказал я в ответ. — А вы знаете про все Источники?
— Мстиславские, Булгаковы, Куракины, Корибут-Воронецкие, Хованские, Долгоруковы, — стал перечислять Брюс. — Это лишь московские Роды, у кого довольно сильные Источники. По всей империи Источников насчитывается около двух сотен, но почти все они, как бы точнее сказать… осколки, части самых продуктивных и насыщенных Небесных Камней. Кому-то высокие князья дарили в знак верной службы, кто-то по счастливой случайности наткнулся на подобный артефакт самолично, как Булгаковы, к примеру.