Песок

Сунув письмо под себя, она приспустила главный парус и отпустила кливер. Скорость упала, и разговаривать стало легче. Вытащив письмо, она показала его Коннеру.
— Тут подпись папы, — сказала она. — Потому ты и говорил, что нам нужно уходить на запад? Из-за этого письма?
— Я его не читал, — ответил Коннер. Отдав румпель сестре, он взял письмо и прочел. Это была та самая потерявшаяся записка, о которой упоминала Лилия. Он повернулся к Вик. — Мне кое-что рассказала Лилия. Она прочитала часть письма, когда папа его писал, но сказала, что потеряла записку. Наверное, мама ее нашла. Понятия не имею. Но — угу, именно это мы и пытались тебе сказать. Отказаться от мысли отстроиться заново. Папа хочет, чтобы мы уходили дальше.
— Но Палм говорил, что не верит в эту историю…
— Палм пока плохо соображает. Он говорил, будто у этой девочки акцент, как у кого-то другого. Это ничего не значит.
— Девочки, которая наша сестра?
— Да.
Сарфер продолжал рассекать песок. Вик слегка зарифила парус.
— И какая она из себя, эта наша якобы сестра?
Коннер рассмеялся.
— Решительности ей не занимать. Послушать ее — можно подумать, что она намного старше. Да и прочих не самых лучших наших черт у нее хватает.
Вик рассмеялась в ответ:
— Такая же чокнутая, как и все мы? Похоже, мама была права насчет того, откуда все это берется.
— Угу, наверное. Она тебе понравится. И она тоже дайвер. Папа ее научил. Но она странно говорит…
Вик замерла и, уставившись на Коннера, сняла очки и повесила на шею. Глаза ее расширились.
— Что, если Палмер прав?
— Вик, я же тебе говорю…
— Нет — что, если эта девочка оттуда же, откуда и Брок?
— Вряд ли… — Внезапно Коннер понял, к чему она клонит. Что ее вывод противоположен выводам Палмера. — Черт, — проговорил он. — Угу. Господи… угу.
— Зачем кому-то хотеть сравнять с землей Спрингстон? — спросила Вик. — Зачем им хотеть сравнять с землей Лоу-Пэб? Палмер говорил, что эти люди нашли Данвар, но, похоже, им неинтересно было что-то оттуда добывать, они просто использовали его, чтобы точно определить на некоей карте местоположение этой их бомбы…
— Им было плевать на то, что тут осталось, — сказал Коннер, — потому что Брок не отсюда. — Он кивнул, вспомнив кое-что еще. — Лилия говорила, что в их лагере появлялось все больше и больше наших, что мы начали становиться для них помехой, будто крысы…
— Потому что все больше людей перепрыгивали через расселину, — кивнула Вик.
— И как им было прекратить этот поток?
— Вместо того чтобы сделать так, чтобы мы захотели остаться здесь, — сказала Вик, играя желваками на скулах, — они предпочли от нас избавиться.
— Сколько их, как думаешь? Тот парень, твой друг — он тоже?..
— Нет, — ответила Вик. — Он вырос в Лоу-Пэбе. Я знала его с детства. Я многое знаю о тех, кто водился с этой компанией, и они не возникли ниоткуда. Их вербовали.
— Но зачем кому-то из наших помогать им в чем-то подобном?
Вик ответила не сразу. Она подтянула кливер, и сарфер снова набрал скорость. Наконец она повернулась к Коннеру.
— Для этого достаточно одного сумасшедшего подонка, — сказала она. — Одного сумасшедшего с полными карманами денег, который умеет говорить правильные вещи. Больше ничего не требуется. Он смог найти достаточно тех, кто готов убивать ради удовольствия, ради некоей гребаной цели, ради хлеба и воды, ради монет и шанса взорвать все к чертям. — Она хлопнула рукой по румпелю и покачала головой. — Гребаный Марко, — проговорила она. Похоже, ей попал в глаза песок, поскольку ей пришлось снова надеть очки.
Коннер сгорбился на сиденье, пытаясь осознать саму возможность всего, о чем они сейчас думали. Он подозревал, что они с сестрой со всеми их бредовыми рассуждениями еще более чокнутые, чем Палмер. Казалось сомнительным, что хоть какое-то из их предположений может быть правдой. Но что было вероятнее? Что полумертвая девочка, приползшая к его палатке, была каннибалом с севера? Или что обезумевшие подонки, сравнявшие с землей Спрингстон, работали на кого-то, кто навлек свое проклятие с другого края Ничейной земли?
 
— Что думаешь? — спросила Вик, пристально глядя на брата.
— Думаю, что ты чокнутая, черт бы тебя побрал, — ответил Коннер. — И еще я думаю, что, скорее всего, ты права.
  
54. Лоу-Пэб
 
Вик и Коннер
Они припарковали сарфер на северной окраине Лоу-Пэба. Приближаясь к городу, брат с сестрой обсуждали, с чего начать. В Лоу-Пэбе не было никаких очевидных целей, в отличие от Спрингстона с его большой стеной. Они пока не решили, как действовать, но когда спускали главный парус, треск полотна на ветру сменился треском далеких выстрелов. Оба повернулись в сторону города. Похоже, найти источник проблем было не столь сложно, как они опасались. И к небу не поднимались столбы дыма, свидетельствуя о том, что они опоздали. Сидя на корпусе сарфера, они натянули полностью заряженные дайверские костюмы. Вик предложила пойти без баллонов, чтобы проще было двигаться.
— Если можешь кого-то закопать — действуй не раздумывая, — сказала она. — Отправляй их прямо вниз.
Коннер кивнул. Подобные слова об использовании костюма против других считались среди дайверов опасной ересью. Но они имели дело с людьми, которые убивали точно таким же способом других. Он не стал бы раздумывать. Вчера он спасал жизни. Сегодня он настроился на более страшную задачу — отбирать их. Надев оголовье, он последовал за сестрой в город. Оба шли пригнувшись. Лоу-Пэб выглядел вымершим, будто все исчезли или заперлись в своих домах. Недавно миновал полдень, по городу свистели ветер и песок. Стрельба прекратилась, и им оставалось лишь двигаться в ту сторону, откуда, как им казалось, они ее слышали. Повернувшись, Вик показала на песок. Кивнув, Коннер опустил маску. Его сестра скрылась под песком, и он, включив костюм и натянув на рот платок, последовал за ней.
Они перемещались под городом, где нырять было запрещено. Над их головами простирался пурпурный свод открытого воздуха, тут и там виднелись следы погребенных отбросов и мусора, железные клетки вокруг фундаментов, возведенные параноиками, но они не могли видеть, что происходит над дюнами. Двигаться таким образом было безопасно и быстро, но они не знали, куда именно движутся и есть ли кто-то наверху. Коннер лишь доверял сестре, держась рядом с ее ботинками. Он заметил, что она все время разглядывает множество голубых и пурпурных пятен над головой, будто в них содержалась некая информация.
Замедлив движение, она начала подниматься. Коннер последовал за ней. Увидев вокруг гущу песка, он понял, что они находятся внутри нанесенной ветром дюны. Вик пробила ее вершину, высунув голову, и то же самое сделал Коннер. Они подняли маски. Перемещая вокруг себя песок, Вик скользнула вперед — Коннер видел лишь ее голову, двигавшуюся по поверхности дюны, будто футбольный мяч. Его сестра могла перемещать песок множеством способов, о которых он никогда даже не думал, и ему приходилось учиться на лету, подражая ей. Он с трудом удерживался на том же уровне, отталкивая песок себе за спину. Глубоко вдыхая воздух сквозь платок, он снова напомнил себе, что не смог бы оставаться на глубине столь же долго, как она.
Подняв из песка руку, она показала на середину большой площади, окруженной импровизированными ларьками, — рынок в центре Лоу-Пэба. В ларьках висели товары, от прилавков с едой поднимался дым, пахло горелым мясом, но никто ничего не покупал и не обслуживал прилавки. По рынку были разбросаны около десятка окровавленных тел. Их застрелили, а все остальные сбежали в укрытие. Стало ясно, почему было так тихо. Коннер заметил в центре рынка небольшую группу мужчин. Кто-то где-то мучительно кричал. Не все, в кого стреляли, были мертвы. Пока.
— Подожди здесь, — сказала Вик. Опустив маску, она скользнула под песок.
— Ну уж нет, черт возьми, — бросил в пустоту Коннер и, опустив маску, нырнул следом за сестрой, уже превратившейся в удаляющийся зеленый силуэт. Она двинулась вдоль дюны в сторону широкого открытого пространства, где находилась рыночная площадь. Напрягая силы, Коннер нагнал Вик, когда та, замедлив скорость, скользила под землей на спине, глядя на пурпурные волны в поисках ботинок людей наверху — вероятно, намереваясь утащить их в песок, обездвижить, задушить.