Темное время суток (СИ)
Аркаим выстроен в ста километрах от незамерзающего Челябинского моря. Парадокс, но в арктической пустоши такое возможно — при условии, что на дне водоема извергаются вулканы и бурлят гейзеры. Энергию Аркаим получал од дрейфующей АЭС. Внутри купола инженеры создали климатическую систему, позволяющую защититься от наступающего ледяного ада. Всюду на глаза попадались оранжереи, сады и гидропонные секции. Ощущение такое, что ты попадаешь на космическую станцию.
Город сам кормил своих жителей. Тут располагались зерновые фабрики, теплицы, рыбные и птичьи фермы. Отходы полностью перерерабатывались, становясь удобрениями, газом и энергией.
Раз в десятилетие избирался Муниципальный Совет — он и определял дальнейшую судьбу Аркаима. Совет постоянно сталкивался с вызовами. Борьба за ресурсы с другими автономными городами, защита населения от банд мародеров, ремонт купола и коммуникаций, охрана плавучей АЭС. На периметре действовал жесткий контрольно-пропускной режим. Сталкеры, решившие отправиться за добычей в Челябинск, должны были получать специальные разрешения.
Торговля с соседними городами почти не велась, поэтому и деньги в Аркаиме никого не интересовали. Все необходимое горожане получали по электронным талонам, скачиваемым с центрального сервера на идентификационные браслеты. В талонах прописывались очки развития. Чем значительнее трудовой вклад аркаимца в общее дело, тем больше начисляется очков. При получении еды, одежды, топлива и других продуктов очки автоматически списываются. Уйти в минус невозможно — талон блокируется на нулевой отметке.
К чужакам в городе относились с опаской, хотя для них и была построена небольшая гостиница. Внешние деньги имели хождение исключительно на территории этого мини-отеля. Разумеется, проживание и питание стоили очень дорого.
Рамон не успел проехать и сотни метров, как его остановили. Из стен тоннеля выдвинулись бронированные створки. Никита ударил по тормозам.
— Стоять на месте, — раздался механический голос. — Ваше транспортное средство не значится в городском реестре. Приготовьтесь выйти из машины.
Рамон потянулся за «аграмом».
— Не вздумай, — остановил его Кадилов. — Это тебе не Дичь или Средиземье. Угробишь всех.
Пришлось поверить.
В стенах тоннеля образовались ниши. Оттуда вышли люди в бронекостюмах. Прямо как в фантастических лентах про звездных десантников. Лица закрыты шлемами. Карабины наперевес.
Служба безопасности мгновенно оцепила джип. К окошку водителя приблизился мужик с пистолетом.
Что-то щелкнуло.
Искаженный помехами голос обратился к незваным гостям:
— Руки на приборную доску. Заднее сиденье — руки за голову. Медленно выходим. Не дергаться.
Русская речь. Хоть что-то радует.
— Я поговорю, — шепнул Кадилов.
Рамон кивнул и открыл дверь.
Снаружи их поставили на колени и тщательно обыскали. «Аграм» Никиты отправился в принесенный контейнер.
— В машине есть оружие? — спросил командир.
— Есть, — честно признался Ефимыч.
Никита хотел выругаться, но сдержался. В службе безопасности работают профи. Все равно найдут.
Командир жестом отправил двоих охранников на обыск салона.
— Послушайте, — заговорил Кадилов. — Мы из профсоюза. Сделайте запрос в муниципалитет.
— Встать, — последовал приказ. — В шеренгу.
Когда охотники выстроились вдоль стены тоннеля, командир занялся детальным изучением гостей. Прохаживаясь вдоль «шеренги», он задержался напротив нюхача и Азарода. Рамон чувствовал, что эта парочка не нравится солдату больше всего.
— Кто вы?
— Профсоюз, — напомнил Кадилов.
— Нет сейчас никаких профсоюзов, — отрезал охранник. За его спиной мужики в бронекостюмах потрошили рюкзаки наемников. Стволы и патроны переносились в контейнер. Туда же последовал рунический топор, а вслед за ним — охотничьи ножи и стилет Ефимыча. Солдаты озадаченно вертели в руках странное оружие, тихо переговариваясь по внутренней связи. — Как вы попали в Аркаим?
— Портал, — сказал Валик.
— Что?
— Магический портал, — уточнил Никита. — Мы из другого мира.
Щелчок.
Никита понял, что командир подразделения переключается на внутреннюю связь. Тело, закованное в бронекостюм, замерло в трех шагах от Рамона. Около двух минут тянулись беззвучные переговоры. Потом раздался второй щелчок.
— Вы из профсоюза? — последовал вопрос.
— Да, — сказал Ефимыч. — Мы же говорили.
Охранник поднял руку, прерывая диалог. Третий щелчок. Диалог с руководством, неслышный для окружающих.
— Пока вы под стражей, — выдал свой вердикт командир. — Мы сопроводим вас в гостиницу для чужаков. Оружие останется у нас до выяснения обстоятельств. Машину отгонят в подземный гараж.
Рамон протестующе поднял руку:
— Мы на задании. Нам не обойтись без оружия. Внутри вашего периметра оборотни, и с ними нужно разобраться.
Охранник повернулся к Рамону спиной.
— Если муниципалитет прикажет, получите свои вещи обратно. Сейчас вам необходимо следовать за мной.
Бронированные створки, перегородившие тоннель, начали со скрежетом вдвигаться в стены.
Рамон не мог взять в толк одну вещь. Как переверты обошли местную систему безопасности? Если снаружи ночь, они бегают в зверином обличье. Никто не позволил бы разгуливать по Аркаиму компании агрессивных хищников. Конечно, местные жители не сталкивались с перевертами, но изолировать их в одной из подкупольных секций вполне возможно. Город напоминает космическую станцию — всюду блокирующие заслонки и аварийные механизмы. Муниципалитет ввел бы военное положение, объявил комендантский час. Применили бы усыпляющий газ или какую-нибудь технологическую хрень. Связались бы с профсоюзом, наконец.
Вот только этого не произошло.
Оборотни вошли в Аркаим и растворились среди его жителей. Пропали с радаров. Значит, у них был план.
И тут случилось озарение.
Подручные Лайета вошли в портал до того, как над северными областями Ётунхейма сгустилась ночь. Они были людьми. И у них имелись идентификационные браслеты, которые носят все жители Аркаима. Имея в запасе час до заката, можно выбраться с подземных уровней и найти пристанище в верхних кварталах. Это единственный путь.
Туннель превратился в пандус, закручивающийся вверх и направо. Никита понял, что переходит на следующий уровень.
* * *Рамон окончательно уяснил, что не готов жить в мирах, подобных Дичи. Во всяком случае, жить долго. Несколько месяцев, например. Средневековый антураж пробуждает романтическое настроение лишь в том случае, если вы начитались книг Вальтера Скотта или наслушались песен Высоцкого. Чуть ближе к реальности находятся Стругацкие и Мартин. Но даже они не дают полного представления о грязи, мерзости и дремучей тупизне жителей средневековых слоев.
Впрочем, средневековье — понятие относительное. Это как болезнь, которая либо проходит, либо перерастает в хроническую стадию. Дичь была той самой хронической стадией.
Никита вышел из портала на холмистый берег реки. Всюду вздымались сосны, под ногами — мох, иглы и шишки. Спустившись к реке, можно было рассмотреть домишки, примостившиеся к излучине в трех километрах от портала. Еще дальше громоздилось угрюмое замковое чудовище. Воздух был настолько чистым, что дух захватывало.
Вернувшись на холм, Никита сбросил рюкзак и достал из бокового кармашка карту. Если верить изображению, портал выбросил Рамона в окрестности славного города Кьёльна, находящегося под покровительством Гурта Белоголового и Антимашинной Церкви. Валик снабдил Рамона компактной брошюркой, рассказывающей о Дичи, и намекнул, что этот документ стоит изучить сразу.
Рамон действовал без колебаний. Установив палатку и выкопав костровую яму, он отправился собирать дрова. Уже через пару часов в яме потрескивал огонь, в котелке закипала вода, а хозяин палатки сидел на своем каремате, уставившись в профсоюзную брошюрку.
Содержимое книжечки напоминало выдержку из Википедии. Неведомый автор вкратце раскрывал историю среза. Особое внимание уделялось текущему мироустройству и тонкостям выживания. В самом конце описывались ключевые города. Давались адреса профсоюзных представительств.