Бесобой

— Ты же сказал, что она паршивая.
— Она паршивая была тогда, когда я не знал, чем всё кончится. К тому же я, если что, привру для красного словца, — заверил друзей чертёнок.
— Ну давай, рассказывай, всяко лучше, чем радио.
— Это та история, как тебя Совет захомут… — начал было Данила.
— Дань, давай без спойлеров. Если второй раз слушать не хочешь — можешь подремать часок, силы восстановить. Ну, короче, как ты, Марин, наверняка знаешь, я — демон из Ада. Но я не какой-нибудь там мелкий бес, когда-то я был…
— Быстрее, Урриард! У нас-с-с мало времени… Ты притащил бывшего глашатая Сатаны?
Визар Слиссат был похож на растянутую каплю грязно-голубого цвета. Ближе к верхушке капля утолщалась, и из утолщения торчали четыре руки и малюсенькая голова, прикрытая эбонитовой полумаской. Старые кости уже плохо держали раздувшееся от злоупотребления пороками тело, поэтому Слиссат опирался на узловатый посох, в котором, как и полагалось представителю легиона колдунов, когда-то таилась мощная магия, а теперь сам по себе он мог лишь тусклым светом разгонять темноту и становился мощным оружием только в руках очень искусного колдуна.
— А ты во мне сомневался? Вот он. Я чудом упаковал его в саркофаг. Пришлось спеленать защитным саваном, сверху накинуть рунные ремни и ещё цепочку повесить для надёжности, — отвечал Урриард из легиона Даштаров.
— Можешь не переживать, Урриард, отсюда эта глис-с-ста не с-с-сбежит. Крепос-с-сть, на руинах которой мы стоим, находится посреди живого Хищного Моря, и всех, кто ос-с-скорбляет его, пролетая над его водами, оно хватает раскалёнными щупальцами…
— Умел бы я летать, то срубил бы эти щупальца своим кривым клинком! Буду я бояться какого-то слабого моря!
— Тебя пос-с-слушать, так ты этим клинком перебил больше демонов, чем когда-то под этим небом жило…
— Ты на что намекаешь, Визар? Хочешь сказать, что мои слова — это пустое бахвальство? Ты готов ответить за эти обвинения кровью?
— Вот поэтому вы, Даштары, до сих пор не захватили влас-с-сть над всем Адом. Из-за того, что по любой ерунде за меч хватаетесь и начинаете резать с-с-своих же. Мы с тобой заключили договор, мы принесём ценную жертву и получим шанс-с-с сделаться достойными трона Тёмного владыки… Глупо грызться друг с другом, когда нам предстоит перегрызть глотки вс-с-сех тех, кто встанет между нами и престолом. А грызть глотки в две пасти с-с-сподручнее, чем в одиночку!
— Я не грызу глотки! Я вспарываю их своим кривым мечом!
— Ни за что бы с тобой с-с-связываться не стал, если бы ты не был такой хорошей ищейкой!
— Я не какая-то там ищейка! Я — Урриард Гончий из рода Великих падших воинов!
На протяжении всего разговора громадный мускулистый Даштар Урриард Гончий плевался слюной и всё порывался вытащить из ножен меч. Даже ученики Визара, которых тот на всякий случай взял с собой и которые стояли здесь же, выстроившись в ряд за учителем, поёжились.
Слиссату хотелось взглянуть Урриарду прямо в глаза и сказать всё, что он думал о своём подельнике-недоумке, но, во-первых, на Даштаре был глухой шлем — он полагался не на зрение, а на обострённые до предела обоняние и слух, а во-вторых, срываться на нём было ещё не время. Сначала нужно было принести мудрёную жертву Колодцу Знаний, а уже потом можно будет расправиться с безмозглым громилой.
— Помни, Урриард, мы с тобой ос-с-слушались приказа! Нам было велено дос-с-ставить эту мелкую погань, перебаламутившую весь Ад, прямиком к трону Тёмного владыки, а ты притащил его сюда. Да Аваддон и Баффорт Ракшор наши шкуры на ремни пустят, ес-с-сли узнают об этом! И только вмес-с-сте мы сможем их обставить.
Даштар немного успокоился:
— В этом ты прав, колдун. Они засиделись на вершине! И наш род из-за этого становится слабее! Мы же с тобой — молодая кровь! Мы придём к власти и пустим кровь тем, кто недооценивает демонов…
Слиссат ухмыльнулся — себя бы он точно «молодой кровью» ни за что не назвал. Но с Урриардом согласился:
— Да, поэтому нужно с-с-скорее вытащить всё ценное из глашатая. Открывай с-с-саркофаг.
 
— Мы ему брюхо вспорем, а потом сцедим в колодец кровь? — с надеждой поинтересовался Даштар.
— Ты, мой храбрый друг, похоже, не до конца понимаешь, как ус-с-строен Колодец Знаний. Он полнится не кровью и не водой, а с-с-секретами, и дарует свою силу тем, кто наполняет его до краёв.
Урриард потрогал колодец, имевший форму заострённого каменного уха.
— Мелкий он какой-то, — тупо заметил он. — Маловато ему, наверное, тайн нужно.
— Колодец Знаний почти бездонный, но наш пленник служил глашатаем С-с-сатаны, а заодно был подс-с-слухом и соглядатаем. Его крошечная черепушка так плотно набита с-с-секретами, что хватит на три таких колодца, — заверил его Слиссат.
— То есть мы будем сидеть и слушать, как чёрт болтает с каменным ухом? И что, если он будет язык за зубами держать? Тогда можно ему кишки выпустить? — надежда в голосе Урриарда и не думала исчезать.
— Шмыга никто с-с-спрашивать не будет. Пришлось изрядно пос-с-стараться, но мне удалось достать вот это…
Слиссат вытащил из складок грязно-бурой тоги механизм, состоящий из множества кривых проволочек, острых крючков и ржавых пружин.
— Это что, наживка, чтобы рыбу удить? — спросил ощупавший механизм Урриард.
— С-с-слишком жирно будет рыбе. Это древний артефакт, который подчиняет волю того, на ком его закрепили. Легендарный демонический каркас! Что, не с-с-слыхал ни разу?
— Да всё я слыхал… Демонический каркас. Подчиняет… ну, эту… волю. Очень легендарный, — пробубнил Даштар.
— Не с-с-сомневался в твоих безграничных познаниях, друг мой. Нам нужно всего лишь прицепить каркас на глашатая, а потом мы прос-с-сто прикажем чёрту излить все тайны, которые он скрывает, в Колодец. Когда из каменного уха пойдёт с-с-сияющая пена, гадёныша можно будет прикончить… Мы ведь не хотим, чтобы квинтэссенция тайн попала на этого ничтожного слизняка и он с-с-сделался нам ровней.
— Не хотим.
Огромная лапа Даштара одним движением разорвала тяжёлый саркофаг напополам. Внутри сидел перевязанный ремнями и цепями чертёнок — за путами его самого было почти не видно, торчали только глаза да уши.
— Развяжи его, каркас-с-с должен контактировать с плотью. Только держи гада крепче, чтобы не улизнул, — приказал Визар.
Острым когтем Урриард вспорол ремни и цепи, держа Шмыга в свободной руке.
Как только пленнику удалось высвободить рот, он тут же затараторил:
— Здравствуйте, солнышки! И чего у вас тут за собрание? Клуб любителей щекотать меня? Нормальная фигня. Я, короче, не против того, чтобы мне фанатично поклонялись, но только давайте соблюдать личные границы. Чур, под хвостом меня не целовать, а то я ж вас знаю… Кто-то же надоумил земных колдунов чёрных козлов на своих шабашах туда чмо…
Шмыгу прилетело от Даштара по морде.
— Ну, я и говорю — чмо… — чертёнок потёр ушибленную щёку, параллельно пытаясь оценить ситуацию и придумать, как он будет выкручиваться. Когда Шмыг заприметил демонический каркас, мысли в его голове засуетились пуще прежнего: в отличие от Урриарда, он прекрасно понимал, что это за груда металлической проволоки.
— Короче, народ… Я всё понимаю, у вас тут тесное демоническое братство — всё на доверии, ведь демоны своих не кидают, — но я бы на вашем месте вон того слизняка с ржавым ёршиком для задницы вместе с вами выпивать больше не звал. Вы в курсе, что это за хрень? Это демонический каркас. Цепляешь на холку какому-нибудь огромному Даштару с большим мечом, и всё — из него можно верёвки вить, заставлять делать всякое — а он потом ничего помнить не будет. Эй, Урриард, это же ты? Ну конечно ты, кто ещё мог согласиться на то, чтобы ему вместо шлема просто расплавленного чугуна на башку налили, а там как застынет, так и застынет…
— Я тебя сейчас прикончу, жалкая синяя мокрица! — взревел Даштар.
— Позже, Урриард, дай я прицеплю на него каркас! — предостерёг его Визар.