Похорони Меня Ложью (ЛП)

 Джек проводит остаток дня, обучая меня, как использовать его в случае чрезвычайной ситуации. Если возможно, держать оружие в руках намного страшнее, чем смотреть на него. Он чертовски тяжёлый и может оборвать жизнь всего одним нажатием на спусковой крючок. Это страшно и волнующе. Не знаю, как я собираюсь пронести пистолет в пентхаус, без ведома База или Дэна, но я попытаюсь. Я больше не собираюсь рисковать. Я никому не могу доверять, и это единственное, чему я могу довериться. Этот пистолет сохранит мне жизнь.
 Как только я кладу опасную вещь в сумочку, мой сотовый пронзительно кричит, эхом отдаваясь вокруг, и я подпрыгиваю. Мы с Джеком переглядываемся. Удивление сменяется беспокойством, когда я смотрю на идентификатор вызывающего абонента. Баз. Мы не разговаривали уже несколько дней. Он даже не проверял меня. Чего он может желать сейчас? Знает ли он, где я и чем занимаюсь?
 — Не отвечай. Он может следить за тобой, — выпаливает Джек.
 Я бросаю на него сухой взгляд.
 — Он бизнесмен, а не чертов агент ФБР.
 Все еще сомневаясь, я решаю перевести звонок на голосовую почту. Я жду, не оставит ли он сообщение. Он этого не делает, но посылает сообщение.
Баз: Будь готова к восьми вечера, Дэн заедет за тобой и отвезет к месту назначения.
Маккензи: Куда ты меня везешь?
 Я жду ответа, но не удивляюсь, когда его не получаю. Неуверенность скапливается у меня в животе, когда я прощаюсь с Джеком. Мы со страхом смотрим друг на друга, когда он высаживает меня. Я знаю, что он беспокоится обо мне, особенно теперь, когда у меня есть пистолет, но я изо всех сил стараюсь сохранять спокойствие снаружи, по крайней мере, ради него.
 Держа сумочку ближе к телу, слишком боясь выпустить ее из поля зрения, я вхожу на курорт, чувствуя, как прожектор освещает меня с каждым шагом. Я как раз направляюсь к лифту, думая, что все в порядке, когда двери плавно открываются, и там стоит Дэн. Скрестив руки на груди, он кивает мне.
 — Мисс Райт.
 — Дэн, — говорю я, мой голос слишком высокий и хриплый.
 — Мистер Кинг решил, что будет лучше, если я покажу вам, что вы должны надеть сегодня вечером.
 Я крепче сжимаю сумочку и беспокойно переминаюсь с ноги на ногу всю дорогу до уровня пентхауса. Чувствую, как капли пота выступают у меня на лбу и беспокоюсь, что моя сумочка выглядит слишком громоздкой. Он своего рода телохранитель. Знает ли он, как определить, есть ли у кого-то пистолет?
 — Какие-то проблемы? — спрашивает он, заметив мое беспокойство.
 Я резко дергаюсь.
 — Что? Нет, нет, конечно, нет!
 Я чуть не кричу, испытывая нервозность. Глаза Дэна сужаются, но он ничего не говорит. Лифт звенит, как только мы оказываемся на уровне пентхауса, и я почти добираюсь до двери, проводя ключом, забывая, что Дэну все еще нужно объясниться.
 — Ваше сегодняшнее платье лежит на кровати. Пожалуйста, будьте в вестибюле к восьми вечера, чтобы мы могли приехать вовремя.
 Я отрывисто киваю и сглатываю, потея сквозь одежду, желая, чтобы он уже ушел. Как только он направляется к двери, я вздыхаю с облегчением, но замираю, когда он поворачивается ко мне.
 — Вы уверены, что с вами все в порядке, мисс Райт?
 — Угу. Мне просто нужно принять теплый душ, вот и все.
 Он смотрит на меня в течение нескольких солидных ударов, прежде чем уйти, и я почти падаю от облегчения. Я направляюсь в свою спальню, стараясь не открывать сумочку, пока не окажусь в безопасности. Не знаю, установлены ли у База здесь камеры, но если да, мне нужно спрятать оружие так, чтобы он не увидел.
 Я забираюсь на кровать, откидываю одеяло и проскальзываю под него. Укрывшись им, я достаю оружие из сумочки, и мое сердце дрожит под его тяжестью. Я прячу его под подушку, пока не найду для него лучшее, более безопасное место.
 Этого будет достаточно.
 
 
 
 Я отступаю от зеркала, рассматривая свое отражение. После душа я начала готовиться к вечеру с Базом и всем, что это повлечет за собой. Но судя по тому, что он оставил мне надеть, я прекрасно представляю, что произойдет сегодня. Просто не могу понять, почему он делает из этого такое большое дело.
 Если это просто секс, почему мы не занимаемся этим здесь? Почему едем куда-то еще, будто это какое-то важное событие?
 Платье, которое Баз оставил на кровати, шикарное, но не такое шикарное, как то, в котором я была на прошлом гала-концерте. Очевидно, что мы не собираемся на мероприятие такого масштаба, но идем куда-то, где мне действительно нужно приодеться. Платье потрясающее, изумрудно-зеленый атлас с высоким разрезом на левом бедре и рюшами на талии. Оно обнимает мое тело во всех нужных местах. Низкий, глубокий вырез обнажает достаточно декольте, чтобы быть сексуальной, но не слишком развратной. Спина тоже обнажена в низком разрезе, оставляя мало места для воображения.
 Я чувствую себя на миллион долларов, когда смотрю в зеркало, мои светлые локоны рассыпаются по плечам, а лёгкий макияж подчеркивает глаза. Я нахожусь в мире, далеком от того беспорядка, в котором я была раньше, но все еще чувствую то же самое внутри. Как будто я никогда не буду достаточно хороша, чтобы быть девушкой в его объятиях, хочу я этого или нет.
 Бросив последний взгляд на себя в зеркало, я хватаю сотовый и клатч от Шанель, который Баз купил на вечер, и запихиваю все, что мне понадобится, в маленькую дорогую сумочку. Она слишком мала, чтобы вместить пистолет, поэтому, очевидно, я оставляю его здесь, чертовски надеясь, что сегодня он мне не понадобится.
 Дорога от курорта до того места, куда мы направляемся, не слишком длинная. Мы не едем в город, как я ожидала, а вместо этого едем все дальше и дальше от оживленного центра Лос-Анджелеса к Холмби-Хиллз, где живут богатые. Дэн останавливается перед особняком, который простирается на от того, что кажется милями, у меня перехватывает дыхание. От этого великолепия сердце колотится, а желудок сжимается в равных долях.
 Мраморный фонтан находится в центре кольцевой дороги, где в настоящее время припаркованы дорогие автомобили. У входа стоят мужчины в смокингах, охраняя массивные двери. Я оглядываюсь на пары и группы мужчин, идущих от своих роскошных автомобилей к дверям.
 — А где Баз?
 — Уже внутри.
 Я сглатываю. Мысль о том, чтобы войти внутрь в одиночку, мне не нравится.
 На этих мероприятиях рядом со мной всегда Баз. Он моя молчаливая поддержка, когда я никогда не признавалась вслух, что мне это нужно, но теперь, когда мне придется идти одной, меня тошнит от одной мысли об этом.
 Сделав глубокий вдох, я тянусь к дверной ручке, но что-то останавливает меня. Страх впивается в горло. Я оглядываюсь на Дэна, ожидая подтверждения.
 — Я в опасности? — спрашиваю я дрожащим от страха голосом.
 Его лицо на секунду смягчается, успокаивая.
 — Мистер Кинг никогда не подвергнет вас опасности.
 — Это спорно, — бормочу я себе под нос, выбираясь из машины.
 Я почти ожидаю, что он проводит меня до дверей, но он этого не делает. Он оставляет меня на произвол судьбы. Зная База и то, какой он мудак, я уверена, что это было сделано нарочно. Вся эта ночь предназначена для того, чтобы заставить меня чувствовать себя неловко и не в своей тарелке.
 Мои каблуки стучат по тротуару, а ноги так сильно дрожат, что я удивляюсь, как они не выдают меня. Как только я подхожу к маячащим деревянным дверям, один из мужчин в смокинге останавливает меня.
 
 — Имя?
 — Маккензи Райт?
 Это звучит скорее, как вопрос, но он срабатывает. Он открывает передо мной дверь, и я задыхаюсь. Особняк внутри великолепен. Он из темного дерева, с яркими сверкающими люстрами и знаменитыми произведениями искусства на стенах. Он кричит о богатстве.
 Я останавливаюсь в фойе, прижимая к себе сумочку и оглядываясь в поисках База. Я чувствую на себе взгляды. Люди, слоняющиеся вокруг с бокалами шампанского в руках, смотрят на меня с нездоровым любопытством. Словно они знают, что мне здесь не место.