Дракон, который боялся летать (СИ)

— А что вы читали, когда я пришёл? — спросил дракон, после того, как принесли десерт, и в разговоре возникла естественная пауза.
Знать о книжных предпочтениях Газаля Сильвену совсем не хотелось, но Дерек Милосский был слишком хорошо воспитан, чтобы рыкнуть Алану в лицо: «Какой же ты зануда!» И уйти.
Он никак не ожидал, что Газаль смутится и в свою очередь отведёт взгляд.
— О драконах.
— Драконах? — поднял брови Сильвен. Он-то представлял что-то вроде «Мужское здоровья» или «КаэлМода». — Ну конечно, ваша жена волшебница, ваш интерес к драконам совершенно естественен.
— К Эмме он не имеет никакого отношения, она в драконах ничего не смыслит, — поморщился Алан.
Сильвен откашлялся, скрывая смех. Ну да, верховный маг Эртена, конечно же, ничего в драконах не понимает. Куда ей!
Тем временем Газаль показал ему книгу, и Сильвен с удивлением узнал современное переиздание «За горизонтом». Оригинал был написан чёрт знает когда и считался классикой времён Древней Каэлии. Он до сих пор входил в школьную программу, несмотря на то, как современные люди относились к драконам.
— Вы читаете на дракко? — удивился Сильвен, пролистав пару страниц.
Судя по заметкам на полях, Газалю время от времени приходилось заглядывать в словарь. Однако даже так: читать «За горизонтом» в оригинале — достижение.
— Впечатляет, — добавил Сильвен.
— Вы тоже его читали, — улыбнулся Алан. — Я прав?
— Дракко входит в расширенную университетскую программу, — пожал плечами Сильвен. — Но, признаться, я прогуливал. Чем вас так привлекают эти звери, Алан?
— Никакие они не звери! — воскликнул Газаль, неожиданно подавшись вперёд и чуть не опрокинув бокал с вином. — Они божественны! Моя жена верит в Единого бога — признаться, не понимаю, что она в нём нашла. Безликий, всепрощающий… — Алан поморщился. — Вот драконы древности — они были богами! Вы, например, знали, что Дастис…
— Древности? — перебил Сильвен. — А сейчас?
— Сейчас это полукровки. — Алан вздохнул. И вдруг улыбнулся. — Но знаете, дракон короля — Сильвен… О, вот он великолепен!..
— Ещё вина! — перебил Сильвен. — Или нет, несите сразу виски!
Алан осуждающе покачал головой.
— Я прошу прощения, Дерек, но как врач я просто обязан сказать: вы слишком много пьёте.
— В самый раз, — бросил дракон, для которого вино было не крепче лимонада. — И я не знал, что психолог тоже врач.
— Психотерапевт, — поправил Алан, неодобрительно глядя, как Дерек отбирает у официанта бутылку и прикладывается к горлышку, забыв про бокал. — У вас зависимость.
— И я не хочу об этом говорить.
Алан вздохнул. И попытался доброжелательно улыбнуться.
— Что ж… мы обсуждали драконов.
«Об этом тоже не хочу», — подумал Сильвен. Но Газаль, улыбаясь, продолжал:
— Сильвен — наверняка самый могущественный дракон современности. Вы же видели его в той трансляции, когда Верховный маг пытался совершить переворот? Два года назад, кажется. Помните?
Сильвен снова приложился к бутылке. Он помнил отчаяние: жизнь Роберта тогда висела на волоске. Помнил ужас: требовалось отвлечь волшебников, превратиться в змея, а это означало полёт над Столицей. Чтобы всё получилось наверняка, Силивен решил спрыгнуть с самого высокого здания — недостроенного собора. Помнил, как панически боялся разбиться. А потом… Потом был огонь и дикая, звериная радость: я лечу, меня много, нет никого сильнее меня. Никогда до и никогда после Сильвен ничего подобного не испытывал.
— Он раскинулся над всей Столицей — громадный, могущественный дракон, — с блеском в глазах рассказывал Алан. — Это было совсем не так, как показывают в исторических фильмах. Совсем не так…
— Совсем не так, — повторил Сильвен и закашлялся.
— Вам надо меньше пить, — вздохнул Алан.
Сильвен откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.
— Алан, вы смотрели трансляцию. Возможно, со стороны это действительно выглядело… внушительно.
— Не то слово! Потрясающе!
— …Но я там был, и поверьте, ничего протрясающего не было. Дракон пытался спалить дворец. У него крыша поехала — у… Сильвена. Вы это находите потрясающим?
 
— Вы не понимаете, — улыбнулся Алан. — Драконы разумны, вы же не будете это отрицать?
— И подвержены инстинктам. — Сильвен открыл глаза и устало посмотрел на Газаля. — Как и… дракон короля. Зачем ещё он напал дворец, ведь принц Роберт был там и мог пострадать.
— Мы все подвержены инстинктам, — покачал головой Алан. — Драконы куда умнее нас с вами, и сильнее. Я понимаю, мало кто разделяет мою точку зрения, но… Когда ты видишь такую мощь… Вы знаете, что когда-то давно люди поклонялись огню?
— А потом они его приручили. И вот он ваш огонь. — Сильвен кивнул на соседний столик, где официант как раз зажигал свечу для фондю. — Что ж, господин Газаль… Приятного вам дня. Ах да, я совсем забыл: эти драконы, которых вы так любите, доставили вашей супруге последнее время немало проблем. Вы что-нибудь знаете про магическое истощение?
— Конечно.
— Кажется, госпожа Газаль… Простите, Марис истощена. Я помогал ей с драконами — у меня, знаете, связи. И эти твари напали на отель, когда я там был. Я не мог остаться в стороне. Так вот, ваша жена тогда выглядела неважно. Присмотрите за ней, вы же врач.
— Не беспокойтесь, — вежливо улыбнулся Алан. — Присмотрю. Дерек, могу я спросить: если вы так презрительно относитесь к драконам, зачем держите их у себя?
Сильвен усмехнулся.
— Для секса. Для этого они вполне годятся. Вы же знаете мои предпочтения. Можете считать это зоофилией, я не против.
И Алан посмотрел на него с презрением.
Так они и расстались во взаимной неприязни — дракон и человек, который любил драконов.
Ну а человек, который их ненавидел — мэр Эртена — бухнулся перед Сильвеном на колени, стоило тому переступить порог мэрии. Сцена получилась настолько неловкая, насколько это вообще возможно. Дракон с удовольствием бы о ней забыл, но не получалось: Крис Кейн, не стесняясь невольных зрителей, с глухим отчаянием говорил о своей несчастной любви. «Ты молод, а я… Теперь я вижу — ты изменился, ты повзрослел. Ты меня перерос. Больше я тебе не нужен». Сильвен не знал, что сказать.
Пока Кейн изливал душу, дракон понял, почему ему так неловко и жалко этого толстяка. Просто с ним такое тоже было. Да, с королём — проклятый Роберт не покидает его мысли даже сейчас! Конечно, Сильвен никогда не ползал на коленях — возможно, Роберту тоже было неловко, поэтому он сбегал каждый раз, когда Сильвен только пытался заикнуться о своих чувствах. Естественно, ни о каком сексе и даже платонической любви речь не шла, но дружба привязывает, порой, сильнее. И когда Сильвена из неё однажды вычеркнули, это было невыносимо.
Закончилась встреча с мэром снова ничем. Крис Кейн пообещал, что он бывшего любовника больше не побеспокоит. Сильвен не поверил.
И мысленно пообещал себе, что всё-таки навестит настоящего Дерека и как следует с ним поговорит. Может, Сильвен ещё сумеет устроить бедолаге Кейну счастливое воссоединение с любовником? Дерек, конечно, идиот, к тому же, ветреный, но если его как следует припугнуть… Месяц он точно будет паинькой.
«Как только Лиана родит, — решил Сильвен. — А я смогу убраться отсюда».
В поместье он опять вернулся поздно — разговор с Кейном из мэрии плавно переместился всё в тот же пафосный ресторан с виноградной верандой и занял весь остаток дня. Сильвен даже умудрился захмелеть.
Тео, конечно, спал — раскинулся на кровати, словно это ему она принадлежала. Сильвен хотел было сбросить дракона на пол (разлёгся тут, понимаешь!). Но поленился — просто откатил к стене, а сам лёг с другой стороны.
«По крайней мере, я не врал ни Кейну, ни Газалю — мы с Тео и впрямь спим вместе», — усмехнулся дракон. И заснул, стоило закрыть глаза.
Ему снилась Столица. Она пылала, и Сильвен во сне знал: этот огонь — его.
Ещё никогда он не чувствовал себя счастливей.