Здравствуйте, я ваша мама! (СИ)

Клейтон постучал пальцами о рукоятку своей трости.
Мне пока все равно надо зализать раны от своей «удачной» личной жизни.
— И я хочу помочь. Буду вашим психологом по работе с детьми.
Да, да. Именно этим я и хочу заниматься. И наконец на его лице, кроме холодной скорби, я увидела удивление. Хотя, как я высказалась, тоже не вариант.
— То есть мозгоправом? — спросил он, а я кивнула.
— Вы поможете мне наладить контакт с ребенком и покинете дом?
— Да, — не колеблясь ответила я. — То есть я не брошу ребенка, пока не буду уверена, что он здесь останется в доме с любящими его родственниками.
Что за чушь я несу. Но если это хоть как-то поможет.
— А опыт с детьми есть? Я даже не спрашиваю про опыт с детьми драконов.
— Ну, как бы есть.
Не скажу же я ему, что один раз в пятнадцать лет на руках подержала племянницу папиного троюродного брата.
Мужчина закатил глаза. Пора брать клиента, пока он тепленький.
— Если вы и Николай останетесь, то как вы будете расплачиваться за пребывание здесь? Не поймите меня неправильно, но мой брат промотал за семь лет все наследство, что оставили нам родители. Оставил в одной рубашке ребенка. Я понимаю, что будь он жив, как-нибудь выкарабкался бы из долговой ямы. Но он и Николаю не оставил ни копейки.
Да что ж у него все мысли материальны. Меркантильный холодильник. Но то, что разговаривает, уже хорошо.
— А что вам стоит держать мальчика дома? Дешевле обойдется, чем в приюте. Затраты на содержание он вам может возместить, когда вырастет. Не лишайте его дома, в котором он вырос, — понесло меня.
— Что вы имеете в виду? — он немного прищурил глаза.
— Ну, Николай вырастет когда-нибудь. И уже совершеннолетним будет зарабатывать деньги и сможет часть денег отдавать вам. Он же выучится, обзаведется какой-то работой, вот и все. Или будет на вас работать.
— А вы? — спросил он.
— А я могу с ним заниматься, нянчиться с ним. Сэкономите.
— Сэкономлю на том, кто этим умеет заниматься? — спросил он, прожигая меня взглядом. — Зачем оно вам? Вы же не его мать, у вас нет детей.
И этот унюхал? А я, может, за утро привязалась к мальчику. Что они мне все тычут этим? Ну, тридцать мне, так еще есть время своими обзавестись. И такой прям упрек — своих нет, то и к чужим нельзя. А сам его чуть ли не выгоняет из отчего дома. Но видно, что мужик не такой прям и козел. Думаю, другой бы на его месте даже и слушать не стал бы. А этот и кристалл зарядил, и хоть как-то мозги мне вправляет.
— Николай вам никто. Допустим даже, если вы тоже не хотите уходить чисто из-за испытываемого чувства вины перед ним. Вроде пообещали помочь, спасти дом, заложенный в банк. Вы вообще понимали, какая это ответственность — ребенок в чужом мире? И вы одна с долгами. Даже если все поверят, что вы его мать. Зачем оно вам? Ребенок — это не на один день. Он привяжется к вам, а вы уйдете, оставив его одного со всеми проблемами. Я имею в виду, если бы я здесь не появился. Зачем оно вам?
Я покосилась на сверкающий кристалл. Вернуться домой — это есть решение всех моих проблем. Никто же не поверит, что я была в другом мире. Ну, заперлась от жениха на денек да и только.
Он прав. Твою ж… Мужчина прав в каждом слове. Я покосилась на трещину на столе.
— Я уже сказала вам раньше — я хочу помочь ребенку. С этим домом.
Я никогда не была настолько искренней.
— Этот дом уже выкуплен мною. Хорошо, если Николай останется и сможет со временем работать на меня.
— Но есть одна вещь, которую мне бы хотелось, чтобы вы сделали. Днем Николай будет в школе, ваше присутствие в этом месте необязательно.
— Какая? — спросила я, вновь посмотрев в его глаза.
— Найдите Марину — маму Николая в своем мире.
И как он себе это представляет? Устроить кастинг «Марина для дракона»?
Причем — если вы когда-нибудь рожали дракона, то милости просим поучаствовать.
— И как вы себе это представляете? — спросила я. — Без адреса, без фамилии найти иголку в стоге сена. У нас таких Марин полным-полно.
— Кристалл ведет всегда в одно место. Именно в той… — он замолчал, будто пытался вспомнить, — квартире жила Марина. У вас есть возможность найти по этим исходным данным?
 
Я задумалась. Родители купили мне эту квартиру лет пять назад, причем по весьма низкой цене. Я помню, как счастливы были бывшие владельцы, что избавились от нее. Где-то год квартира стояла закрытой. Только соседи первое время говорили, что жить мы не сможем в ней, мол, проклятая квартира и всякое такое. Но ни я, ни мои родители не обращали на это внимания. Квартира как квартира. Ничего необычного. Только мы тогда решили мебель сменить и все остальное. А потом в моей жизни появился Сережа и все. Мы стали жить вместе, и ничего такого не происходило странного. Хотя ремонтники говорили, что у них инструменты пропадали. Даже перфоратор украли. Папа потом новый покупал. Но что-то сомневаюсь, что там кто-то из этого мира стащил его. Мы тогда на соседей подумали.
— Нет. Вообще никак. Ее столько раз перепродавали, — протянула я. — Мы купили ее, но хозяйку звали Зоя Степановна.
— Купили? — спросил он.
— Да. Мои родители купили квартиру, — ответила я.
Интересно, зачем ему Марина? Интересно, почему при этой мысли мне обидно?
— Зачем вам ребенок? — спросил он в лоб, сверля меня взглядом.
— Зачем вам его мать? — спросила его я, не отводя взгляда и положив подбородок на скрещенные пальцы, опершись локтями о стол.
Он не ответил.
— Потому что он никому не нужен, даже его родственникам, — ответила я, протянув руку к кристаллу. — Может, он хотя бы будет нужен его маме?
Что за мужчина? Почему я за него должна все додумывать? Во мне и так слишком много такта не лезть в их грязное белье. Кто знает, что там когда-то произошло.
— Я не могу этого сказать, — ответил он. — Она дождалась бы. А так…
А так она, получается, жила в моей квартире, попала в другой мир, а когда вернулась — съехала из нее. Любящая мать не стала бы сбегать от ребенка.
— Хорошо, я согласна найти ее. Но как вы себе это представляете? Я не могу вот прямо сейчас уйти. Там в коридоре ждет маленький мальчик, которому я уже обещала, что буду рядом. А свои обещания я всегда выполняю, — продолжила я.
— Мы не можем находиться в вашем мире, — сказал мужчина, и на миг мне показалось, что в его холодных глазах вспыхнул мимолетный интерес. — У вас будет время, пока Николай будет в школе. После этого вас будут забирать из вашего мира обратно к ребенку.
Даже и сказать нечего, найди того, кто потерялся. Но ведь ради ребенка. Ради чужого ребенка совершить невозможное.
— Вы сами этого захотели, — задумчиво произнес мужчина.
Шикарно: буду жить на два мира. Это ж и на работу в том ходи — за коммуналку плати, и в этом ребенка воспитывай. Но зато Коля останется дома. А там маму найду, и все, тем более проблем не будет.
Я потянулась к кристаллу.
— Я вам объясню, как им пользоваться… — услышала мужской голос, а наши пальцы коснулись одновременно кристалла.
У меня будто странное тепло появилось внутри от его касания, но мужчина тут же убрал руку, сделав пригласительный жест. Глянула в его глаза. Неужели он этого не почувствовал?
Не бывает такого, что ты коснулась кого-то, а тебя прям необъяснимой теплой волной накрыло. И это точно не статическое электричество. На мне точно шерсти нету. И на нем. Хотя я не уверена, что это за темная ткань у него.
— Кристалл нужно разбить, — продолжил он. — В этом мире он соберется в цельный, а вы окажетесь в своем.
Нет, он точно ничего не почувствовал. Даже голос не поменялся. Значит, это мне уже показалось. Хотя он дракон, всякое бывает.
 
— Спасибо, — сказала я, а мой голос показался слишком хриплым, будто я наелась мороженки и страдаю от последствий.
Вот и договорились.
Я выходила из зала, прижимая кристалл к себе. Дернуло меня что-то спросить, и я обернулась.
Мужчина стоял, повернувшись ко мне широкой спиной, и смотрел на свою руку. Медленно провел большим пальцем по указательному и среднему, будто хотел что-то стереть или почувствовать.