Ланкаст. Третья планета (СИ)

– Но ножи ты кидаешь метко, если это конечно был не промах. Я знаю, чем мы займемся завтра с утра, тебе не отвертеться. И засунь это сюда, как и брюки, – свою последнюю фразу она проговорила вытащив из таза рубашку и сунув ее в круглую дверь какой-то прямоугольной коробки, – Как засунешь, захлопываешь и жмешь, – показав куда жать, она похлопала меня по плечу и только сейчас я заметил спортивные штаны и футболку у нее в руке за спиной. Положив их на аппарат сверху, она скрылась в коридоре. Чувствуя себя полным идиотом, вылил воду из таза и последовал совету девушки насчет брюк и аппарата, куда их надо засунуть. Не зная, что из этого выйдет, решил не проверять. Чтобы Сия не задумала насчет завтрашнего дня, деваться от этого никуда, так что придется довериться ей. С этой мыслью я оделся в ненавистную одежду и пошел в гостиную, где в моем полном распоряжении был диван с подушкой и одеялом на нем. По сравнению с кроватью в солдатской палатке, это спальное место – настоящий подарок. В первый день на нем показалось, будто мягче ложа еще не придумали, но Сия меня в этом разубедила. Засыпал я с мыслями о ней, как бы глупо это не было.
Глава 4. Преемница.
Вокруг была темнота, а я словно проваливалась в черную пропасть. Лететь вниз ощущая порывы ветра и то, как твоя спина пронзает пространство и не встречает на своем пути ничего – просто божественно, особенно если ты не боишься. А я не боялась. Чего мне бояться? Смерти? Ха, напугали. В ней нет ничего страшного, наоборот, она приносит свободу и покой, по сравнению со всеми тяготами жизни. И под этим я не имею в виду проблемы на работе или учебе, необходимость чего-то добиваться или устраивать свое будущее, так заботящее всех простых людей. Это не мой случай, у меня все сложнее. В двадцать с лишним лет узнать, что ты и все твои родственники по крови являются какими-то генетическими уродами, отличающимися от человечества, знаете ли не из легких. Прям мутанты из комиксов, со своими способностями и прочим бредом. Все бы хорошо, но именно тогда же я узнаю, что скорее всего все эти самые кровные родственники, имеющие хоть какое-то отношение к моей прежней семье, родителям – мертвы. Я последняя и единственная. От этой мысли холод пробирал до костей, но из-за ускоряющихся порывов ветра становился почти неощутимым. Ах да, я же падаю в какую-то пустоту, что за наркоманский бред?
Вспоминая последовательность событий с того момента, как пришла домой и упала на диван, я развела руки в стороны, наслаждаясь тем, как рубашка под порывами ветра прилипла к коже. Находясь у себя, вроде ничего не употребляла, значит все это явно не глюки от алкоголя или таблеток, тогда что? Сон? Такой красочный и настолько реальный, что каждая клеточка тела ощущает эти порывы ветра, то, как одежда впивается, а волосы, обтекая голову, рвутся вверх и лезут в глаза и нос? Нет, что-то тут не так. Помню, кто-то открыл дверь, вошел в комнату, но шаги были бесшумными, а значит это не Каллен, и не Настя. Эти двое обычно ходят, как слон на каблуках, либо сразу начинают с порога читать нотации или успокаивать, у каждого своя фишка. Кто-то другой. Он прошелся по комнате, пододвинул кресло и сел в него. Последнее, что помню, как он барабанит пальцами по ноутбуку, этот звук не с чем не спутаю, а затем его ладонь ложится мне на голову, и я проваливаюсь в пустоту. Класс, видимо этот тип Ланкаст, на меня своими силами воздействует или как-то еще, фиг знает. Лучше бы ему поскорее прекратить, иначе в скором времени мои мысли взорвут мозг, не смотря на то, что телу тут хорошо.
Набрав в грудь воздуха и закрыв глаза, я еще какое-то время наслаждалась свободным падением, пока не поняла, что лежу на чем-то влажном, твердом и пахнущем свежестью. Когда глаза снова открылись, надо мной оказалось голубое небо без единого облака, яркое солнце слепило так, что пришлось зажмуриться, пока не привыкну. Резко сев и осмотревшись по сторонам, не понимала, что происходит. Вокруг был тот самый парк, в котором погиб Антон. В хорошую погоду мы часто ходили сюда отдохнуть или почитать на природе. Вот и наш плед около меня, в то время, как сама сижу на покрытой росой траве, рядом откинутая книга, пакетик с чипсами и бутылка воды. Антон сидит, скрестив ноги, и ест бутерброд, весь перемазавшись в кетчупе и майонезе. Я помню этот день буквально по минутам, но как такое возможно, ведь я только что падала в какую-то пропасть, а в моей жизни полный бардак. В тот момент резко захотелось, чтобы последние пережитые дни оказались сном, а то, что происходило здесь и сейчас – реальностью. Вот только это не так и мы знали правду Да, именно мы, я и парень на пледе, поедающий не настоящий бутерброд.
 
– Что? У тебя такой вид, будто ты привидение увидела, – прожевав кусок, усмехнулся он совсем не так, как обычно делал человек, внешность которого этот тип скопировал до мельчайших подробностей. И в тот день Антон не говорил таких слов.
– Он этого не говорил, – на автомате вырвалось у меня и я прикусила язык. Раз уж выдала свою осведомленность, дальше нечего разыгрывать спектакль, – это все нереально, и я знаю об этом. Не стоит пытаться меня обмануть моими же воспоминаниями, или что вы там делаете, – проговорила я, вставая на ноги и даже не пытаясь отряхнуть траву с брюк, ведь она все равно придуманная, как и брюки, как и плед, и все вокруг. На самом деле я сейчас лежу на своем диване и рыдаю, ну может уже не рыдаю, а просто сплю, черт его знает. Парень отложил бутерброд в сторону, и край его губы приподнялся в улыбке, снова не так, как делал Антон.
– Я и не пытаюсь тебя обмануть, я хочу помочь, предоставить последний шанс с ним увидеться, попрощаться. Всегда тяжело кого-то терять. Зная, что не сказал ему самого важного, – этот голос был знаком, но в тот момент на ум не приходило, кто он. Отрицательно покачав головой и уставившись на парня, хотела выбраться отсюда, мне нечего было сказать ненастоящему Антону. Да и встретившись сейчас с призраком самого парня, что бы я могла ему сказать? Прости, что втянула тебя в свою жизнь из-за чего ты погиб?
– Мне не нужен этот самообман, – честно заявила я, скрестив руки на груди и стараясь сквозь маску своего знакомого человека пробиться и увидеть истинное лицо того, с кем сейчас разговариваю. Последовав моему примеру, собеседник встал, но он в отличие от меня отряхнулся от крошек и травы. Его движения были настолько естественны и элегантны, не смотря на свою обыденность, что мне стало неловко за свое поведение.
– Это не самообман, это фантазия, в которой ты способна делать все, что вздумается и никто, ну кроме меня конечно, если я наблюдаю, а могу и отвернуться, об этом не узнает. Здесь можно проводить дни с кем-то тебе дорогим, если в жизни это невозможно, или восстановить в памяти ход событий, важных для тебя. Тут доступно абсолютно все, не каждому выпадает такой шанс, – создавалось впечатление, словно он гордится своей способностью и тем, как здесь все замечательно и доступно, но это место не для меня.
– Это ваша сила, как Ланкаста? – на всякий случай уточнила я, а он без лишних слов кивнул, – Вы контролируете то, что происходит вокруг и можете создать любое место из моих воспоминаний? Или как это работает? – на самом деле меня это не интересовало, главной и единственной причиной таких вопросов было желание изменить место и его облик, чтобы не видеть лицо погибшего, небезразличного мне человека.
– Не только я. И ты тоже можешь менять здесь все на свое усмотрение. Стоит просто хорошенько подумать. Вот я например могу оставить тебя без одежды и в такой стрессовой ситуации сразу найдется способ одеться, – усмехнувшись, парень принялся взглядом скользить по мне и я поняла, что свой пример он показал на деле. Стоя обнаженной посреди парка напротив неизвестного человека, я действительно ощутила всю напряженность этой ситуации, и одежда возникла на мне сама, правда первая, пришедшая в голову, но такие мелочи не имели значения. Вот теперь я по настоящему разозлилась и руки непроизвольно сжались в кулаки. Внимательный взгляд собеседника замер на выражении моего лица, словно пытаясь что-то прочитать в глазах.