Черная Жемчужина (СИ)

— Нет. — Кэйла решительно качнула головой. — Что, если этой ночью умрет еще кто-нибудь?
Она вскинула голову вверх, думая о том, чтобы снова воззвать к Амерей. Взгляд упал на сияющую луну — еще не идеально круглую, но яркую, и ее вдруг осенило.
— Подождите!
Кажется, своим вскриком Кэйла напугала ворожея. Он резко задрал голову, надеясь увидеть в небе то, что так ее взбудоражило.
— Кажется, я знаю, что можно сделать.
В Светлицах в этот час уже не было ни души, потому Кэйла, не тратя времени на формальности, уселась прямо на голую землю. Вынула из сумки свой драгоценный бумажный талисман и, нетерпеливо пролистывая страницы, отыскала нужную.
«Кровь наяды, речной нимфы, позволит тебе дольше находиться под водой. Но будь осторожна — охотники на чудовищ, у которых ты будешь пополнять свои запасы, могут под видом крови наяды всучить тебе кровь бунуши — они очень похожи по цвету и вязкости. Рыбьей чешуей, ты, конечно, не покроешься, но серьезное отравление получить можешь — кровь бунуши очень ядовита.
Волчья кровь — мощный ингредиент, который используется во многих зельях. Если говорить непосредственно о магии крови, то энергетика волка, как и собаки, ближе к мужской, нежели к женской. Но не стоит забывать о том, что связь волков с луной — одной из ипостасей Амерей — невероятно сильна, а потому волчью кровь могут использовать не только колдуны, но и колдуньи».
Быть может, волчья кровь — именно то звено, которого ей не хватает? Кэйла раскрыла кожаный чехол и вынула из него лезвие и флакон с кровью волка.
— Магия крови? — пораженно воскликнул Джеральд, садясь на корточки рядом с ней и обеспокоенно разглядывая ампулы. — Как давно ты ее практикуешь?
— Всего пару дней.
— Денизе, это очень…
— Опасно, я знаю. Я все контролирую.
Голос Кэйлы звучал куда увереннее, чем она чувствовала себя на самом деле. В чем именно должен заключаться этот пресловутый контроль? Не использовать слишком много капель за раз? Не прибегать к магии крови слишком часто? Как бы то ни было, только узнав о невероятных свойствах звериной крови, она не собиралась останавливаться.
— Денизе…
— Ты доверяешь мне? — сорвалось с губ.
Кэйлу охватило смятение, но главное уже было сказано.
Если бы Джеральд поколебался хотя бы мгновение, она бы поклялась никогда в жизни в его присутствии не говорить ничего, что не касалось бы дела. Однако он не колебался.
— Как самому себе.
Кэйла смотрела на него, завороженная глубоким голосом Джеральда, аурой непоколебимого спокойствия и уверенности, что окружала его.
«Он говорит это не тебе, Кэйла. Он доверяет не тебе, а Денизе, с которой прошел через огонь».
Это понимание немного ее отрезвило.
— Тогда поверь — я буду осторожна.
Что значило — изо всех сил постараюсь не увлечься магией… и потрясающими возможностями, которые она даровала. Не позволить соблазну постичь колдовскую силу взять над разумом верх.
Джеральд вдумчиво кивнул, глядя ей в глаза.
— Хорошо.
Уже куда увереннее Кэйла смешала свою и волчью кровь в немного жутковатом обряде магии крови. И, даже не предпринимая попыток подняться, принялась ждать.
Не прошло и минуты, как ее с головой накрыло волной нестерпимого жара. К горлу подкатила тошнота. На этот раз ощущения были куда противнее и сильнее — видимо, из-за несовпадения волчьей энергетики с ее собственной. Кэйла подалась вперед и глубоко задышала. Внезапно все запахи, свойственные любой деревушке, стали невероятно острыми. Тошнота накатила с новой силой — настолько, что пришлось зажать руками нос.
— Денизе…
— Молчи, — слабо сказала она.
Джеральд, ничуть не обидевшись, кивнул. Взял руку Кэйлы и сжал в своей широкой ладони. Если бы ей не было так плохо, она бы улыбнулась. Его ободряющее прикосновение — это то, чего ей сейчас не хватало.
В конце концов обжигающая волна схлынула. Кэйла убрала руку с лица и осторожно потянула носом воздух. Запахи по-прежнему были невероятно остры, но тошноты больше не вызывали. Окружающее пространство снова чуть исказилось, словно она смотрела на мир чужими глазами. А луна… Трудно объяснить это ощущение, но луна словно бы пела ей. Серебристые лучи падали на кожу, даруя прохладу и силу. Кэйла купалась в лунном свете, словно в прозрачной, ласковой воде.
 
Собравшись с силами, поднялась, опираясь на руку Джеральда. Волчий нюх, тяга к лунному свету… какие еще преимущества могла дать ей кровь хищника?
Кэйла сделала мужчинам знак молчать. Стояла, прислушиваясь не только к звукам вокруг, но и к собственным ощущениям. Повинуясь некому импульсу, попросила Джеральда завязать ей глаза узкой тканевой лентой, которые Денизе, вероятно, использовала вместе с целебными отварами и мазями. Если паладин и удивился, то не подал виду. Просто выполнил ее просьбу со спокойным, сосредоточенным выражением лица. Закрытых век коснулась грубоватая ткань и тьма окутала Кэйлу плотным коконом.
Все чувства — что обыкновенные человеческие, что колдовские — обострились благодаря магии крови. Кэйла не знала, что ее ведет. Был ли это едва слышный, наверняка потусторонний шепот, исходящий откуда-то из чащи, внутренние ощущения или знаки, которые подавали ей смешанные с кровью символы на коже, но теперь она точно знала, куда нужно идти.
Кэйла уверенно петляла между деревьев, отодвигая ветви от лица, ныряя под них, перешагивая через камни и пни. Повязка на глазах и полнейшая слепота ничуть не мешали. Она не видела окружающий мир, она чувствовала его. В какой-то момент, повинуясь некоему инстинкту, побежала. Ветер бил в лицо, запахи травы и листьев проникали в ноздри. Кэйла чувствовала себя живой, настоящей. Кровь бурлила в венах — молодая, горячая кровь. На какой-то миг Кэйла стала хищницей, выслеживающей свою добычу.
В себя она пришла на берегу озера. Услышала за спиной знакомые шаги — твердые, уверенные. Джеральд замер в отдалении и не говорил ни слова, пока Кэйла, сорвав повязку, озиралась по сторонам и вглядывалась в непроницаемые воды озера. Эрцволь, задыхаясь, поравнялся с ними лишь минуту спустя.
— Это случилось здесь, — глухо сказала Кэйла. — Не знаю, имеет ли произошедшее отношение к аземе, но это что-то плохое. То, чего не одобрила Амерей. Я чувствую запах смерти и боли. Запах магии, которая в какой-то момент исказилась, окрасилась в темный цвет.
— Что это значит? — спросил Джеральд.
— Не знаю. Это лишь образы.
Эрцволь приложил руку к сердцу, будто пытаясь убедить его биться медленнее.
— Если здесь кто-то недавно умер, я могу попытаться заглянуть в прошлое и понять, что случилось. Духи хранят воспоминания о былом, и могут открыть их мне, если я попрошу. Но если азема защищает эти воспоминания, ничего не выйдет…
— Не думаю, что азема знал о том, что в Светлицу приедет колдунья, которая прибегнет к помощи магии крови, — возразил Джеральд. — Как и то, что она приведет нас к озеру.
Эрцволь кивнул, по-прежнему держась за сердце. Бег через чащу выпил из него немало сил. Кэйла же ощущала себя молодой волчицей с сильным, полным энергии телом, с неугасшим желанием размять лапы, разогнать застоявшуюся кровь.
— Как бы то ни было, попробовать стоит. Отойдите в сторону. Я начну обряд.
Кэйла с интересом наблюдала за манипуляциями Эрцволя. Сначала ворожей сложил разбросанные по земле камни в подобие большого круга, затем из сломанных ветвей образовал внутри него незнакомый символ. Намазал лоб пастой из травы, земли и крови жертвы и сел на колени в центре круга.
— Ты понимаешь, что он вообще делает? — громким шепотом спросила она у Джеральда.
— Понимаю, — со сдержанным смешком отозвался он.
Только в этот момент Кэйла осознала, что ненароком вышла из образа. Впрочем, колдовская «амнезия» Денизе идеально подходила для подобного рода случаев. Видимо, именно об этом подумал и Джеральд, вполголоса объяснив:
— Это простейший обряд вызова ду…
— Голубки, может, будете мило шептаться потом, когда мы поймаем проклятого кровопийцу?