Пари, милорд!(СИ)

— Что это?
Я растерянно глядела на собственную руку. Растение в точности повторяло те, что вились по стенам замка в моем сне. И казалось удивительно живым и беззащитным. Внутри все рванулось в желании защитить, спрятать, не дать уничтожить. Я бессознательно потянула руку на себя, но Стейн держал крепко.
— Пока сложно сказать, — пробормотал он, удивив меня этим ответом, и провел пальцем по контурам цветка.
Прикосновение вышло таким интимным, что у меня вспыхнули щеки.
— Откуда вы узнали, что на мне этот… узор? — Стараясь не поддаваться распространяющемуся от невесомых прикосновений теплу, спросила мужа.
— Я его чувствую. Он фонит так же, как недавний выброс силы, но когда мы разговаривали в кабинете, ничего подобного не было. Значит, все дело в вашем сне.
— Как думаете, этот цветок опасен?
Мне казалось, лорд недоговаривает. Судя по всему, он что-то знал. Вот только и огру понятно, что вряд ли мне удастся вытянуть из своего фиктивного мужа правду.
— Явной угрозы я не вижу, — заявил он и чуть сильнее сжал мое запястье, отчего тепло только усилилось.
И в памяти вдруг снова всплыл поцелуй из сна — твердые губы, их вкус, нежность и жар, охвативший тело… Я смотрела на Стейна и видела, как меняется его лицо, как в черных провалах разгорается огонь — опасный и притягательный одновременно, как быстро бьется венка на шее. Стейн подался вперед, почти потянулся к моим губам, но в последний момент остановился и хрипло сказал:
— Да, я не вижу угрозы. Но нужно наблюдать, что будет, когда вы снова уснете.
Он откинулся на спинку кресла и потер переносицу, а я поймала себя на мысли, что успела изучить этот жест до мельчайших подробностей.
— Вы поэтому изменили своему правилу?
Я посмотрела в мерцающие темным огнем глаза, и невольно задержала дыхание. В лунном свете они казались совсем другими — живыми, полными эмоций, манящими, обжигающими. И очень красивыми.
Вот уж не думала, что буду любоваться опасной бездной, глядящей на меня в полутьме комнаты, однако именно это я и делала, забыв обо всем.
— О чем вы? — Уточнил Стейн, вырвав меня из непонятного ступора.
— Наш договор. Как там? Не входить в вашу комнату чаще двух раз в день?
— Мы можем наложить на это условие временный мораторий, — улыбнулся Стейн, и его лицо вдруг изменилось, словно озарившись изнутри теплым светом.
Это выглядело так удивительно, что я невольно снова залюбовалась мужем. Неужели он может быть таким? Живым, настоящим, эмоциональным. И я легко могла представить Стейна в обществе — высокого, статного, в прекрасно сидящей черной паре и в окружении щебечущих женщин. Или среди таких же беспечных мужчин, с сигарой и бокалом бренди. Правда, не успела так подумать, как видение исчезло, словно его стерли ластиком, и передо мной снова был все тот же холодный и несгибаемый лорд.
— Хотя в ваших же интересах вести себя тихо и незаметно, Софи, — веско добавил он, и в его взгляде блеснули алые искры.
— И все равно, спать в вашей постели я не буду.
Я упрямо вздернула подбородок. Наш брак — всего лишь фикция. И никто не заставит меня ночевать с посторонним мужчиной.
— Мне напомнить, что мы с вами уже спали вместе? — Хмыкнул Стейн, и мне почему-то стало жарко. — Кажется, тогда вы не были против.
— Это досадная случайность, — с трудом сдержав сбившееся дыхание, выпалила в ответ.
— Ну же, София, мне казалось, вы достаточно благоразумны.
Стейн прищурился.
— Так и есть, милорд. И именно поэтому я предпочитаю ночевать одна.
— Даже рискуя собственной жизнью? — Уточнил он и резко сказал: — Хватит спорить, Софи. Я для вас не опасен. И вы прекрасно об этом знаете. А вот этот цветочек…
Стейн не договорил. Он задумался, слегка поглаживая пальцем мое запястье. А я смотрела на его склоненную голову и пыталась сообразить, что делать. Фиктивный брак, одна спальня на двоих, общая постель … Не самый приятный выбор для одинокой девушки. Нет, разумеется, я понимала, что в том состоянии, в котором находится Стейн, моей чести ничто не угрожает, но в душе все противилось такому неожиданному сближению.
 
Видимо, лорд все понял по моему лицу. Он криво усмехнулся и добавил:
— А я-то думал, вы профессионал.
— Так и есть!
Внутри вспыхнуло раздражение. Он не смеет сомневаться в моих деловых качествах!
— Тогда докажите это, рес побери! — Повысил голос Стейн, буравя меня темным взглядом. — Перестаньте вести себя, как глупая жеманная девица. По закону мы с вами муж и жена. Так отбросьте трусость и сделайте то, что нужно для вашей же безопасности.
— Хорошо, милорд, — даже не пытаясь скрыть иронию, ответила мужу. — Как скажете.
Как бы там ни было, но слова Стейна достигли цели. Да, я понимала, что он просто взял меня на «слабо», сыграв на моей гордости, но отступать было поздно.
Я потянулась к висящему на спинке стула халату, накинула его и плотно затянула пояс. И только после этого встала с постели.
— Вам помочь подняться наверх? — Спокойно спросила супруга.
— Идите. Я подойду чуть позже, — бесстрастно ответил Стейн и поехал к выходу, а мне невольно пришло на ум, что лорд сказал это так, будто действительно мог ходить.
  
Глава 4
 
Хозяйская спальня на втором этаже оказалась на удивление уютной. Неяркий свет ночника падал на огромную кровать, смягчал строгий серый цвет стен, отражался в высоких, обрамленных серебристыми бархатными портьерами, окнах. В нише между ними стояли глубокие кресла и столик. Справа на стене таинственно мерцало небольшое зеркало. На противоположной выделялся узкий дверной проем. Скорее всего, за ним находилась ванная. Еще одна дверь вела в смежную со спальней комнату. Не удержавшись, я заглянула туда, и поняла, что покои предназначены для супруги хозяина дома. Пастельные оттенки стен и мебели, шелковое покрывало и подушки, затканные цветами шторы — в тусклом свете магического ночника комната выглядела иначе, чем днем. В ней появилось неуловимое очарование. И мне даже захотелось присесть в кресло перед трюмо и рассмотреть стоящие на подзеркальной полке фарфоровые безделушки, но я не двинулась с места.
Однажды эта комната обретет свою истинную хозяйку. Она будет засыпать и просыпаться в роскошной постели, пить по утрам кофе и завтракать, как большинство замужних дам, предпочитающих не спускаться вниз до самого обеда. Правда, мне вряд ли доведется встретиться с настоящей леди Стейн. От этой мысли сердце кольнуло незнакомым чувством, и почему-то стало грустно.
— Какие глупости, Софи! — Прошептала вслух и заставила себя улыбнуться. — Нашла из-за чего расстраиваться!
Я решительно захлопнула дверь, вернулась к кровати и откинула атласное покрывало. В душе поднималось волнение. Нет, за последние годы я, конечно, повидала всякого, но ночевать в одной постели с мужчиной… Да о таком даже подумать было неловко, а тут… «Перед законом мы с вами муж и жена» — снова прозвучали в голове слова Стейна, и мне захотелось ущипнуть себя, чтобы убедиться, что все происходящее — не сон. Но вместо этого я бросила взгляд на запястье, которое обвивал едва заметный стебелек, и задумалась. Откуда все же взялось это «украшение»? И как Стейн его обнаружил? Я по-прежнему так ничего и не чувствовала. Что же это за магия такая? Цветок, словно рисуясь, склонил тонкую головку и переместился на ладонь. А потом неожиданно изогнулся, прокрутился вокруг собственной оси и медленно растаял на коже.
Может, Оллилен сумеет рассказать об «узорчике»? А что? Сон-то мне приснился в особняке Стейна, а духовик с ним связан. Значит, должен понимать, что происходит.
— Олли! — Позвала духовика и прислушалась.
Кругом царила тишина.
— Оллилен!
Я была уверена, что мелкий вредина меня слышит. И точно. Спустя минуту по комнате разнеслось недовольное сопение, а потом раздался сердитый ответ:
— Чего пристала? Видишь, меня нет!
И сколько я ни уговаривала, своенравный духовик так и не показался. «Я сплю!» — непреклонно заявил негодник и демонстративно захрапел.