Пари, милорд!(СИ)

Жених не ответил, и мне стало неловко и захотелось перевести разговор.
— Лорд Стейн! Рольф, — исправившись под пристальным взглядом, обратилась к Стейну. — А что с вами произошло? Несчастный случай?
— Да, — коротко ответил лорд, и его лицо закаменело. — Но это неважно. Не думаю, что комиссии нужны все эти подробности.
— И все же, я хотела бы понять…
Договорить я не успела.
— Мы не будем обсуждать эту тему, — твердо произнес Стейн и добавил: — Можете идти к себе, София. Мне нужно поработать.
— Мне тоже. Поэтому простите, Рольф, но вам придется вытерпеть массаж, а после выпить отвар и прочие микстуры. К тому же, — пресекая готовые сорваться с губ жениха возражения, быстро пояснила: — Это поможет нам сблизиться, и вы не будете шарахаться от моих прикосновений.
Ну а что еще оставалось? Раз уж выдался такой удобный случай, я собиралась использовать его в лечении упрямого пациента. И без разницы, в каком статусе это делать — медсестры или фиктивной невесты.
Стейн нахмурился, но возражать не стал. Молча выехал из-за стола и принялся методично расстегивать пуговицы рубашки. Без суеты, без спешки, не спуская с меня внимательных глаз. Тонкое полотно соскользнуло с плеч, обнажив крепкий мускулистый торс, и я неожиданно почувствовала, как сбилось дыхание. Удивительно. Никогда не реагировала на обнаженных пациентов, а тут вдруг остро почувствовала, что передо мной мужчина.
Стейн взялся за ремень, и я очнулась.
— Я могу помочь, — отмахнувшись от нелепых эмоций, предложила жениху.
Почему-то ироничные нотки, с которыми я сама про себя проговаривала это слово, куда-то исчезли, и оно прозвучало удивительно серьезно.
— Не нужно, — отказался Стейн.
Он медленно расстегнул брюки и снял их с помощью магии. Причем, я успела заметить, что его контур замерцал темными всполохами, а на месте разрывов резче обозначились пустоты. И это снова заставило меня задуматься. По сути, человек с подобными травмами не мог пользоваться магией. Она в таких случаях попросту не слушалась. Так почему же Стейн с легкостью использует заклинания?
— Мне лечь? — По-прежнему не сводя с меня пристального взгляда, уточнил Стейн.
— Да, — кивнула в ответ и добавила: — Я помогу.
В этот раз Стейн не стал возражать, и уже спустя пару минут лежал на диване, умудряясь при этом не выглядеть ни больным, ни беспомощным. Энергия, которая витала вокруг мощной фигуры, не позволяла и на секунду представить Стейна инвалидом. Казалось, что он в любой момент встанет и пойдет.
— Что же вы? Приступайте, — поторопил он меня, и я, очнувшись от короткого ступора, принялась за массаж.
И снова странность. Неподвижные ноги были теплыми, с сохранившейся мышечной массой и реакцией на раздражители. Правда, многочисленные шрамы, напоминающие те, что остаются после ожогов, выглядели неважно. Воспаленные, шелушащиеся, с глубокими рытвинами и сухими струпьями. От них еле ощутимо тянулся шлейф темной магии.
Кулон на шее заметно потяжелел.
— Вы что-нибудь чувствуете? — Надавливая на точку пересечения магических энергий, спросила Стейна.
— Нет.
— А так?
Я нажала сильнее, захватывая разрыв контура и ощущая под пальцами усилившееся тепло. Оно обычно возникало только в тех случаях, когда жизненная сила продолжала циркулировать по пораженным органам, поддерживая магический круг.
— Нет, — снова ответил Стейн, но его голос прозвучал чуть глуше.
Я достала из сумки, которую так и не забрала из комнаты, бутыль с маслом шииры и плеснула его на руки. Мало кто знал, но средство, применяемое обычно при проблемах с пищеварением, помогало лучшей регенерации тканей, и его можно было использовать для лечения ран и ожогов. Мне рассказал об этом профессор Гердин, когда я проходила у него летнюю практику.
— Не волнуйтесь, милорд, я буду аккуратна, — заметив недовольный взгляд, успокоила Стейна.
А потом осторожно прошлась ладонями по ногам, втирая масло в шрамы, и приступила к массажу.
— Вам не противно их касаться? — Понаблюдав за мной несколько минут, спросил жених.
 
— Нет, — разминая икроножные мышцы, коротко сказала в ответ.
Мне нужно было время, чтобы разобраться с непонятными явлениями, и я не хотела пока разговаривать со Стейном о его болезни. Он ведь очень неглуп, и быстро поймет, к чему я веду. А если вдруг все мои выводы окажутся ложными, то тут и до отчаяния недалеко. Нет. Я должна была как следует все обдумать.
Кожа под моими руками чуть покраснела. Я поднималась от ступней все выше, задевая край белья, и чувствовала приливающий к щекам жар. Мать-Заступница, не хватало еще залиться стыдливым румянцем, как какая-то девица на выданье!
— Я не увидела в назначениях врачей ежедневного массажа. Вам его не делали? — Стремясь избавиться от смущения, спросила Стейна и получила очередное односложное «нет».
— Странно.
Бой часов заставил меня ненадолго замолчать.
— Кто вас ведет в настоящее время? Я не заметила записей доктора за последние два месяца.
— Вы и не могли их заметить, — хмыкнув, ответил Стейн, и его глаза при этом блеснули алыми искрами.
Жутковатое зрелище. Раньше мне нечасто доводилось общаться с высшими магами, так что каждый раз, когда во взгляде Стейна загорался колдовской огонь, мне становилось не по себе. Сразу вспоминалось матушкино предупреждение. «Запомни, Софи, тебе не стоит слишком долго общаться с высшими магами», — настойчиво повторяла она. А на мои вопросы, почему, уклончиво отвечала, что я потом сама пойму.
— Я уволил всех докторов, — пояснил Стейн, заставляя меня отвлечься от воспоминаний.
— Но ведь так нельзя! — Воскликнула в ответ.
— Кто сказал? — Холодно спросил лорд.
— Вы не хотите встать на ноги?
— А вы считаете, что кто-то из вашей шарлатанской братии способен меня вылечить?
Стейн рывком приподнялся, его магический контур ярко вспыхнул, и тут же погас, а сам лорд бессильно откинулся на подушки.
— Давайте договоримся, София, — устало произнес он. — Вы не будете донимать меня нравоучениями, а я не стану аннулировать наши договоренности. Все, сеанс массажа окончен, можете быть свободны.
Стейн нахмурился и властным жестом отправил меня прочь.
— Как скажете, милорд, — даже не пытаясь скрыть иронию, ответила своенравному пациенту и подала ему одежду. — Как я понимаю, моя помощь в одевании вам не требуется?
— Правильно понимаете, — процедил Стейн, и мне показалось, что в комнате стало гораздо холоднее. — Вы свободны, — повторил он и после крошечной паузы добавил: — Дорогая.
— Хорошего дня, дорогой, — в тон ему ответила я и, забрав сумку, вышла из комнаты.
***
До полудня мы со Стейном больше не виделись. А ближе к вечеру из Модного дома Лурье привезли одежду, и все закрутилось с такой скоростью, что я и глазом моргнуть не успела, как две приехавшие гномочки-модистки помогли мне надеть платье из жемчужно-серого шелка, соорудили простую, но изящную прическу и сунули в руки букетик из фрезий и фиалок.
— Распоряжение лорда Стейна, — пояснила одна из женщин, а вторая пожелала счастья в семейной жизни, и они бодренько испарились, оставив меня разглядывать в зеркале собственное отражение.
Оно было… красивым. И нежным, совсем как фрезии. А ведь я уже и забыла, что могу так выглядеть. Первые весенние цветы вернули взгляду девичью безмятежность, а светлое платье и красивая прическа словно достали откуда-то из глубин памяти образ юной беззаботной аристократки. Когда-то я и была такой — нежной, хрупкой, похожей на сказочную фею, как любила говорить дядюшкина Лия.
— Это что же, ты теперь станешь леди Стейн? — Послышался знакомый голос, и я, обернувшись, увидела сидящего на подоконнике Олли.
Тот болтал короткими ножками в зеленых замшевых башмаках и вытягивал губы трубочкой, разглядывая меня так, словно пытался решить сложную задачку.
— Ненадолго. Всего на полгода.
— Ну да, ну да, — повторил Олли и смешно причмокнул.