Пари, милорд!(СИ)

— Давайте.
Стейн, не глядя, протянул руку, и я вложила в нее документы.
— Лорд Торнвуд ваш дядя? — В голосе жениха проскользнуло едва заметное удивление.
— Он брат моей матушки, — пояснила в ответ.
— Торнвуд не разорился, не умер, не уехал из Дартштейна. Что заставило вас уйти из его дома?
В меня впился цепкий взгляд.
— Я хотела стать врачом, — ответила единственную правду, которую могла сказать.
— Вы не врач, — отмахнулся Стейн, и меня неожиданно задело его пренебрежение.
— Я на пути к этому, — с вызовом ответила жениху и вскинула подбородок.
— Вы выбрали слишком долгий путь, — хмыкнул Стейн, в то время как Ивэн смущенно кашлянул и подсунул ему очередную бумагу. — Полагаю, истинную причину ваших разногласий с дядей я не узнаю?
— Ее нет, милорд.
«Вот так, — безмолвно сказала жениху. — И не пытайтесь выяснить больше необходимого».
Похоже, Стейн все понял по моим глазам. Уголок его рта дернулся в усмешке, и лорд углубился в бумаги.
— Вот здесь исправь, — указал он на что-то Ивэну. — Остальное меня устраивает. Тера Экман, ознакомьтесь.
Лорд протянул мне документы.
Так, контракт. Стороны обязуются… В течение указанного времени… Сумма вознаграждения…
— Этот договор увидит кто-то, кроме нас?
— Нет, но он имеет силу, и в случае нарушения пострадавшая сторона сможет предоставить его в суде. Брачный договор составим чуть позже, — ответил Стейн. — В нем будут стандартные формулировки.
— Хорошо.
— Тера Экман, если вы все изучили и у вас нет возражений, то распишитесь вот здесь и здесь, — вмешался Ивэн, показывая мне, где нужно поставить подпись. — Замечательно, — забрав бумаги, деловито произнес он и сложил их в папку. — Рольф, есть еще один момент. Вам с терой Экман нужно узнать друг друга получше. И использовать в обращении имена. Ты же понимаешь, — увидев приподнятую бровь Стейна, зачастил Ивэн. — Если у служащего возникнут сомнения в искренности ваших чувств, то он не сможет под присягой подтвердить законность вашего брака. А Эндрю, я уверен, так просто не отстанет. Он наверняка попытается оспорить ваш союз.
— Что ж, это разумно, — после секундной паузы сказал Стейн и обратился ко мне: — Присаживайтесь, дорогая. Нам с вами предстоит долгий разговор.
— Ну, вы пока общайтесь, а я побегу, мне еще в Эрголь добираться, разрешение у лорда Торнвуда добывать. И в мэрию нужно зайти, договориться о выездной церемонии. И второй брачный договор составить. В общем, дел по самую маковку. Будьте готовы к вечеру, я приведу служащего.
Ивэн быстро собрал бумаги, сложил их в папку и метнулся к выходу. Острые локти мелькнули в проеме, и дверь тихо закрылась, оставив нас со Стейном наедине.
— Итак, София, — посмотрев на меня, задумчиво произнес Стейн и тут же спросил: — Или вы предпочитаете, чтобы вас называли Софи?
— Первый вариант.
Мне не хотелось лишней фамильярности. Наши со Стейном отношения сугубо деловые, вот пусть они такими и останутся.
— Вам следовало добавить — Рольф, или дорогой, — совершенно серьезно сказал жених и предложил: — Ну-ка, попробуйте.
— Может, ограничимся нейтральным «милорд»?
— Как вариант, и это неплохо, но все же будет лучше, если при посторонних вы постараетесь называть меня по имени.
— Как скажете, Рольф.
— Нежнее, — глядя мне в глаза своим невозможно холодным взглядом, приказал Стейн.
— Как скажете, дорогой, — одарив его сладкой улыбкой, протянула в ответ.
— Так вполне неплохо, дорогая.
Стейн взял сигарету, поднес ее к губам и чиркнул зажигалкой. А потом затянулся и откинулся на спинку кресла, наблюдая за струйкой дыма, поднимающейся над тлеющим кончиком. И выглядел при этом так уверенно и спокойно, что я невольно забыла об его увечье, пораженная внутренней силой и несгибаемой волей, которая читалась в выражении глаз, в очертаниях губ, в четких и выверенных жестах сильных рук.
Все-таки удивительно, как быстро этот мужчина сумел перекроить обстоятельства под себя. Казалось бы, только вчера он настаивал на том, чтобы его оставили в одиночестве, а сейчас ведет себя так, словно наш вынужденный брак не доставляет ему никаких неудобств. Поразительная гибкость. И ведь даже загнанный в угол, он умудряется выглядеть хозяином положения.
 
— Рассказывайте, София, — приказал Стейн.
— Что именно?
Я с трудом заставила себя отвлечься от наблюдений за будущим супругом и вспомнила, о чем мы говорили до этого.
— Все. Где вы росли, кем были ваши родители, что вы любите, какие у вас предпочтения в еде и напитках. Можете добавить, какие книги читаете и каких цветов придерживаетесь в одежде. Конечно, в том случае, если это не форменное платье. Кстати, с этим тоже нужно что-то делать. У вас есть нормальные вещи?
— Что значит, нормальные?
— Приличное платье или костюм. Впрочем, неважно. Я решу этот вопрос.
Лорд потянулся к переговорнику и снял трубку.
— Лейден-сквер, четыре двадцать, — бросил Стейн фонистке и спустя пару секунд, после характерного щелчка, произнес: — Лурье, мне нужен полный женский гардероб. Все необходимое, от белья до вечерних туалетов и обуви. Да. Размеры…
Стейн бегло оглядел меня и продиктовал:
— Рост сто шестьдесят семь рьенов, объем талии — шестьдесят, грудь — девяносто шесть, бедра — девяносто. Блондинка, белая кожа, зеленые глаза. Да. К обеду? Отлично. Да, для невесты, — пояснил он, а в ответ из трубки донеслись эмоциональные восклицания. — Ну, вот теперь знаешь, — усмехнулся лорд и жестко добавил: — Все. Жду.
Трубка легла на рычаг, и Стейн сбил с сигареты пепел. Тот рассыпался в черной каменной пепельнице серым налетом и тут же исчез, сметенный магией, а я усмехнулась. Что ж, мои первоначальные выводы оказались верными — у Стейна богатый опыт по части женщин. Еще бы! Всего за пару секунд точно определить мои объемы! Да на это не каждая модистка способна.
— Итак, я слушаю, София.
Мне достался очередной властный взгляд, подчиняясь которому я начала рассказ о своей жизни. Вышел он коротким. Родилась в небогатой, но благородной семье. До тринадцати лет жила в Лейбнице, а потом, после смерти родителей, дядя забрал меня в Эрголь. Как они умерли? Заразились желтой лихорадкой. Меня не было с ними, я тогда гостила у кузины, поэтому и выжила. В шестнадцать поступила в медицинский колледж. Нет, дядя не препятствовал моему выбору, но и поддерживать его не стал, заявив, что если я решила стать врачом, то должна сама нести за это ответственность. Так что мне пришлось обеспечивать себя самостоятельно. Как? Служила сиделкой, потом, на старших курсах, нашла еще одну подработку в лавке фармацевта, ну а после, получив лицензию медицинской сестры, устроилась в бюро теры Бэском.
Я говорила, а перед глазами проходили годы упорного труда и учебы. Дядюшка ошибся. Я не сдалась. Не прибежала к нему в слезах и раскаянии, не согласилась на его условия…
— Это все?
— Да. Как видите, рассказывать особо нечего. Ах да, я люблю картофель, запеченный с мясом по-эргольски, лимонные кексы и хороший чай. Цвета предпочитаю практичные и немаркие. Что еще? За литературными новинками не слежу, больше ценю классиков. Кажется, все. Теперь ваша очередь, Рольф.
Услышав мое обращение, Стейн прищурился и затушил сигарету, смяв ее в пепельнице.
— Что ж, если кратко — я принадлежу к одному из старых родов и являюсь наследником графского титула, который перейдет ко мне после смерти дяди со стороны матери. Обладаю высшим уровнем магии, до недавнего времени занимал должность в военном ведомстве, но из-за увечья вынужден был уйти в отставку. Любимых цветов нет, в одежде предпочитаю черный и синий. Любимых блюд тоже нет. Разве что, кофе. К сладкому равнодушен, спиртное употребляю умеренно, иногда курю. Современная литература меня не интересуют, среди классиков могу выделить Дирье и Максона.
— Вам нравятся кроненгаудские баллады?
Я удивленно посмотрела на Стейна. Как-то не верилось, что холодный и сдержанный лорд любит простонародный юмор северных баллад.