Полночная дымка (ЛП)

Я уставилась на него, на мгновение пожелав оказаться где угодно, только не здесь, затем собралась с духом и надела одноразовые перчатки, которые всегда носила при себе. Я опустилась на колени и повозилась с его толстовкой. Мне потребовалось приложить усилия, но я сумела закатать рукав и обнажить татуировку на руке: сердечко из колючей проволоки, Адам, Джейн. Ха. Это тот же человек, который внутри банка получил пулю в лицо, только вчера. Или сегодня. Или когда там это было.
Я осмотрелась по сторонам, вглядываясь в лица свидетелей.
— Кто-нибудь видел, что произошло?
Несколько мгновений никто ничего не говорил, затем пожилая женщина шаркающими шагами двинулась вперёд. Должно быть, ей было за восемьдесят. На ней было ярко-розовое платье, стискивавшее её приземистое тело. Её глаза были такого поразительного васильково-синего цвета, что я сразу узнала в ней пикси. Я гадала, не была ли она родственницей той пикси, что оказалась убита при первом ограблении банка.
— Тут был фургон, — она говорила с лондонским акцентом. — Маленький белый фургон. Он ехал по дороге в ту сторону, — она показала за себя, — а потом вдруг прибавил скорость. Я была уверена, что он собьёт какого-нибудь несчастного пешехода. Затем этот молодой человек выбежал с той же стороны — он как будто направлялся в банк. Фургон резко остановился, окно опустилось, и кто-то застрелил его. Я не видела, что случилось дальше. Я пряталась. Все мы прятались, — она печально опустила голову. — Но этот бедный мальчик не выжил. В одно мгновение он бежал, а потом…
— Спасибо, — тихо сказала я. — Мне нужно, чтобы вы позднее дали показания.
— Это я могу. Меня зовут Эсмеральда Стром, и я живу вон там, — она показала на чёрную дверь по другой стороне улицы, не так далеко отсюда. Она прищёлкнула языком. — Это из-за банка, да? Это замечательный институт, который многое делает для нашего сообщества. Куда же катится мир, если в людей стреляют посреди бела дня?
Действительно, куда?
Я встала, и мой телефон зазвонил. Я отрешённо приняла вызов, всё ещё сосредоточившись в основном на невезучем Адаме. Это опять была детектив Барнс. Она не утруждалась любезностями.
— Вы бы не хотели объяснить, что вообще происходит, детектив Беллами? — рявкнула она. — Мне сообщили, что вы покинули место инцидента у Лондонского Глаза, даже пальцем не пошевелив, чтобы помочь, и вы проигнорировали мой приказ ехать на Тауэрский Мост. Там констебль Хакерт. Он не может один разобраться с таким инцидентом. И теперь я слышу об убийстве перед банком Талисманик? Вы сказали мне о банке, но упомянули его, когда там ещё ничего не случилось. Вам нужно объясниться, Беллами! Где вы?
— Я сейчас перед банком, — я жестом попросила зевак отойти. — Случившееся на Тауэрском Мосту — это «утка».
— Что? — гаркнула она. — Откуда это известно?
— Я сейчас не могу объяснить, — я посмотрела в обе стороны улицы. Я не знала, где сейчас банда, но знала, куда они направляются. Я зашипела сквозь стиснутые зубы. Мне нужна машина.
— Вы сами по себе, — сказала Барнс. — Полагаю, вполне ожидаемо, что вы не справляетесь.
— Я справляюсь, — соврала я.
— Хоть даже это так, другие полицейские едут к вам. Повезло, что ранее я всерьёз восприняла ваши слова и организовала, чтобы ДУР послал отряд в банк.
— В этом уже нет необходимости. Я всё контролирую. Пожалуйста, не…
— Это уже не подконтрольно мне. ДУР уже едет.
— Дайте угадаю, — выдавила я сквозь стиснутые зубы. — Команду возглавляет детектив-инспектор Кольер.
— Откуда вы знаете?
Я раздражённо покачала головой.
— Да пофиг, — сказала я. — Я ухожу с места преступления. Думаю, я знаю, куда направляется банда, организовавшая это.
— Что? Детектив Беллами, мне нужно, чтобы вы…
Я сбросила вызов. Это несправедливо по отношению к Барнс, и я знала, что потом мне устроят адскую взбучку, но я была не в том положении, чтобы дать ей ответы. И мне надо добраться до того неиспользуемого туннеля.
— Мне нужна машина, — крикнула я толпе. — У кого из вас есть что-то, что я могла бы позаимствовать?
 
Пожилая пикси покачала головой, среди других наблюдателей раздалось недовольное бормотание. Сердитый оборотень с жёлтой меткой зеты на руке протолкнулся вперёд.
— Вы уедете? Тут труп лежит посреди улицы, а вы собираетесь угнать одну из наших машин и уехать, будто ничего не случилось?
И почему мне вечно везёт на нахальных оборотней?
— ДУР уже в пути, — спокойно сказала я. — Думаю, мне известно, куда направились злоумышленники. Мне надо попасть туда наперёд них, чтобы иметь шанс задержать их.
— Что? Откуда вы можете знать?
Я не потрудилась отвечать. Я просто перестала спорить и вышла на дорогу. Маленькая красная машина подъехала, остановилась, и беловолосая леди за рулём моргнула, уставившись на меня. Я предъявила удостоверение. Её широко распахнутые и напуганные глаза покосились на мой арбалет, который я до сих пор держала в правой руке, затем она опустила окно.
— Что происходит? Это труп? Что там случилось?
— Я из Отряда Сверхов, мэм, — вежливо сказала я. — Я забираю этот автомобиль.
У неё отвисла челюсть.
— Что? Вы не можете так поступить!
— Определенно могу. Posse comitatus. Власть графства. Я легально уполномочена использовать любую помощь или необходимое оборудование.
Она продолжила таращиться на меня.
— Выходите из машины, — приказала я.
Она подчинилась, дрожа. Я заняла её место и проверила бензин. Полный бак. Идеально.
— Ваш автомобиль вернут вам позднее, — сказала я. — Спасибо за вашу службу на благо страны.
Пока женщина и вся толпа ошеломлённо таращились на меня, я уехала.
***
Добравшись до старого электрического туннеля, я высматривала любые признаки дыма. Педаль газа была вдавлена в пол, но эта маленькая машинка не могла тягаться с Феррари (и даже с Таллулой), но всё лучше, чем ничего.
Я с большими сложностями объехала медленно едущую фуру и подумала, что буду делать, если застану банду до того, как они пересядут в другую машину и сбегут. Они вооружены до зубов, и у меня даже со сверхъестественными способностями не было против них ни единого шанса. И я уже знала, насколько решительно они настроились избежать ареста. Лучшее, что я могла сделать сейчас — это последовать за ними до места назначения и вызвать кавалерию. На сей раз у них не будет времени заранее расставить снайперов.
Я мрачно улыбнулась. Я до сих пор не знала, как случилось это странное повторение, но я собиралась извлечь максимум выгоды. Я предотвратила ограбление; теперь пора привлечь преступников к ответственности.
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем я увидела съезд к туннелю. Там не было ни единого следа горящего фургона, и я позволила себе немного ликования; я добралась вовремя. Надо всего лишь найти место и остановиться где-нибудь, откуда мне всё будет видно, а потом я засеку, в какой автомобиль пересела банда, и заполучу их.
Заметив место для засады, я спешно включила поворотник и съехала туда. Я вышла и повернулась, прикрывая глаза от солнца. Идеально: отсюда я могла видеть всё подо мной с расстояния менее тридцати метров. Вот туннель, и вот фургон флориста. А ещё тут виднелся потрёпанный семейный седан… и группа сердитых людей стояла между автомобилями и орала друг на друга. Их было трое: светловолосая женщина, темноволосый крепко сложенный мужчина и ещё один тип в очках с волосами песочного цвета. Попались.
Я услышала громкий сигнал. Мгновение спустя позади меня остановилась машина, и вышел мужчина примерно моего возраста.
— Приветики! — он поднял руку в дружелюбном жесте приветствия. — Проблемы с машиной? Давайте помогу.
«Отъе*ись». Я выдавила из себя улыбку.
— Нет у меня никаких проблем, всё в полном порядке. Вы можете ехать по своим делам.
Он широко улыбнулся.
— Феминизм в XXI веке, — заявил он, драматично прищёлкнув языком. — Просить о помощи вовсе не стыдно, знаете ли. Невозможно сделать всё самостоятельно. Будьте благодарны, что я остановился. Не каждый день на помощь приходит рыцарь в сверкающих доспехах. Что такое? Шину пробило? — он встал передо мной, заслоняя мне вид на банду.