Мне нужно, чтобы ты ненавидела меня (ЛП)

Воздух на пирсе прохладнее, чище. Я делаю глубокий вдох, прислоняясь к одной из деревянных колонн, и смотрю вдаль. Я часто нахожу себя оторванной от собственного тела, или, возможно, лучше сказать «оторванной от мира».
Я не могу не задаться вопросом о цели всего происходящего. Смысл нашего существования или почему я здесь именно в этот промежуток времени. Вселенная бесконечна, поистине безгранична, и даже время — это иллюзия, на самом деле его даже не существует. Я где-то читала, что на горных вершинах часы бегут быстрее, чем на уровне моря. Итак, по сути, время не является постоянным, это просто обман, допущенный нашим неточным наблюдением.
В чем смысл жизни? Это способ скоротать время, которого даже не существует? И, может быть, по сути, ничто не имеет значения в великой схеме вещей.
Когда я посещала своего психотерапевта, она называла это «нигилизмом», и один из способов преодолеть его — не поддаваться ему. Она побуждала меня каждый день находить хотя бы малую толику смысла.
— Почему такая симпатичная девушка, как ты, совсем одна?
Этот голос пугает меня и вырывает из моих мыслей. Я поворачиваюсь и вижу высокую фигуру, стоящую передо мной. Слабый красный огонек от сигареты мерцает между его губами.
— Э-э, — я не знаю, что сказать, и смотрю в сторону костра, рассчитывая, как громко мне пришлось бы звать на помощь, если он окажется подонком.
— Я Логан, — он одаривает меня улыбкой. Я могу лишь частично рассмотреть его черты. Его каштановые волосы коротко зачесаны назад, а кривой нос возвышается над тонкими губами.
— Калла, — отвечаю я, и наши глаза встречаются. Меня охватывает неприятное чувство, — ты учишься здесь в университете? — я пытаюсь завести светскую беседу. Мне не нужна компания, но я не знаю, как выйти из этой ситуации, не будучи грубой.
— Не совсем, — говорит он, и прежде чем я успеваю спросить его, что это значит, мои глаза расширяются. Вдалеке к нам шагает Эйс. Я перевожу взгляд с Логана на Эйса, мои брови хмурятся в замешательстве. Он заблудился?
Эйс останавливается рядом со мной и переплетает свои пальцы с моими. Что он делает? Я замерзла. Я совершенно забыла, как двигаться. Его мозолистый большой палец касается тыльной стороны моей ладони, и тепло от нашего контакта распространяется по мне.
— Что ты здесь делаешь, Логан? — тон Эйса низкий и пронизан раздражением.
Логан засовывает одну руку в карман и нарочито неторопливо затягивается сигаретой, оценивая контакт между мной и Эйсом.
— Расслабься. Я как раз собирался уходить, — Логан щелчком выбрасывает сигарету в озеро, и я слышу слабое шипение, когда она гаснет, — увидимся, Калла, — он подмигивает мне, и хватка Эйса крепче сжимает мою руку.
Я прикрываю свою гримасу вымученной улыбкой. Что-то в Логане кажется странным, но я не могу точно определить, что именно.
Эйс и я стоим в полной тишине, наши руки все еще переплетены. Я жду, пока силуэт Логана не превратится в маленькую тень на расстоянии, прежде чем прервать наш контакт и увеличить расстояние между нами. — Что, черт возьми, это было?
— Что было что? — Эйс пожимает плечами, делая вид, что понятия не имеет, о чем я говорю. Он серьезно?
Он делает шаг ко мне, и мой пульс учащается. Почему он так поступает со мной?
Я делаю шаг назад, не обращая внимания на тот факт, что я уже близко к краю причала. Все это происходит слишком быстро, чтобы я могла понять. В одну минуту я пристально смотрю на Эйса, готовясь возразить ему по поводу выходки, которую он выкинул, а в следующую меня окатывает ледяной водой.
О боже мой. Это не может происходить прямо сейчас.
Когда я выныриваю на поверхность, чтобы глотнуть воздуха, лицо Эйса наполнено законным беспокойством. Он опускается на колени у края, протягивая мне руку. Я намереваюсь затащить его с собой, но сомневаюсь, что он попадется на этот трюк. Поэтому вместо этого я кладу обе руки на палубу и поднимаюсь.
Я промокла, замерзла и совершенно разозлилась.
Губы Эйса сжаты, и его грудь слегка вздрагивает. Этот засранец подавляет смех? Это все его вина. Если бы он не пришел сюда, пытаясь вести себя как рыцарь в сияющих доспехах, этого бы не случилось. Я все еще была бы сухой и веселой — вместо этого я дрожу, пока прохладный ветерок касается меня.
 
— Заткнись, — предупреждаю я, наконец выбираясь из воды.
— Я ничего не говорил, — Эйс поднимает руки в знак защиты, его ухмылка широкая, как у чеширского кота.
— Мне все равно. Заткнись.
Он хватает свою толстовку сзади и снимает ее через голову, передавая мне. — Вот, — конечно, под его толстовкой нет рубашки, какой шокирующий сюрприз.
Я собираюсь отклонить его предложение, мне не нужно, чтобы он спасал положение, но ветер заставляет меня передумать. Я хватаю толстовку дрожащими руками.
— Сними футболку, — приказывает он.
— Что? — я стискиваю зубы, чтобы они не стучали от холода.
— Калла, она промокла, — он смотрит вниз на значительную лужу у меня под ногами, чтобы доказать свою точку зрения, — тебе все равно будет холодно.
Почему его это волнует? Я бросаю взгляд на потрескивающий огонь вдалеке, откуда доносится смех и громкая музыка, а затем снова смотрю на Эйса. У меня нет ни малейшего шанса снять рубашку перед ним — я бы предпочла подхватить пневмонию или какие-то другие последствия.
— Давай, — говорит Эйс, вставая передо мной, так что никто не сможет увидеть, как я переодеваюсь. Он поворачивается ко мне спиной.
Он не дает мне шанса отказаться, и я в некотором роде благодарна. Мое упрямое «я» пострадало бы, чтобы доказать свою правоту. Я снимаю свою мокрую футболку, осторожно роняя ее на землю, она шлепает, когда соприкасается с деревянной платформой. Я задерживаю дыхание, нервничая из-за любого шума.
Когда я натягиваю его толстовку через голову, интенсивный запах Эйса наполняет мои легкие, вызывая мурашки по рукам. Я виню в этом холод. Я вспоминаю, что все еще злюсь на Эйса. Я злюсь, потому что его перепады настроения причиняют мне боль, он говорит, что ничего ко мне не чувствует, но потом он делает это? В какую игру он играет?
— Зачем ты пришел сюда? Я разговаривала с Логаном, — говорю я. Мне плевать на Логана, и я рада, что он ушел. От него у меня мурашки бегали по коже, но дело не в этом.
— Он не порядочный человек, — отвечает Эйс.
Какой лицемер. — И что? Полагаю, ты тоже?
Эйс поворачивается ко мне с серьезным выражением лица. Он на мгновение закрывает глаза, и когда они открываются, в первый раз, в них есть что-то нежное. То, как он смотрит на меня прямо сейчас, отличается от всех остальных раз.
— Я этого не говорил, и, откровенно говоря, я еще хуже. Правда, Калла. Будет лучше, если ты будешь держаться от меня подальше.
Я не нахожу слов. Он тот, кто пританцовывал здесь, чтобы спасти положение, и он говорит мне держаться подальше?
Он совершенно безумен.
  
Глава 8
 
Незаконное хобби
 
Мрачным субботним утром я сижу на кухне, погруженная в книгу, когда Лив, спотыкаясь, входит в парадную дверь с коробкой в руках. Оставив книгу лицевой стороной вниз на стойке, я поворачиваюсь к ней лицом.
Лив вздыхает, кладя коробку на стул. — Ты знаешь, что в этом городе нет ни одного магазина тканей? Мне пришлось ехать всю дорогу до соседнего! — она кладет локти на стойку и зевает.
— Магазин тканей?
— Я взяла на себя задачу разработать наряды для команды поддержки на следующий семестр. Ты их видела? Они ужасны. Я имею в виду, кто совмещает зеленую рвоту с оранжевым? — она вздрагивает, — нам повезло, что с тех пор цвета университета изменились, но форма не обновлялась с семидесятых годов.
Это меня не удивляет. Лив кажется мне человеком, способным заниматься подобными вещами, поэтому она и получила степень дизайнера. — Ты всегда хотела быть дизайнером?
Она сияет от моего вопроса. — С тех пор, как я была младенцем. Я думаю, что моя мама поняла это, как только я разрезала ее свадебное платье в возрасте пяти лет. Она была в ярости, но на нем были эти отвратительные рукава, и я думаю, что мое пятилетнее «я» знало, что это была трагедия, которую требовалось исправить, — она смеется, и я присоединяюсь к ней.