Мне нужно, чтобы ты ненавидела меня (ЛП)

Я смотрю на улицу, в сторону заднего дворика. Я ничего не вижу в темноте. Который сейчас час? Как долго мы сидели в его комнате? Кажется, что прошло несколько минут.
Мой взгляд падает на время на его часах. — Уже больше одиннадцати? Извини, я не хотела задерживать тебя так на долго, — я забываю, что люди на самом деле спят. Это не та роскошь, которой я обладаю.
— Все в порядке. Я все равно почти не сплю.
— Хмм?
— Мой разум имеет свойство быть темным и извращенным, когда он уязвим, — бормочет он себе под нос. Он хотел сказать это вслух?
— Ты имеешь в виду, что тебе снятся кошмары? — я едва слышу свой голос. Я знаю, каково это, закрыть глаза и насытить свой разум зловещими мыслями, внутренней тьмой, которая толкает тебя к иррациональности.
Неужели мы оба все еще держимся за что-то, что нам следует отпустить? В чем твой секрет, Эйс?
— Видимо, — его голос едва слышен, как шепот. Он нежно касается моей кожи. Как мы смогли так сблизиться? И почему у меня нет желания убежать? Это потому, что я начинаю видеть сходство между нами с каждым произнесенным словом?
Я смотрю на Эйса сквозь ресницы, затаив дыхание. Его глаза в основном серые, с оттенком зеленого и голубого. После того, как они наивно загипнотизировали меня, мое внимание переключается на его чувственный рот, уголки которого изгибаются в дьявольской ухмылке. Мое сердце ускоряется — оно колотится у меня в груди.
Мы оба знаем, что, если один из нас двинется вперед, наши губы соединятся. Я не могу понять свой мыслительный процесс и почему я вдруг захотела, чтобы это произошло. Возможно, это усталость и иррациональность, смешанные с неизвестностью. Завтра Эйс снова станет мудаком, и я буду тем, кто обожжется — не играй с огнем.
Я ничего не чувствую к тебе.
Используя свою руку, я отталкиваюсь от кровати, нарушая момент, сохраняя рассудок. — Мне, наверное, все равно стоит пойти в свою комнату. Увидимся завтра.
— Боишься, что ты уже влюбляешься в меня? — шутит он, поднимая настроение.
Я усмехаюсь. — В твоих мечтах, Блэквелл.
Он ухмыляется. Это такое редкое, но трогательное зрелище. — Спокойной ночи, Калла.
—
Переступая порог дома Мии, я не могу охватить все сразу. Я этого не ожидала. Это все равно что проникнуть в чей-то разум — определенно разум Броуди.
Винтовая лестница справа привлекает мое внимание, она выкрашена в белый цвет с деревянными перилами. Остальная часть пространства украшена растениями, очень многими растениями, а яркий ковер с рисунком занимает большую часть жилой площади.
— Я просто быстро переоденусь. Тебе что-нибудь нужно? — спрашивает Миа.
Я смотрю вниз на то, что на мне надето — черные леггинсы, футболка оверсайс и ботинки, та же одежда, в которой я ходила на работу. Я не взяла с собой ничего, во что можно было бы переодеться, и я не планирую наряжаться для этого мероприятия. Это то, что отвлекает меня от всего остального. Проводить время с обычными людьми, занимаясь обычными университетскими делами.
— Я в порядке. Не торопись.
Меня тянет к большому книжному шкафу, тянущемуся вдоль задней стены. Он заполнен сотнями книг. Я обнаружила, что большинство из них старые, выцветшие и с потертыми краями. Я провожу пальцами по корешкам и просматриваю названия — все они кажутся духовными, и я понимаю, что Миа имеет в виду, говоря о Броуди.
Я вытаскиваю одну книгу и смотрю на нее.
— Страница двадцать четвертая, — произносит грубый голос позади меня, и я поворачиваюсь, чтобы обнаружить Броуди. Светлая рубашка свободно свисает с него, и его взгляд прямо сфокусирован на книге в моих руках.
— А? — спрашиваю я, но уже листаю страницы.
— Первая строка, страница двадцать четыре, — повторяет он.
— Звезды сгорят в огне, — читаю я вслух и смотрю на него в поисках объяснения. Он не отвечает, как будто я должна знать, что это значит, и шаркает в маленькую комнату, закрывая за собой дверь. Ладно, сейчас это было странно.
Вечеринка проходит на другой стороне озера, напротив того места, где я живу. Нам не потребуется много времени, чтобы дойти туда от дома Мии. — Ты всегда жила с Броуди? — спрашиваю я, потирая руки друг о друга, чтобы согреть их.
 
— Только последние несколько месяцев, — говорит она мне и добавляет, — мои родители выгнали меня за, гм… бунт, — она хихикает, — под бунтом я подразумеваю подстричь собственную челку и покрасить ее в розовый цвет.
— Уоу, откуда ты родом?
— Юта, — отвечает она, одаривая меня взглядом, который должен все объяснить. К сожалению, единственное, что я знаю о Юте, это то, что она фантастически подходит для катания на лыжах.
Сегодня вечером у костра будет несколько знакомых человек. Мои глаза привыкают к злобному свету пламени, и ко мне подбегает коренастая фигура. — Я не знал, что ты собираешься прийти, — Тео врезается в мое тело, обнимая меня, — я должен был спросить тебя. Черт, извини! Я не думал, что это, гм, то, к чему ты захочешь присоединиться, — бормочет он.
— Все в порядке, — я обнимаю его в ответ. От него пахнет стиральным порошком, смешанным с дымом от костра.
За последние пару недель я узнала, что Тео чрезмерно ласков со всеми, и, зная это, я чувствую себя более комфортно. Не то чтобы мне было неуютно рядом с ним раньше, но последнее, что я хочу обнаружить, это то, что он в меня влюблен.
— Миа, — говорю я, чтобы объяснить, почему я здесь. Я поворачиваюсь, чтобы подойти к ней, но ее там нет. Я оглядываюсь вокруг, она, кажется, растворилась в воздухе.
Джош стоит у костра и машет мне рукой. Мой взгляд метнулся в его сторону, к Эйсу и другой девушке. Он даже не удосуживается взглянуть на меня, и я не жду от него ничего большего. Просто потому, что мы провели время вместе на днях, это не значит, что мы станем лучшими друзьями. Это только для выполнения задания.
Усевшись задницей на деревянное бревно между Джошем и Тео, я узнаю некоторых людей из нескольких моих классов и некоторых из братства Тео.
— Вот, — Миа появляется позади меня и протягивает стаканчик мне в руку.
Я вытягиваю шею, чтобы взглянуть на нее, и ее розовая челка свисает ей на лицо. — Спасибо, — говорю я. Я подношу чашку к носу и тут же жалею об этом. Запах алкоголя пересиливает любой микс, который она туда поместила.
Кто-то принес динамик и играет песни Блинк-182. Пары целуются вокруг нас, и снова, по какой-то неясной причине, мои мысли возвращаются к Нейту. Я немедленно заставляю свой разум избавиться от этих мыслей.
Есть зефир, который люди поджаривают на огне, нанизанный на палочках. Пьяные подростки и открытое пламя — не самое лучшее сочетание, и я не хочу застрять посреди всего этого, когда случится что-то ужасное.
Джош мне что-то говорит, и я смотрю на него, его губы шевелятся, но я не могу сосредоточиться на его голосе среди всех остальных вокруг нас. Тем не менее, я слышу разговор рядом с Джошем, Эйса и темноволосой девушки, которую я не узнаю.
— Давай вернемся к тебе домой, — предлагает она.
— Может быть, позже, — отвечает Эйс.
— Я сделаю так, чтобы это стоило твоего времени, — ее рука скользит вверх по его ноге.
Я отворачиваюсь и сосредотачиваюсь на музыке, подсознательно делая глоток из чашки, которую дала мне Миа, и морщусь от отвращения, когда горький вкус алкоголя встречается с моими вкусовыми рецепторами.
— Я сейчас вернусь, — говорю я, вставая, чувствуя легкую тошноту. Боковым зрением я замечаю, что голова Эйса резко поднимается, и он стряхивает руку девушки со своего бедра.
— Ты в порядке? — Мия беззвучно спрашивает одними губами. Она разговорилась с Тео. Я киваю и направляюсь к террасе на озере, подальше от всех.
Мне нравится моя собственная компания, большую часть времени я предпочитаю ее. Но мне не нравится оставаться одной достаточно долго, чтобы злые мысли овладевали мной. Раньше я никогда не была такой. Раньше я была экстравертом. До и после смерти моей мамы, я использую эти слова, чтобы описать временные рамки в моей жизни. До все было лучше.