Наследница долины орлов (СИ)

Солнце уже встало и заливало окно теплым утренним светом. Девушка мотнула головой, стряхивая сон.
— Фу-у, какая пакость, — она села на кровать, откинула одеяло. Потом приложила руку к груди — сердце по-прежнему колотилось, точно сбрендивший барабан. Нель накинула халат и подумала, что чашка горячего чая была бы не лишней.
В коридоре стояла тишина, значит, тетушка еще спит. Вчера, возвращаясь из дворца, леди Орхи сообщила, что намерена снять для них небольшой, но приличный дом. Пора бы и честь знать, и что ей уже посоветовали очень неплохие варианты.
Нель ей ничего на это не ответила, погруженная в мысли о произошедшем. А сейчас задумалась. Если честно, ей очень хотелось вернуться домой, в особняк ди Веррей, где она, наконец-то, хозяйка.
Ди Вирш еще пару дней назад обещал найти приличного управляющего, а тетушка подыщет домоправительницу. Нель даже мысли не допускала, чтобы оставить гадину Мариэтту.
Спустившись на первый этаж, девушка прошла коридором и услышала голоса из приоткрытой двери кабинета. Она подошла ближе, хотела постучать, чтобы поздороваться с графом, но остановилась, когда до нее донеслись слова.
— Маркиз ди Растр больше десяти лет прослужил военным атташе. И почти восемь из них — в Хилиджанском султанате. Так, что, Людвиг, ничего удивительного, что он прекрасно владеет этим языком. Он занимался не только делами военных ведомств Литарнии и Хилиджана, но и имел очень неплохую агентуру. Говорят, что его шпионская сеть была лучшей. Представь, о ней не знала даже наша Тайная Служба. Чудеса. Когда лорд Хенш — глава этого уважаемого учреждения, случайно обнаружил одного из его агентов и тихонько потянул за ниточку, то схватился за голову, чуть не поседел.
Людвиг деликатно кашлянул.
— Простите, ваша светлость, но наверняка за маркизом ди Растром кто-то стоял.
— Конечно, по-другому и быть не может, — согласился граф и коротко добавил. — Король.
В комнате на некоторое время повисла пауза, потом раздался голос Людвига.
— Он настолько близок к трону?
— Был. Заметь, каков парадокс. Чем дальше он был от короля, тем больше тот ему доверял. Но вернувшись в Литарнию, наш маркиз слишком рьяно вцепился во власть, метя в советники, пока ему не дали по рукам.
— И он сменил цвета флага?
— Да, прыгнул под крылышко лорда-канцлера, где неплохо пригрелся…
Со стороны лестницы послышались шаги. Нель поспешно отбежала от двери и зашла в гостиную.
— Нель, — окликнула ее тетушка. — Дорогая, почему ты в халате?
Нель скуксилась.
— Хотела зайти на кухню, но вспомнила, что, кажется, здесь вчера оставила сумочку и веер.
— Нам нужно поговорить по-поводу съема дома.
Нель едва заметно нахмурилась.
— Да, я пойду переоденусь.
Через полчаса, девушка вновь вернулась в гостиную. Людвиг расставлял приборы, граф и леди Орхи беседовали.
— Доброе утро, — весело поприветствовала она всех. Ди Вирш, внешне любезно, но изучающе посмотрел на нее. Оба, негласно, решили не затрагивать тему вчерашнего происшествия в королевском саду, хотя у графа были к ней вопросы. Например — ручается ли она, что убитым был тот самый Ахим-бей.
— Нель, — воскликнула тетушка. — Граф категорически настроен не отпускать нас из своего гостеприимного дома.
Нель улыбнулась.
— Кевин, у вас великолепный дом, я в нем ожила и безмерно вам благодарна. Но сами видите, тетушка настаивает.
Леди Орхи покачала головой.
— Кевин, вы же понимаете.
Ди Вирш развел руками.
— Я к вам привык, особенно к вам, леди Орхи, мне будет грустно, если вы покинете мой дом.
— Так-так, значит, к тетушке вы благоволите больше, чем ко мне, — шутливо нахмурилась Нель, и тут же, вместе со всеми рассмеялась.
После завтрака тетушка засобиралась.
— Нель, сегодня нужно осмотреть два дома.
Нель лениво потянулась. Тащиться и осматривать дома ей вовсе не хотелось.
— У меня планы. Встреча в музее Древности с виконтессой Дюрш и… забыла, кажется, маркизой ди Кривли. Леди будут там меня ждать.
— Кажется, маркиза Кривли?! Детка, ты должна была в первую очередь запомнить именно это имя, а уже потом, как ее, виконтесса…
 
— Дюрш, — подсказала Нель.
— Да, Дюрш. Запомни, семейство Кривли уже сто лет являются поставщиками лучших вин и ликеров в королевстве.
Нель печально закатила глаза.
— Запомню.
— Хорошо, иди в музей. Когда вы встречаетесь?
— Через час.
— Отлично, я тебя подброшу до площади Доблести и поеду по делам.
— Отлично, — понуро вздохнула Нель.
  
Глава двадцать четвертая
 
Уже сидя в открытой коляске, через несколько минут, девушка попыталась вспомнить тех леди, которые действительно вчера пригласили ее в музей. Их познакомил маркиз, когда они гуляли по галерее. Одна из них была пышечкой с серьезным, даже хмурым лицом, другая — явно хохотушка. Наверное, будет правильным сойтись с ними.
Коляска остановилась на площади Доблести. В глубине помпезных каменных зданий виднелся музей с величественными колоннами.
— Не задерживайся, — попрощалась тетушка. Нель огляделась, до встречи с новыми подружками еще оставалось время и, увидев справа вывеску кондитерской, направилась туда.
— Хорошее местечко, — заметила она, войдя внутрь. Просторный зал, обитый деревом, был обставлен добротной мебелью из дорогой велезской сосны и имел приличный штат официантов, а ароматы с кухни приятно будоражили аппетит.
К столику подошел официант и предложил меню. Сделав заказ, Нель расслабленно уставилась в окно, обозревая площадь со всех сторон. И поэтому не обратила внимания, когда за спиной кто-то встал.
— Разрешите, леди Нель?
Она повернула голову. И только привычка всегда быть начеку помогла остаться внешне спокойной. Перед ней стоял виконт ди Флами. С дерзким прищуром и ухмылкой на лице.
— Добрый день, виконт, — Нель постаралась придать голосу уверенность. Как он здесь оказался? Случайно?
Виконт, в светлом, отлично скроенном сюртуке, с тростью в руке, выглядел щеголевато, точно придворный франт. Впрочем, так оно и было, а слава бретера и повесы только сильнее разжигала к нему интерес среди дам.
Ди Флами отодвинул стул и присел. Лицо его стало серьезным.
— Вчера я был удивлен, увидев вас.
— Отчего же?
Мужчина усмехнулся.
— По многим причинам. Во-первых, когда увидел, что маркиз ди Гиль танцует первый танец на королевском балу. Маркиз крайне щепетилен в таких вопросах.
Нель удивленно приподняла бровь, показывая, что ей не понятно о чем говорит виконт.
— Ну как же, графиня, первый танец — верный признак серьезных намерений, это правило, и только королю дозволено нарушать его, или хозяину дома, где происходит торжество.
Нель внутренне напряглась. Она действительно не знала о такой «мелочи». И тут же вспомнила, с какой твердостью маркиз предупредил ее о том, что первый танец — его. Точно предъявил ультиматум.
— А во-вторых? Вы сказали — во-первых.
Виконт тихо засмеялся.
— Нель, вам так идет растерянное выражение лица. Впору писать картину. Я бы с огромным удовольствием повесил у себя в гостиной ваш портрет. Ваше лицо такое… разное. Сегодня одно, завтра — другое. А послезавтра… Какое лицо у вас будет послезавтра?
Ладонь девушки, державшей салфетку, дрогнула. То, что сказал виконт, не было двусмысленным намеком, нет, эти слова, подобно обуху, оглушили. Нель чуть склонила голову и посмотрела на него тяжелым взглядом, в котором плескалась злость. Наверное, так смотрит медведица или волчица, загнанная в ловушку. Разве что не ощерилась клыками. Вот была бы потеха.
— Как вы поняли это, виконт? — Нель гордо вскинула голову. Проигрывать нужно достойно.
— Легко. Для меня это не сложно. Видишь ли… мой дорогой Виль, — виконт издевательски ухмыльнулся. — Мой дар, возможно, не так силен, как у маркиза ди Гиля. Но у него есть одна особенность. Редкая особенность. Я распознаю, читаю как книгу, воочию наслаждаюсь красотой магического рисунка любого дара.