Осознанное нежелание (СИ)
- Так сделать нельзя, - вздохнула я. – Домовой привязывается к определенной женщине и живет только с ней. Иначе его притянет пещера домовых и он уйдет из дома, - терпеливо пояснила на всякий случай.
Адам задумался.
- А если ты насовсем переедешь к нам, то твой домовой обязательно переедет с тобой. И всем будет хорошо, - вдруг подал он идею.
Я поморщилась.
- Когда твой отец приедет, то он выкинет из своего дома и меня, и домового, о котором даже знать не будет, - заявила и схватила сумку. – Ну, идем ужинать, а потом домой. Без домовых, но с полезными книгами.
- Так точно, - отрапортовал мальчик и поковылял к двери, держа рюкзачок на одной лямке.
Ужинали мы почти в полной тишине. Стоян не досаждал своими советами по поводу благоустройства дома, а Адам о чем-то сосредоточенно думал. Мне бы такую сосредоточенность, я бы уже все планы лечения переписала. Но у меня помимо моих прямых пациентов оставались те, что лечились в Березкино. А там дети были в буквальном смысле на вес золота. За их излечение нам платились огромные деньги, и мы не могли подвести ни в каком случае. Мы и бесплатных детей не могли подвести, но о тех заботились особенно рьяно. Особенно Полкан. Он вообще переживал за этот проект больше всего, потому что мы лечили не только детей известных людей, но и крупных чинов, которые могли стереть с лица Земли любое упоминание о Мае и Березкино. А здесь его семья вообще-то живет.
Но нам до сих пор везло. Даже не так. Некоторые вылеченные дети настолько воодушевили своих родителей, что нас стали «рекламировать» среди «своих» некоторые родители вылеченных детей. Вера Родионовна что-то такое и предполагала, когда мы открывали платную лечебницу, но она сумела направить все так, что теперь у нас появились свои выгодоприобретатели почти во всех сферах. Это не только обнадеживало, но и навешивало определенные обязательства.
- Оборотни растительного происхождения из-за ограничения передвижения, уходят в режим ожидания своей пары, - сегодня мы с Адамом продолжили читать книгу про оборотней. – Ты действительно думаешь, что растениям нужна пара? – Я с сомнением посмотрела на мальчика.
- Ну, с облепихой же это работает, - чуть подумав, ответил он.
Я только головой покачала. С облепихой работает. С оборотнями работает. С людьми работает. Только в жизни это все настолько не работает, что банальная Клавка до сих пор одна и без пары. Хотя уж кто-кто, а она точно достойна обыкновенного женского счастья.
На ночь я снова увлеклась книгой. На сей раз по генетике и кровяным тельцам. Боже, у Георгия оказалась шикарная библиотека на заданную тему. Марта Мироновна книгу в конце рабочего дня мне так и не вернула, значит есть в моем предложении зерно истины. А еще я отложила несколько книг по экспериментальной психологической подготовке родителей к жизни с больными детьми. Столько нового узнала, открыв эти работы. Мне стало многое понятно. Например то, что вылеченные нами дети могли бы вполне себе расти со своими родителями, если бы им кто-то объяснил все происходящее. Если бы Адам не оказался сыном оборотня, его бы ждал интернат в Березкино, либо приемная семья в Мае. Но не его родная семья.
А если родителям этих детей сообщать о излечении? Нужно определённо с кем-то об этом поговорить. Лучше с Верой Родионовной, конечно. Но у нее роды на носу и вообще…. Не прибьет ли меня Хозяин за то, что я тревожу его жену в такой момент? Наверное, стоит с этим повременить, тем более что новый детский дом в Мае почти укомплектован персоналом.
Ночью мне снова приснился Георгий, который просто стоял и смотрел на меня. Не нравятся мне все эти сны. Ну, да ладно, через пару дней уже буду спать в своей кровати и все это пройдет.
То, что не пройдет, я поняла уже утром. У меня неожиданно… выросла грудь. Не сильно, но одежда стала несколько тесноватой. Не об этом ли меня предупреждала бабушка? Блин, и что теперь делать?
Пришлось с утра отвести Адама на процедуры, а самой съездить в магазин за более… просторной одеждой. Еще «на вырост» накупила кой-чего. Не очень-то приятно утром просыпаться в изменившемся теле, когда на это самое тело ничего не налезает. Но, если это необходимость, то придется смириться, даже если мне это совсем не нравится.
В санаторий я явилась взвинченной и решила с головой окунуться в работу, решив, что у меня просто пошаливает гормональный фон. К бабуле идти за какими-то советами совсем не хотелось.
- Добрый день, - через пару часов в мой кабинет вошла Вера Родионовна.
Я улыбнулась и поднялась из-за стола. За последние месяцы жена Хозяина заметно увеличилась в объемах, что не могло не радовать. Мы не знали, насколько удачно ее тело будет подстраиваться под ее положение, но, кажется, все обошлось. Еще бы роды прошли нормально, чтобы Николай Николаевич с ума не сошел и не разрушил город.
- Добрый. Вы на осмотр? – Еще раз улыбнулась.
- Алис, хоть ты прекрати «выкать». Так надоело, что все лебезят, - она тяжело опустилась на кушетку. – Так и хочется кого-нибудь ударить.
- Это нормально, - отмахнулась я и отправилась открывать процедурный кабинет. После осмотра я вынесла вердикт о том, что все идет по плану. - Повторный осмотр лучше провести через три-четыре дня. Кажется, организм уже начал готовиться к родам, - я скрупулезно внесла все данные в карту.
- Скорее бы уже, - поморщилась она. – Коля уже с ума сходит. Я тоже с ума схожу, потому что совсем не понимаю, как его успокаивать. Он иногда впадает в состояние абсолютной паники. Не знаю пока, что с этим делать.
- Это пройдет, когда ребенок появится на свет, - предположила я.
- Тогда он будет квохтать над нами в сто раз сильнее. Мне кажется, за ребенка он будет переживать еще больше, когда тот окажется снаружи меня, - она погладила свой круглый живот. – Кстати, я заходила к маме. Она сказала, что ты ей какую-то экспериментальную методику подсказала.
Блин, что-то я не подумала, что Марта все дочери разболтает. Я же еще детальный план не проработала.
- Мы еще изучаем этот вопрос. Но я бы хотела спросить про другое, - припомнила. – Про вылеченных детей, которых становится очень много и про то, что вдруг есть возможность найти их родителей и все же предложить им жить и работать в Мае. Может быть, стоит пригласить сюда хотя бы одиноких женщин, - я замерла, надеясь на положительный ответ.
Вера Родионовна вздохнула.
- Мы рассматривали эту возможность. Лично меня останавливает только тот факт, что эти женщины осознанно отказались от своих детей, - услышала я в ответ.
- А вдруг они не все осознанно отказались? Даже если найти некоторых…. Детям же будет лучше с матерью, - я нервно сцепила пальцы. – У нас в Березкино дети лечатся в присутствии родителей. Там показатели выздоровления гораздо выше, нежели у нас здесь. И это при том, что мы здесь круглосуточно занимаемся этими детьми.
Жена Хозяина задумчиво потерла нос и кивнула.
- Так, давай я поговорю сегодня об этом с Колей. А пока зайду к Максу, и мы с ним подумаем, как это все организовать. Идея-то хорошая, но как бы она нам всем боком не вышла. Мы не можем рисковать всем, что имеем сейчас. Да и Май не резиновый. Нужно, наверное, еще со Стасом все обговорить, чтобы он посчитал рентабельность этого всего. А я еще и новый поселок решила построить в самый неподходящий момент….
- Так, если что, туда можно будет и переселить женщин с детьми. Пусть работают и детей растят, - предложила я.
Вера Родионовна вскинула брови.
- А это мысль. Схожу-ка я к Максиму, а ты жди его здесь, - велела она и, ковыляя уточкой, вышла из кабинета.
Я радостно потерла ладони. Возможно, удастся все решить быстрее, чем я думала. А пока неплохо было бы заняться своей непосредственной работой. Но, только я взялась за истории болезни, как пришел Адам, и мы отправились в столовую. Я только сейчас поняла, насколько часто раньше пренебрегала обедами. Да и ужинами иногда.
Вернувшись, я взялась за карточки, а мальчик вновь открыл свои учебники. И не лень ему заниматься учебой летом?