К черту любовь (ЛП)

  
Таррин Фишер
 
К черту любовь
 
Серия: Вне серий
 
Переводчики: Оля Расторгуева, Галя Раецкая, Леруся Нефедьева
Редакторы: Евгения Гусева, Александрина Царёва, Юлия Цветкова
Вычитка: Юлия Цветкова
Обложка: Екатерина Белобородова
Оформитель: Юлия Цветкова
  
Глава 1
 
#какогочерта
 
— Ты должна быть со мной.
Что это за слова? Они застают меня врасплох, и на секунду мне кажется, что я неправильно его поняла. Он наклоняется ко мне через стол, в то время как наши вторые половинки стоят в очереди за заказом примерно в двадцати футах (Прим.: Двадцать футов — примерно шесть метров) от нас.
— Мы с тобой, — продолжает он. — А не мы с ними.
Я медленно моргаю, глядя на него, а потом до меня доходит, что он шутит. Усмехаюсь в ответ и возвращаюсь обратно к своему журналу. На самом деле, это не просто журнал, а математическое издание, потому что я вот такая крутая.
— Элена… — Я не реагирую. Мне страшно. Если подниму глаза и увижу, что он не шутит, это все изменит.
— Элена. — Он наклоняется чуть ближе и касается мой руки. Я вздрагиваю и резко отодвигаюсь назад. Мой стул издает противный скрипящий звук, что привлекает внимание Нила. Поэтому делаю вид, будто что-то уронила, и лезу под стол. А там наши ноги и ботинки. Но у моей ноги лежит синий карандаш; я поднимаю его и сажусь на свое место.
Нил уже в самом начале очереди собирается сделать заказ, а парень моей лучшей подруги с грустью смотрит на меня и ждет ответа.
— Ты что, пьян? — набрасываюсь на него. — Какого черта?
— Нет, — отвечает он, но выглядит не таким уж уверенным. Я впервые замечаю на его лице щетину. Кожа вокруг его глаз пожелтела. Может, у него сложные времена? Жизнь — хреновая штука.
— Если это шутка, то ты ставишь меня в неудобное положение, — говорю ему. — Дэлла же здесь. Какого хрена ты творишь?
— У меня всего десять минут, Элена. — Он переводит взгляд на карандаш, который лежит на столе между нами.
— Десять минут на что? Ты весь вспотел, — спрашиваю я. — Ты принял что-то? Или подсел на крэк? — Какие наркотики заставляют так потеть? Крэк? Героин?
Мне хочется, чтобы Нил с Дэллой поскорее вернулись. Чтобы всё снова стало нормальным. Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть, где они.
— Элена…
— Прекрати так меня называть. — Мой голос дрожит. Я делаю попытку встать, но он поднимает со стола карандаш и берет меня за руку.
— У меня не так много времени. Позволь мне тебе показать.
Он сидит совершенно неподвижно, но его глаза напоминают мне загнанного животного: яркие, полные ужаса и паники. Никогда не видела у него такого взгляда, но раз они с Дэллой встречаются всего несколько месяцев, вопрос спорный. На самом деле, я почти не знаю этого парня. Вполне возможно, он мог оказаться наркоманом. Он переворачивает мою руку ладонью вверх, а я ему это позволяю. Сама не знаю почему, но позволяю.
Он кладет карандаш мне на ладонь и сжимает мою руку в кулак.
— Ты должна произнести это вслух, — заявляет он. — «Покажи мне, Кит». Скажи это, Элена. Пожалуйста. Я боюсь того, что может случиться, если ты этого не сделаешь.
Он действительно выглядит напуганным, поэтому я выполняю его просьбу и повторяю.
— Покажи мне, Кит. — А затем. — Должна ли я знать, что всё это значит?
— Никто не должен, — отвечает он. А потом перед глазами всё темнеет.
* * *
Когда я прихожу в себя, Кит находится рядом. Моя голова раскалывается, а язык прилип к нёбу. Должно быть, я потеряла сознание, хотя раньше со мной никогда такого не случалось. Я сажусь, но вместо того, чтобы оказаться на полу в «Брэд Кампани», лежу на чьем-то диване. Диван симпатичный, похож на те, что я видела в каталоге «Поттери Барн» (Прим.: Potterybarn.com (Поттери Барн) — американский интернет-магазин, предоставляющий эксклюзивную мебель, декор и аксессуары для дома). Нереальные деньги за обработанную замшу. Легонько царапаю ткань, а потом вдыхаю запах на пальцах. Замша.
 
— Нил? — Сажусь и оглядываюсь по сторонам. Они перенесли меня в кабинет управляющего? Как неловко. Слишком изысканный диван для управляющего. — Кит, что произошло? Где Нил?
— Его здесь нет.
Я встаю на ноги, но от резкого движения у меня кружится голова. Падаю обратно на диван и опускаю голову между колен.
— Позови, пожалуйста, Нила. — Мой голос звучит гнусаво. Я поднимаю глаза и опять вижу перед собой джинсы Кита. Он даже не пытается позвать Нила, вместо этого глубоко вздыхает и садится рядом со мной.
— Нил на Барбадосе в свадебном путешествии.
— Он женился на обратном пути к нашему столику? — Сквозь зубы спрашиваю я. Хватит с меня этих игр. Дэлла сошла с ума, раз встречается с этим парнем. Он под наркотой, или больной на голову, или и то, и другое.
Кит прочищает горло.
— Вообще-то это его второй брак. До этого он был женат на тебе.
Моя голова резко поднимается. А он вздрагивает, увидев выражение моего лица.
В комнату забегает ребенок и запрыгивает ко мне на колени. Я в ужасе отшатываюсь. Не люблю детей — они грязные, шумные и…
Оно просит меня сделать сэндвич.
— Эй, приятель. Я тебе его сделаю. Дадим маме минутку передохнуть.
Какого. Черта.
Я вскакиваю с дивана и за пять секунд оказываюсь в углу. Кит и маленькое человеческое существо уже вышли из комнаты. До меня доносятся их голоса, звонкие и счастливые. Комната в стиле «Поттери Барн». Куда ни глянь — все везде темно-синее. Темно-синие картинные рамы, темно-синие плетеные ковры, темно-синие цветочные горшки, в которых растут здоровые папоротники. Я подхожу к окну в уверенности, что увижу парковку перед «Брэд Кампани». Может, они перенесли меня в «Пьер Ван». Но вместо этого я обнаруживаю симпатичный садик. В центре стоит корявый дуб, а у его основания — кольцо белых камней.
Делаю шаг назад от окна и во что-то врезаюсь. Кит. Он придерживает меня за предплечье, не давая упасть. И я ощущаю покалывание в том месте, где он ко мне прикасается. Не переношу психов.
— Где, черт возьми, я нахожусь? — спрашиваю, отталкивая его от себя. — Что происходит?
— Ты в нашем доме, — отвечает он. — 214 по Сикамор Серкл. — Затем следует долгая пауза, и он добавляет, — Порт-Таунсенд, штат Вашингтон.
Я смеюсь. Кто бы это ни сделал, он меня повеселил. Я обхожу Кита и быстрым шагом направляюсь в дом. Столовая переходит в большую, просторную кухню. Мне видно воду за окном — по его поверхности стучат капли дождя. Я смотрю на дождь, когда тонкий, шепелявый голосок произносит:
— На что ты шмотришь?
Ребенок. Он сидит за кухонным столом и набивает рот хлебом.
— Кто ты такой? — спрашиваю я.
— Томас. — Когда он произносит свое имя, крошки хлеба вылетают у него изо рта и рассыпаются по столу.
— Какой Томас? Как твоя фамилия?
— Такая же, как у папы, но не такая, как у тебя, — как ни в чем не бывало отвечает он.
Ощущаю покалывание на коже.
— Томас Финн Браустер. А ты Элена Мэри Конвей. — Он вскидывает кулак в воздух. Браустер! Фамилия Нила.
Слышу Кита позади себя, а когда поворачиваюсь, вижу, что он стоит, прислонившись к холодильнику, и хмурит брови.
Заметив, что я за ним наблюдаю, он прижимает палец к губам, а потом бросает взгляд на мальчика.
— У тебя есть еще один, — сообщает он.
— Еще один что?
— Ребенок. — Он отталкивается от холодильника и подходит ко мне. Внезапно я замечаю седину на его висках и морщинки вокруг глаз. Он выглядит не совсем так, как Кит из «Брэд Кампани».
Он ведёт меня в спальню и открывает дверь. Это детская. А там крошечная головка с мягкими темными волосиками. Я заглядываю в колыбельку, и мое сердце начинает бешено колотиться.