Алёша Попович (СИ)

— Удачи, — кивнул Тёмный, — сыскари следом.
Василий вернулся к столу, достал из ящика двадцать рублей серебром и вручил Анфисе.
— Если вдруг оплату сразу попросят.
— А никак убегут с деньгами? — перевёл сотник взгляд с дочери на начальство, — Дело не сделают и смоются.
— Нам помощника убийцы найти надо. Деньги ерунда. Не главное.
Вечеряя прохлада окутала Ростов. Сотник с дочерью ушли далеко вперёд. Алексей и княжна медленно брели, сцепившись ладонями, словно горячая романтическая парочка.
Из соседней улицы потянуло ароматом цветов. Или Алексею любовь ударила в голову и чудилось то, чего и в помине не росло, или летние цветы вошли в силу и дурили горожан. Авось тоже никуда не спешил, крутил головой, словно приценивался к встречным старушкам.
Прогулка продолжалась полчаса. Алексей уже и забыл, что они ловят убийцу и масляными глазами поглядывал на спутницу. Ей, судя по всему, в голову приходили точно такие же мысли, как и юноше. Где бы ещё найти укромное местечко, чтобы нацеловаться.
Неожиданно Авось подошёл к ним и прошептал:
— Первого повели.
— Какого первого? — удивился участковый, но тут же увидел на другой стороне улицы двух дружинников, ведущих молодого парня между собой. В руках одного из дружинников была коробка.
Любовный морок немного спал, но полностью не испарился. Теперь Попович внимательнее смотрел на дорогу, но руку девушки не отпускал.
— Второй, — прошептала Алёнушка.
Ещё двое дружинников прошли мимо. Но вели уже мужчину средних лет. И тоже с коробочкой.
— А где Анфиса? — забеспокоился участковый.
— Ой, что ты? — всплеснула свободной рукой княжна, — Не пропадёт твоя Анфиса.
— Она к тебе больше имеет отношения, чем ко мне, — проворчал Алексей, — и Фёдора Петровича нет. Не случилось бы чего.
— Точно, — вздохнула Алёнушка, — что делаем дальше?
— Так и идём. Мы уже не так далеко от террариума.
Возле самого дома, где временно проживали гады, сыскари лоб в лоб столкнулись с Фёдором Петровичем. Он ещё с одним дружинником крепко держал пожилого мужчину, следом за ними шла Анфиса с третьей коробкой.
— Не многовато ли будет, Фёдор Петрович? — удивилась Алёнушка.
Алексей тоже удивился, но виду не подал. Мало ли, вдруг у них банда орудует. Все вместе они вернулись в княжеский терем.
— Не понял, — произнёс Тёмный и уставился на участкового.
— Сам пока не в курсе. Анфиса, рассказывай.
В кабинет набилась толпа. Помимо князя, сыскарей, Анфисы, её отца, пришло несколько дружинников, участвовавших в задержании и ждущих распоряжений. Все потенциальные помощники убийцы ждали в разных камерах гарнизонной тюрьмы. На столе стояли три коробки, из которых доносились неясные шумы.
— Пришла я, тихонько заглянула, — начала Анфиса, — как молодой Фёдор учил и поманила его пальцем. Что, спрашиваю, готов? Да, отвечает, жди. Я жду, значит. Тут подходит ко мне незнакомый мужчина среднего возраста. «Ты ошиблась. Тебе нужен я». «А ты кто таков?». «Тебе нужен я». Я дико разозлилась и стала гнать его прочь. Чуть ли не кулаками. «Тебе нужен я. Я уже помог одному гражданину и тебе помогу». «Откуда я знаю, кто ты таков, да и договорилась я уже». Он пожал плечами и собрался уходить. Ладно, говорю, если что, как звать тебя? Терентий. Вышел младший Фёдор, мы с ним чуть прошли, и его мой отец встретил. Повязали дружинники аккуратно и увели. Возвращаюсь я к Терентию. Так, мол, и так, Фёдор трус и сбежал. Терентий лишь усмехнулся и вскоре вышел. Тоже со зверем. Мы дошли до дружинников и Терентия увели. Опять я возвращаюсь и спрашиваю хозяина. Он меня увидел и потребовал уже не десять, а пятнадцать рублей. Я говорю, ты сначала сделай, а потом рассчитаемся. А то вдруг с деньгами сбежишь. Он как схватил меня за руку, и кричит: Я своё слово держу. Вынес ещё один коробок и вскоре встретился с моим отцом. И вот мы здесь.
— Ох, и молодчина ты Анфиса! Хоть в дружину тебя бери! Десятником для начала, — обрадовался князь, — Удвою награду. Хорошо сработано.
— Неча ей в дружине крутиться, — проворчал Фёдор Петрович, — девке замуж надо.
 
— Вот в дружине и подберёт, — пожала плечами Алёнушка, — там видных парней много.
— Ну и язва ты, княжна, — усмехнулся сотник и покосился на Алексея.
— Чего вдруг, — Алёнушка подмигнула Анфисе, — устроим соревнования между дружинниками, кто быстрее, кто сильнее, кто смышлёнее. Кто из победителей Анфиске глянется, того и выберет.
— Ежели так соревноваться, — хмыкнул Василий, — то тогда уж мне надо выбирать. Должности десятников пустуют, нужна парочка человек.
— Вот, Фёдор Петрович, — обрадовалась княжна, — я твоему зятю уже с карьерой помогаю, а ты недоволен.
— А что, — рассеянно поинтересовалась Анфиса, — Алексей не будет участвовать?
— Нет, — быстро, сурово и твёрдо ответила Алёнушка, — Алексей уже служит. Нельзя его от дел важных отвлекать.
— Кстати, о делах, — вздохнул Тёмный, — ошибся ты немного, Алёшка, но всё на пользу пошло. По всему выходит, виноват Терентий.
Ошибся, то ошибся, подумал участковый, но, если бы не знал, что в террариуме работает Фёдор, то ловить было бы сложнее.
— Что с двумя другими дураками делать будем? — спросил сотник.
— Думается мне, что молодому Фёдору надо просто всыпать с десяток плетей, да продержать в тюрьме с месячишко, для острастки. Судьбу старого Фёдора и Терентия пусть великий князь решает.
— К вам вчерашняя девушка, — вошла рыжая служанка.
— Зови.
Почти сразу появилась Фаина и с надеждой посмотрела на князя.
— Присаживайся. Сейчас приведут человека, а ты внимательно взгляни на него, не видела ли где раньше.
Через минут двадцать ввели Терентия.
— Видела, — тут же вскрикнула брюнетка, — он крутился в нашем дворе перед смертью отца, слугам сказал, что ждёт дядю.
— Ну что, Терентий, — сурово произнёс Тёмный, — впереди у тебя лишь виселица.
— Не губи, князь, — мужчина упал на колени, — жадность обуяла, не я убивал, а дядя её.
— Без тебя бы не обошлось. А вердикты не я выношу, а Михаил Иванович, как он решит, так и будет. Уводите.
— Надо нам дядю навестить, — произнёс Алексей, — чем раньше, тем лучше. Пока он не узнал, что Терентия повязали. Возьму дружинников?
— Конечно, — ответил Василий, — как бы гоняться не пришлось за этим дядей.
Фаина торопилась, словно боялась потерять вдруг появившуюся удачу. Сыскари и дружинники еле-еле поспевали за ней. Из-за спешки половину Ростова так быстро отмахали, словно через дорогу перешли.
— Он здесь с семьёй живёт, — брюнетка указала на дом, — а мы — вон там, через два дома.
— Как же Терентий дядю у вас дома ждал, если он не рядом? — спросил участковый.
— В нашем дворе пошивочная мастерская. Дядя в ней находился.
— Вперёд, — скомандовал Алексей и дружинники, ничуть не смущаясь, вломились в дом, словно ОМОН в погоне за наркокоролём.
Когда вошли сыскари, вся семья Фаининых родственников, дядя с тётей и два парня, очевидно, сыновья, лежали на полу.
— Герасим Кимов? — участковый склонился над дядей, — Ты задержан по подозрению в убийстве брата.
— Чего? — изумлённый Герасим уставился на Алексея.
— Ничего, Терентий подтвердил, что скорпиона тебе отнёс и помог братца завалить. Берите его ребята. Гражданочка, — обратился участковый к тёте, — вам… тебе завтра с утра надобно прийти к князю Василию Тёмному и дать показания. Я тебя спрашивать буду, а ты отвечать. Заодно, просвещу насчёт твоего мужа.
— Хорошо, — кивнула женщина и быстро добавила, — но мастерская нам остаётся?
— Нет, с чего бы это, — усмехнулся младший лейтенант, — убийца не может наследовать имущество убитого. И, кстати, хорошо, что напомнила.
— Что напомнила? — напряглась Фаина.
— Идём в мастерскую.
Сыскари, Фаина, дружинники, скрутившие Герасима и его жена вошли в мастерскую.
— Где рабочая одежда Герасима? — спросил Алексей.
Раз в Союзе важные документы оказались в рабочей одежде убийцы, в пиджаке, то почему бы им не оказаться точно в таком же месте и в другом мире.