Алёша Попович (СИ)

Наступила тишина, окружающие даже чавкать перестали.
— Это точно? — осторожно поинтересовался Тёмный.
— Абсолютно, — Алексей бросил взгляд на эксперта, — без вариантов.
Авось задумался и кивнул:
— Точнее некуда.
— А ещё что приснилось? — Василий задумчиво отхлебнул квас из бокала.
— Убийца — брат. Скорпиона взял на время у Фёдора.
— Что за Фёдор?
— Должен в террариуме работать. С гадами. Но кем, не знаю.
— План меняется? — Тёмный посмотрел на Алексея.
— Я думаю, не стоит. Анфиса должна спросить Фёдора, подойти к нему без свидетелей, и намекнуть на возможность заработать. А там поглядим.
— С кем ей идти?
— Нам нельзя. Неплохой вариант — отцу Анфисы переодеться и ходить по залу, рассматривать гадов, ждать, пока дочь не выйдет на улицу. Для подстраховки.
— Я тоже хочу сходить, посмотреть, — вдруг произнесла Беляна, младшая княжна, — интересно всё-таки. Никогда не видела.
— А что? — обрадовался Тёмный, — Пусть Фёдор Петрович твоим отцом побудет хоть немного. Только оденься простолюдинкой.
Все посмотрели на сарафан небесно-голубого цвета, расшитый бисером жемчужного оттенка, с пышными рукавами и кремовыми атласными лентами. Алексей задумался, носила его Беляна изящно, интересно, как будет сидеть на ней платье из грубой материи?
Пришедшим сотнику с дочерью объяснили, что надо делать.
— В случае успеха Анфису ждёт награда, — объявил Тёмный.
— Не за деньги служим, князюшка, — недовольно проворчал сотник, — за правду.
— Так то ты служишь, — усмехнулся Василий, — а твоя дочь нет. Награда будет. А с Беляной веди себя построже. Нечего баловать.
Через час Алексей не выдержал и предложил Алёнушке прогуляться. И Авося позвал с собой.
— Я вам только мешать буду, — махнул рукой дух удачи.
— Не будешь, мы недалеко от терема отойдём. Я немного волнуюсь, хочу Анфису с отцом на улице встретить.
— Нечего волноваться, чай не на смертный бой посылал.
— А ну, как Фёдор сообразит и проследит за Анфиской? Она его к князю и приведёт, Фёдор-то и смоется.
— Мало ли, может, она по своим делам тут ходит.
— Может. Идём прогуляемся.
— Вот неугомонный.
Однако, Анфиса догадалась не подходить к отцу на улице и сделать несколько кругов по городу, прежде, чем вернуться в княжеский терем, в кабинет Василия. Разгадка оказалась проста.
— Там два Фёдора, один хозяин, второй слуга, — объявила девушка.
— И что ты сделала? — напрягся участковый.
— К обоим подошла. Слуга заинтересовался, а вот хозяин твёрдо пообещал. За десять рублей серебром. Сказал, сам всё сделает в лучшем виде.
— Как договорились?
— Вечером я к нему приду, он возьмёт скорпиона и сходит со мной.
— Кого, кстати, убивать будем?
— Отца-деспота, — лукаво улыбнулась Анфиса и посмотрела на Фёдора Петровича.
— Злые вы, — фыркнул сотник, — сбегу я от вас.
Временные оперативники ушли, а Попович с Алёнушкой отправились в трапезную, послушать Беляну. Между княжнами завязался спор, кто из гадов ужаснее выглядит и кто опаснее. В конце концов на горячий диалог пришёл Тёмный и попытался рассудить дочерей, но только подлил масла в огонь.
— Пусть нас Алеша рассудит, — нахохлилась Беляна, — он же повсюду путешествовал.
— Не повсюду, — задумался Попович, — но кое-что слышал. В Южной Америке есть жёлтая лягушка. Её даже трогать нельзя. Сразу смерть. Есть личинка жука-листоеда из Африки. В ней очень много яда. У королевской кобры из Азии яд уступает по опасности, слабее, зато она умеет плеваться. Кусать человека даже не придётся, просто плюнуть. Хотя есть и более ядовитые змеи.
— Вот это да! — рассмеялась Алёнушка, — А мы тут спорим. Хорошо путешествовать, интересно.
— Если никто не укусит, — проворчал Тёмный, — в рабство не продадут, от болезни в диком лесу не умрёшь. Да мало, ли. А так да, конечно, интересно.
Старшая княжна хмыкнула и махнула участковому головой — за мной! Они пришли в мастерскую Алёнушки и Алексей начал свои упражнения по рисованию.
— У тебя сегодня увереннее получается, — обрадовалась княжна.
Ещё бы, чуть не сорвалось с языка Поповича, вчера полдня в кабинете тренировался. Тут же до него дошло, что, по сути, времени у него в два раза больше, чем у обычного человека.
 
Участковый замер, так ему учиться надо! Вот хотя бы рисовать.
— Ты чего?
— Задумался.
— О чём?
О чём? В голову Поповича пришла светлая мысль. Он повернулся к девушке и поцеловал её. Поцелуй затянулся. Наконец, они оторвались друг от друга.
— Ты малину сегодня ела?
— Нет. Почему спрашиваешь?
— Губы имеют вкус малины. Загадка.
— Впервые слышу, — хмыкнула Алёнушка, но по тону стало ясно, что комплимент ей понравился.
— Было бы странно, если бы тебе кто-то сказал об этом раньше, — точно также хмыкнул и участковый.
До княжны медленно, но дошло, она покраснела, стукнула парня по плечу, насколько это было возможно и отвернулась. Через пару минут повернулась обратно, и сама поцеловала Алексея.
Несколько часов рисования и поцелуев и молодые люди вспомнили о работе княжеского сыска.
— Пора, — вздохнул Алексей.
  
Глава 19
 
— Как убивцев ловить будем? — бодро поинтересовался Тёмный.
Он ходил по кабинету из угла в угол, немного рассеяно оглядывая свою коллекцию оружия. Участковый заметил, что Василий рассматривает её, когда предстоит новый, неизведанный, манёвр. Словно пытается пристроить старые сабли к новой битве.
— Сначала Анфиса подойдёт к слуге. Если он согласен и выйдет со скорпионом на улицу, то через пару домов дружинники должны взять его. Аккуратно и тихо. Во главе с Фёдором Петровичем. Спустя час повторить то же самое с хозяином. Если хозяин вдруг откажется, то всё равно скрутить и сюда привести. Спросим, зачем сразу соглашался и цену назвал. Но это дело может повернуться так, что все откажутся.
— Это почему же?
— Соглашались от жадности. Хотели заработать. Но, если к смерти отца Фаины никакого отношения оба не имеют, то чем ближе к лихому убийству, тем больше поджилки трясутся. Обычно подобные люди в последний момент отказываются.
— Знакомая история, — кивнул князь, — пойдёшь подстраховывать?
— Пойдём, — неожиданно влезла в разговор Алёнушка, — сделаем вид, что прогуливаемся парочкой.
— Можно и так, — усмехнулся Василий, внимательно глядя на дочь.
— Ножичек свой не забудь, — напомнил участковый девушке и кивнул Авосю, — и ты с нами.
— Ладушки, — молодцевато согласился дух удачи.
— Что там с Жоржем? — вспомнил Алексей.
— Десятник говорит, крику было до небес, — улыбнулся Тёмный, — народ вцепился в дружинников и не отдавал кутюрье на произвол князя. Это они так скандировали. Прям народное единодушие. А потом самые хитрозадые сообразили, что можно одежду модную своровать, она ж пока без присмотра осталась и кинулись тащить. Люд ростовский догадался быстренько, что происходит, подхватил идею, особливо женщины, и понеслось. Вплоть до того, что Жоржа прямо из дома выкинули. Кричат, забирай дружина мошенника. Он нас достал.
— И сколько времени прошло между защитой Жоржа и его гонениями? — изумился участковый.
— У нас народ толковый, хитрый, скорый на задумки. Минут десять, — расхохотался князь, — и вся любовь. А уж как десятник плевался. Срамота одна, а не наряды, кричит. Сказал, сжечь бы всё, да приказа не было. И люди растащить по домам успели. Всё равно бы не сжёг.
— Весело. А что вдова купца Нестерова?
— Ей больше всех одежды досталось. Говорят, у неё где-то в загашнике ещё валяется.
— Да теперь под эту историю, — фыркнула Алёнушка, — она кучу всего нашьёт, и за творчество Жоржа выдаст.
— С языка сняла, — усмехнулся младший лейтенант, — именно это я и хотел сказать.
В кабинет вошли Анфиса и Фёдор Петрович. Участковый подробно им объяснил, что и как делать.
— Что, князь, мы пошли? — спросил сотник.