Мера зверь (СИ)

В лесу вдруг послышалась ругань, резко оборвались крики. Я обеспокоенно покрутил головой, сканируя заросли вокруг. Отряды все еще искали меня, но к их перекличке добавилось еще что-то… такое знакомое.
— Кто пришел ко мне в лесо-о-ок? — знакомые напевы прилетели из чащи, — Черепушку чью рассе-е-ек?
— Это Буру… — испуганно прошептал юнец.
Кусты рядом затрещали, и парень задрожал мелкой дрожью, забыв про меня и наставив туда лук. Но я был спокоен, потому что знал — это верный Пламя вернулся.
Фыркнув, конь показался из зарослей, и с интересом посмотрел, что тут происходит.
— Лошадь мне ранишь, у тебя шея два оборота сделает, — холодно произнес я и кивнул в сторону мертвого Ляшки, — Видел, как командир умеет головой крутить? Фокусник прям.
Чокнутый Буру так и продолжал шалить в лесу, разбавляя крики разбойников веселыми песнями.
— Дубиной вжух, и нету дву-у-ух! Обожаем мы зверей…
— Сюда смотри, — я стукнул копьем по подбородку парню, не обращая внимания на нацеленный в мою сторону лук, — Как звать?
— Тру…Тружа…
— А что ж ты, Тружа, честным трудом-то на жизнь не зарабатываешь? — вырвалось у меня, а потом я сплюнул.
Нашел время нотации читать. Не моя это забота — идиотов воспитывать.
Тружа захныкал, и я чуть надавил копьем:
— Кто этот Буру?
Я кивнул в сторону доносящегося из чащи голоса — «…приходи к нам поскоре-е-ей!».
— Это Ро… Рогач, — простучал зубами парень.
Он то хмурился, пытаясь устрашить меня и тыкая стрелой в нагрудник, то округлял глаза и хныкал, понимая, в какой заднице оказался.
— Дай сюда! — я недовольно вырвал лук и отбросил, — Не будешь говорить, говна кусок… — и, схватив его за пальцы, я переломил сразу два.
— А-А-А!!!
Я отвесил хлесткую пощечину:
— Так понятнее?! Что за Рогач, где Драм, как найти?
Всхлипнув, юнец закивал и быстро затараторил:
— Этот Б-Буру по… последний из стаи Жуков-Рогачей. У него ве… великая с-сила, он же п-последний…
Я кивнул. Теперь все ясно. Сам же отыгрываю легенду последнего из Белых Волков, и ни у кого не вызывает удивления, откуда у меня такая сила. А тут, значит, Буру такой же, только настоящий последыш.
— Бу-Буру с ума с-сошел… сбрендил…
— Я заметил.
— Д-Драм не трогает его… Буру же прячется! Мы пы… пытались ловить его, но т-только… у-у-у… зверей потеряли.
— Ясно. Драм и Буру враги.
— К-Конечно… Это из-за Драма вы… вырезали Рогачей. Там же ро… рою… у-у-у…
— Чего?!
— Роют.
— Что роют?
— Не… не знаю, че-честно! — юнец замотал головой, с белым лицом глядя, как я на всякий случай загибаю ему палец, — Д-Драм так всегда говорит, что р-роют… и все… я не знаю, что там роют!
Я поскреб подбородок, пытаясь уловить смысл. Меня это мало касалось, но уверен, еще коснется. Рыть могут только яму…
— Туда нулей… с-свозят…
— Нулей? Откуда?
— Отовсюду. Мы с к-караванов уводим, из де… деревень всех уже. Первушников тоже, но великий п-приор не любит, когда первушников…
— А нулей когда воруете, он, значит, любит?
— Не знаю, — юнец захныкал, — Д-Драм говорит, новая вера будет… Неба не будет…
При этих словах Тружа покосился наверх. Значит, еще есть в нем вера в Небо, не все еще просрал засранец?
Я хмыкнул. Это была уже интересная информация. Кажется, я сам влез в какую-то задницу, и события в Землях Серых Волков еще цветочки в сравнении с тем, что тут творится. Там хотя бы Синий приор не был замешан.
Надавив на палец, я напомнил:
— А что мы замолчали?
— Д-драм нам… нам… запрещает с-слушать их.
— Кого их?
— П-Проповедников… Яма там у них что ли ка… ух… какая-то, или п-пропасть. Новая вера.
— Бездна?
— Да, — он радостно закивал головой, — Точно, Б-Бездна. Великий приор сказал, не мешать про… проповедникам. У Драма д-договор с Желтым п-приором.
Я только покачал головой. Так я и думал.
Но какие же сволочи эти разбойники! Этот Драм уж точно не Робин-гуд, свой народ его не беспокоит. Так спокойно смотреть, как своих же склоняют к ереси.
— Где найти твоего Драма?
Тот закрутил головой, зажмурился:
 
— Нет! Нет! Он же убьет меня!
Я схватил его за шкирку. Встряхнул, как куклу.
— Ты не понял, дерьмо нулячье? — прорычал я, — Ни твоего Драма, ни твоих дружков тут никого не будет. Я всех вас вырежу, уродов.
Во мне распалялась тихая ярость, я даже почувствовал легкое жжение в груди. Стихия огня любила, когда я злюсь.
Рядом испуганно фыркнул Пламя, у него из-под копыт пошел дымок, показался огонек. Это реакция на мою злость?
— Ты огневик?! — испуганно прошептал юнец.
— Я — твоя смерть, если молчать будешь! — рыкнул я.
Нас ненадолго отвлекли… Пламя испуганно заржал, и из чащи метнулась тень.
— А-А-А!!! — из зарослей выскочил разбойник, размахивающий мечом, — Вот ты где, падаль!
Он кинулся ко мне, но тут же упал, как подкошенный. Древком я подсек ему ноги, а потом пригвоздил сверху, и, проворачивая копье, посмотрел в глаза бледному парнишке:
— Минус один. А будет минус два, если не скажешь, где твой Драм!
Убивать юнца не хотелось, чувствовал я, что это опасная грань. Хоть я и не давал клятвы верности Небу, но скатываться с Бездну у меня в планах не было. Поэтому у меня было дикое желание, чтобы этот Тружа наконец заговорил.
— В убежище Драм, в нашем… В Норе…
— Где она? За каждый мой вопрос — один сломанный палец, понял? Все выкладывай!
Огонек духа из павшего разбойника блеснул в глазах парня и помог тому ощутить новую реальность. Где нет сильного Драма, где крутой Ляшка валяется со свернутой шеей совсем рядом, и где всех его подельников режут один за другим, и гоняют по лесу. И где безнаказанно ломаются пальцы…
А этот зверюга стоит перед ним, и все ему нипочем.
Информация полилась из парня рекой. Это стоило ему всего лишь еще два сломанных пальца, но тут уж я виноват — задавал неточные вопросы. Убежище разбойников, так называемая Нора, находилась рядом с деревней Жалящих Ос.
Это пещера в скале, окруженной высокими деревьями. Тружа услужливо объяснил, что на деревьях протянуты мостки, везде охрана на нескольких уровнях, и пещера находится на самом верхнем. В общем, довольно сложное для проникновения место.
Он проговорился, что даже шпион не смог там пройти. Какой-то Рыжий Лис, который очень ловко прыгал, пытался пробраться в Нору, но «пчелы и осы наши друзья», поэтому «его убили».
— Как убили? — вырвалось у меня.
Парень рассказывал, а у меня только еще больше вопросов возникло. Я понял, что это все только верхушка айсберга.
— Драм сам скинул его в пропасть и отдал лесным духам на растерзание, — прошептал Тружа, а потом вытаращился в сторону, — О, Небо…
Нас опять отвлекли. Пламя ласково фыркнул, и я с изумлением увидел, что тот самый Буру стоит с ним рядом и поглаживает морду коня.
— Ух, красивая лошадка, и по шерстке гладка, гла-а-адка, — дикарь отвел от лошади окровавленную дубину, чтобы не пугать, — Что ты смотришь так, волчок? Говорить хотел жучок.
  
Глава 20. Вслед за Рогачом
 
О чем и, самое главное, как можно говорить с сумасшедшим Буру, я понятия не имел…
Сопливый Тружа вконец изошелся слезами, когда на поляне появился Рогач, и даже сломанные пальцы не могли повлиять на него. Страх перед чокнутым дикарем был даже сильнее, чем передо мной.
— Да твою-то мать, что ты ноешь?! — вырвалось у меня.
— Как узнает это Драм, для парнишки будет срам, — задумчиво проговорил Буру, усевшись на труп одного из разбойников, — И в деревню ход закрыт, не пущает мамкин стыд.
Я вздохнул, кое-как расшифровав речи Рогача. Ну нет у меня времени разбираться с оступившимся парнем. Его проблемы, не мои.
 
— Свяжу тебя, думаю, и в заимке кину, — я поскреб подбородок, — Уж наверняка тебя охотники найдут, перетерпишь. Вон тут, как его там, Зужел бродит…