Раиет (ЛП)

Илья улыбнулся такой красивой улыбкой, и кивнул.
— 194-ый? — уточнила я.
Илья снова кивнул.
— 194-ый — Валентин, — объяснил Илья, и беззвучный всхлип сорвался с моих губ.
Я заплакала. Я плакала, пока новые образы из моей жизни проносились в моем сознании. Они появлялись так быстро, что я едва могла сосредоточиться.
Илья наклонился и провел рукой по моему лицу.
— Что случилось, Инесса?
— Моя голова, — объяснила я. — Мои воспоминания возвращаются. Как я могу помнить?
— Ты проспала четыре дня.
Я вздрогнула от этой информации. Илья взял мою руку в свою, мгновенно успокаивая меня.
— Твои вены чисты от наркотика.
Илья поднял мое запястье. На нем не было браслета. Там был лишь красный зловещий шрам, свидетельство того, что наркотики были изъяты.
Мои глаза сканировали комнату.
— Где мы?
Илья сел на край кровати, повернувшись ко мне лицом. Я заметила, что у него повсюду были синяки и порезы.
— Инесса, мы в доме Валентина в Бруклине, Нью-Йорк. Он привез нас сюда. Он и его новая семья помогли нам освободиться из Кровавой Ямы.
Я замерла.
— Господин?
— Мертв, — сказал он категорично, но его тон был ледяным.
— Ты?
Илья помолчал, потом кивнул. Наклонившись вперед, я прислонила лоб к его плечу. Рука Ильи скользнула по моим волосам. Он пах сладко и чисто.
При этой мысли я быстро села, поморщившись, когда боль пронзила мою спину.
— Майя? — в панике спросила я.
Взгляд Ильи смягчился.
— Она здесь. В безопасности.
Облегчение унесло мой страх прочь. Я уставилась на Илью. Он как-то странно наблюдал за мной. Его грудь была обнажена, но на нем были брюки. Мое сердце бешено колотилось, когда я смотрела на его красивое лицо. Я была так настроена на него, что сердце учащенно билось всякий раз, когда он был рядом. Он заставил меня чувствовать себя живой.
Но прямо сейчас я не могла прочитать выражение его лица. Протянув руку, чтобы провести по его чистым светлым волосам, я спросила:
— Мой воин, что такое?
Глаза Ильи на мгновение закрылись от этой нежности. Он не отвечал, поэтому я надавила:
— Что?
Когда его голубые глаза остановились на мне, он вдохнул и осторожно спросил:
— Ты все еще хочешь меня?
Я была так ошеломлена его вопросом, что покачала головой.
— Я не понимаю.
Илья сглотнул и передвинулся, пока полностью не повернулся ко мне лицом. Я посмотрела вниз, на мне была черная ночная рубашка. Когда я подняла глаза, Илья в отчаянии смотрел на меня. Это заставило мое сердце болеть.
— Наркотики, — наконец произнес он. — Теперь, когда ты полностью избавилась от наркотиков, я не знал, захочешь ли ты меня.
Печаль охватила меня, и я ответила:
— Ты думал, я хотела тебя там, в яме, из-за наркотиков?
Илья опустил голову.
— Я не знал. В течение четырех дней я не отходил от тебя ни на шаг. Почти не спал, боясь, что ты проснешься и не захочешь меня. Что твое сердце больше не будет биться для меня.
Было поразительно видеть, как такой сильный и жестокий мужчина был так раздавлен страхом при мысли о том, что я потеряю свое сердце. Стиснув зубы от боли, я двинулась вперед, пока не смогла сесть к нему на колени и обвить руками его шею. Илья начал протестовать, но я заставила его замолчать, прижавшись своими губами к его. Он тихо застонал, когда я нежно поцеловала его, показывая ему скорее действиями, чем словами, как сильно я его хочу.
Он был частью того, кем я была.
Когда оторвалась от поцелуя, покраснев и с учащенным пульсом, я сказала:
— Ты в моем сердце. Ты в моей израненной душе. Ты мой мужчина. Мой Илья… Я не свободна, если у меня нет тебя.
Наклонив голову, я спросила:
— Ты все еще хочешь меня?
Илья вскинул голову, и на его потрясающем лице появилось яростное собственническое выражение. Он баюкал меня в своих сильных руках, заставляя чувствовать себя в безопасности.
— Инесса, — ответил он хриплым голосом, — без тебя здесь, со мной, я бы предпочел умереть. С тобой в моем сердце и со мной в твоем я жив.
Я улыбнулась. Улыбнулась так широко и искренне, что у меня заболели щеки. Илья повторил выражение моего лица, и я рассмеялась. Я смеялась, чувствуя истинное освобождение в своей душе. Илья зачарованно наблюдал за мной. Он прижался своими губами к моим, когда мой смех затих. Я застонала в его губы.
 
Когда я отстранилась, то спросила:
— Валентин?..
Илья поцеловал мои щеки, затем ответил:
— Он внизу. Все они.
— Все?
— Наша новая семья, — объяснил он.
Мой желудок перевернулся от его слов.
— Новая семья?
Илья кивнул, и на его губах проявилась легкая улыбка.
— Да. Валентин нашел любовь с Зоей. Теперь он часть ее большой семьи. Они помогли нас освободить.
— Я хочу его видеть, — сказала я с бешено колотящимся сердцем.
Я мысленно представила его покрытое шрамами лицо и шею в ошейнике и покачала головой.
— Не могу поверить, что он 194-ый. Он был передо мной все время, а я не понимала, что это был он.
— Все хорошо, — ответил Илья, и осторожно перенес меня на кровать. — Я позову его.
Как только он подошел к двери, я произнесла:
— Нет. Я сама пойду к нему.
Лицо Ильи стало суровым.
— Но твоя спина…
— Я больше не буду сидеть взаперти. Моя спина болит, но я выдержу эту боль.
Голова Ильи склонилась набок, и на его лице появилось любящее выражение.
— Я знаю, что ты можешь, моя прекрасная. Ты сильная и свирепая.
Протянув руку, я сказала:
— Пожалуйста, помоги мне встать.
Илья подошел ко мне и осторожно поднял на ноги. Я сдержала шипение от боли. Илья взял меня за руки и повел к двери.
Когда мы вышли в красивый светлый коридор, я почувствовала, как меня одолевают нервы. С каждым нашим шагом я чувствовала, как мое тело сотрясается.
Когда мы свернули за угол и поднялись на несколько ступенек, я услышала, как прежние тихие голоса стали отчетливее.
— Ты в порядке? — спросил Илья.
Глубоко вздохнув, я кивнула:
— Да.
Он с гордостью улыбнулся мне.
Спуск по лестнице был медленным, но я добралась до самого низа. Я задыхалась и испытывала сильную боль, но держала голову высоко поднятой. Я хотела увидеть своего брата. Хотела встретиться с мужчинами, которые помогли ему обрести нашу свободу.
Между нами и голосами был короткий коридор. Илья наклонился и поцеловал меня в лоб.
— Ты готова? — спросил он.
Я молча кивнула в ответ.
Илья начал помогать мне дойти до комнаты. Когда мы дошли до конца коридора, я затаила дыхание, мы завернули за угол. В поле зрения появилась большая комната… комната, заполненная множеством людей.
Голоса, которые были громкими, затихли. Илья частично заслонил их от моего взгляда, повернувшись ко мне лицом и изучая выражение моего лица. Он поднял бровь, глядя на меня. Я знала, что так он спрашивал, должен ли он отойти. Если я готова.
Я была больше, чем готова.
Держа меня за руки, чтобы помочь устоять на ногах, Илья отошел и позволил людям в комнате оказаться в поле моего зрения. Мой взгляд прошелся по семерым присутствующим в комнате людям. Три пары и…
— Майя, — прошептала я, когда увидела молодую девушку, сидящую на диване.
Она выглядела по-другому. Ее длинные черные волосы были распущены, и она была одета совсем не так, как в яме. Она мне нравилась.
— Мисс Инесса! — вскрикнула она и вскочила на ноги.
Майя подбежала ко мне и остановилась у моих ног, и я протянула ей руку. Она взяла ее в свою. Ее рука дрожала. Как и моя.
— Выглядишь прекрасно! — с гордостью сказала я.
Майя опустила голову.
— Они сказали, что могут помочь мне с моим лицом. — Она покачала головой. — Этот мир, мисс. Он другой.
— Ты больше не рабыня, — объявила я, и Майя кивнула. — Тогда больше никаких «мисс».
Майя рассмеялась, несмотря на слезы.
Кто-то стоял позади Майи в другом конце комнаты.