Зыбкое равновесие (СИ)

— Да ладно! Уж плавучесть то, ты себе сделать можешь.
— Ну спасибо! Вместо того, чтоб быстро утонуть, ты предлагаешь мне болтаться в море пока не сдохну!
— Чтоб меньше боятся, утешай себя мыслью, что тебя никто не любит.
— Фи, Орлов. Мимо.
— Ну, тогда придумай как левитировать!
— Твоя дремучесть в вопросах магии, Орлов, искупается только твоей тупостью. — Оказавшись на знакомом поле, он воспрял — только полный неуч может рассуждать о том, что в процессах сопряжения стихий можно…
Дальше я не слушал. И так знал, что его теперь не остановить минут десять. Рассеянно курил, иногда только вставляя- «Надо же!», «Помедленнее, я конспектирую!» и прочие кто бы мог подумать. И когда я уже начал прикидывать, как переключить его внимание на женщин, о которых он тоже много и охотно рассуждает, нас прервали.
— Господа, Орлов и Берг? Мне передавали, что вы хотели со мной встретиться. Я — капитан Родриго Баскес.
— Присаживайтесь, капитан. Выпьете с нами?
Опрятно одет в поношенную, но чистую одежду. Щегольская трость и галстух. Высок, строен но крепок, взгляд решительный. Но в нем читается разочарование. Он шел в сумасшедшей надежде на серьезный наем. А здесь два юнца — аристократа из столицы. Катать золотую молодежь в море, явно не то, чего он ожидал. Ну, попробую его удивить. Я достал из внутреннего кармана его вексель. И отдал ему. Он развернул бумагу, и поднял на меня недоуменный взгляд.
— Что это значит?
— Ваш долг погашен, капитан.
— А взамен?
— Вы можете поступать как вам угодно. Но я предлагаю вам поход под моим командованием. Вы будете на должности старшего помощника, но навигация, управление кораблем и экипажем будет чисто вашей епархией. Жалование десять золотых в месяц. По окончание похода я гарантирую вам место капитана на моем корабле. Но, думаю, вы получите чин капитана Имперского флота.
Он выглядел ошарашенным и махнул коньяк как водку. Да и понятно. Он готовился к чему то преступному. Потом, к пьяному разврату тупых мажоров. А тут…
— Какое судно?
— Вот здесь, капитан, начинается самое интересное. Корабль мы пойдем выбирать завтра. И купим его исходя из ваших рекомендаций. Там, правда будет ряд специфических требований. Господин Берг вас ознакомит.
— Экипаж?
— Вам и набирать. За неделю управитесь?
В общем, капитан Баскес согласился. Опасливо поглядывая на нас как на сумасшедших. Корабль что мы купили, был трехмачтовый сорокопушечный фрегат, лет сорока возрастом. Тут же мной переименованный, в «Облом». Мои спутники не стали интересоваться, что я имел ввиду. Потому что его завели в док, на приведение в божеский вид. Там переоснастили парусное вооружение, и установили наши пушки. Взамен сорока коронад, что я потребовал снять. Может, продайте кому, капитан. Загрузили пятьдесят тонн боеприпасов, и столько же продуктов. С водой, — Берг, если ты не придумаешь мне заклинание опреснения, то я буду тебя пороть, привязав к мачте. На радость всему порту.
Веселее всего вышло с курсантом Кенигсбергской Навигатской Школы. Капитан порта, ознакомившись с предписанием, и изучив меня презрительным взглядом, сказал, впрочем, весьма вежливо:
— Согласно полученных указаний, в ваше распоряжение передается курсант Неверов. Найти его можно рядом с портом, в гостинице «Русалка». Кажется, так называется этот бордель. Не смею задерживать.
Гостиница и вправду была помесью ночлежки и борделя. С рестораном внизу, где висел дым коромыслом, визжали шлюхи, кого то били в углу, а хозяин пытался нам хамить. Курсант Неверов, которого мы стащили с бабы, был пьян до изумления. И заговорил с нами на испанском. Никогда потом он так и не смог нам сказать, почему именно на испанском. А потом и набить морду мне попытался, перейдя на русский. Здоровенный, с пудовыми кулаками амбал…
В общем, он очнулся уже на борту стоящего у причала фрегата. Где узнал, что он теперь второй штурман на корабле «Облом», под командованием капитана Орлова. Это я. Заткнись, Неверов. Мне насрать, как ты разбираешься в навигации и пушечной стрельбе. Потому что если и то и другое будет не превосходно, я тебя не убью. И не мечтай. Я тебя буду ежедневно пороть, пока в тебе, блять, не проснется любовь к навигации и точной стрельбе! За консультациями и углублением знаний обращайся к старпому Баскесу и корабельному магу Бергу. И не дай бог, они будут тобой недовольны!
 
Предотвальная суета это, как пояснил мне старпом Баскес — сродни эпидемии, и нужно просто смириться и перетерпеть. Экипаж, что он набрал, внушал опасения даже мне. Пираты Тортуги и Багамского архипелага видя эти рожи начали бы им сдаваться без слов. Но, тем не менее, под сдержанное хихиканье всего морского населения побережья мы отвалили в море. Где провели две недели.
Ясное дело, уже через три дня вспыхнул бунт. С простой целью, командиров утопить, и на корабле — в Алжир, пиратствовать. Жаль пушки продали. Но и так неплохо. Когда мы с Бергом отпиз@или практически весь экипаж по одному, попросив Баскеса и Неверова не лезть, был достигнут должный уровень дисциплины.
— И не думайте, уроды, пидоры и прочие салаки, что вас ждет уютная каторга! Вы отслужите весь, бля, до минуты, контрактный срок, и даже вашим трупом ваши товарищи будут швырять во врага для устрашения. С корабля у вас теперь ходу нет! — так я ободрил избитых мореплавателей, построенных на палубе.
После этого Баскес приступил к слаживанию экипажа, а Неверов пришел в экстаз от нашей артиллерии. Каждой пушке мы придали расчет по трое наиболее сообразительных. И расстреляли островок рядом с побережьем будущей Хорватии.
И весь экипаж воспрял. Потому что дальность, точность и уровень поражения оказались для этих времен запредельными.
Вернувшись в Триест, мы три дня чистили перья, пополняли запасы, и собирались с силами. Дела в Империи были как всегда хорошо. За исключением двух пустяков. Краковский Маньяк совсем сбрендил и перешел на еженедельный режим. Вместо ежемесячного. И, из своего имения на Украине, были похищены шестилетняя маркиза Вишневицкая, и внучка Ивана Минина, шестнадцатилетняя наследная графиня Минина. Генерал- полицмейстер подал в отставку.
С тем фрегат «Облом» и отвалил. Держа генеральный курс на Севастополь. Но задолго до того, как в Ноябре фрегат вернулся, слава о нем, и его капитане прогремела не только в морях. Но и во всех столицах.
  
Глава 9. Интерлюдия
 
Завершая ежедневный доклад Государю, граф Бенкендорф сказал:
— И последнее, Ваше Величество. Фрегат «Облом» вчера вышел в поход.
— Как вы думаете, граф, он и вправду будет искать руно?
— Трудно сказать. Пока заявлен рейс в порт Севастополь — пожал плечами Бенкендорф, — а если учесть, что он нанял боевого, а не торгового капитана, то не знаю. Одно скажу точно, он уверен, что отдаст долг Гюнтеру.
— Интересно, где же это закопано больше ста тысяч?
— Он неделю сидел в библиотеке. Мы посмотрели формуляр. История, география, финансы, текущая политика. Последнее, что он изучал — атлас и карты Передней Азии.
— Держите меня в курсе.
***
Помощник начальника Департамента Ближнего Востока в Адмиралтействе, молодой Джеймс Корнхилл, сын сэра Корнхилла, думал над лежащем перед ним документом. Среди прочего в нем сообщалось, что фрегат «Облом», после непонятной модернизации, со дня на день отправится в первый рейс. Само по себе это было не очень важно. Но в адмиралтействе пристально следили за всеми судами вероятного противника.
Российская Империя долгое время была занята внутренними делами, и не рвалась заявить себя морской державой. Имея флот прикрытия, и неплохую береговую оборону, она не сильно стремилась развивать судоходство и кораблестроение. Это было крайне выгодно Англии, которая исполняла роль не только колониальной империи, но и мирового гаранта судоходства. Но недавно департамент МИД, занятый разведкой, проинформировала Адмиралтейство, что у русских то ли появились, то ли вот-вот появятся новые корабельные пушки. В этом свете модернизация на фрегате «Облом» выглядела как минимум любопытной. Но все же, не настолько, что бы идти с этим к Начальнику Департамента. Корнхилл вздохнул и написал распоряжение: