Шофер. Назад в СССР. Том 2 (СИ)
— Извините, Ирина Степановна, — сказал я с деланной серьезностью, — я просто указывал своей младшей сестре, как, по моему мнению, должна в ваши годы выглядеть настоящая красивая женщина.
Ирина Степановна хотела, было покраснеть. А может быть, даже и покраснела, да только под пудрой того было незаметно. Мимолетная улыбка едва моргнула на ее ярко-красных как рваная рана губах.
— Пожалуйста, товарищ Землицын, — продолжила она заметно помягчевшим голосом, — постарайтесь больше не шуметь во время заседания.
— Конечно же, я постараюсь.
— Итак, — восседая в центре судебной коллегии, продолжила Ирина Степановна, — коллегия товарищеского суда в составе председательствующего Ирины Сергеевны Шеретюк, судьи Петренко Кирилла Денисовича, а также судьи Васицева Михаила Ивановича, при секретаре суда Ваниной Натальи Леанидовны слушает дело Истца Серого Павла Владимировича, который выступает у нас сегодня пострадавшим, и Игоря Семеновича Землицына, нашего ответчика. Суть дела…
Пока Ирина Степановна зачитывала суть дела, а также серовсоке написанное корявый языком заявление, я посмотрел на самого Пашку.
Сидел он за своей партой и нервничал, как не знаю кто. Оглядывался, нервно дергался. Глаза его бегали туда-сюда. Лоб блестел испариной. Это боится он так на суде выступать? Или тут дело в чем-то другом?
Заметил я, когда Серый тер ладонью лоб, что у него на указательных пальцах обеих рук большие бинты. Порезался как-то странно.
Но больше из головы у меня не шла та мысль о связи этого судьи Кирилла Денисовича, с Серым. Знакомы они. А Серый сам связан с зампредом. И тут я думал о двух вещах. Во-первых, можно было Пашку прижать к ногтю. Я понимал, что из доказательств, ежели идти в милицию, у меня только слова будут. А Серого свои прикроют. Зампред влиятельный. Но что если начать с иного дела, которое за собой всю ниточку потянет? И принёс мне вчера черкесеночек эту ниточку на блюдечке да с голубой каёмочкой…
А второе о чем я думал…
— Свет? — Обернулся я, — будешь свидетелем выступать?
— Что? — Испуганно округлила глаза Сестра.
— Если один из судей в связи с Серым, то есть у меня идейка, как мне с ним, этим судьей поступить. Только помощь твоя нужна.
— Ну я ж, — она растерялась, — я ж языком не лучшим образом балакать умею. Я больше… руками… А может, поможет тебе лучше продавщица, что была с того магазина?
— Да где ж я ее возьму? — Шепнул я украдкой.
— Так, — Света слегка привстала, указала ручкой, — вон она, в том ряду сидит. Позади Серого.
Я глянул. Там, в белой косынке и в цветастом ситцевом сарафане, и правда сидела тучная женщина лет за тридцать пять.
— Товарищи, участники дела, — сказала женщина, — имеются ли у кого-то по отношению к суду, либо же к секретарю суда, отводы? Считает ли кто-либо из вас, что судьи прямо или косвенно заинтересованы в исходе данного дела, а, как следствие, не являются беспристрастными к сторонам оного дела?
— Да, уважаемый суд, — встал я со своего места, — есть у меня отводы.
Все судьи переглянулись. Знал я, по прошлому моему опыту, что редко кто на судах давал председательствующим отводы. И судьи привыкли это важное правило зачитывать просто ради ритуала. И сейчас коллегия сделала удивленные лица. Серый же, сделал непонимающее.
— В отношение вас, — указал я подбородком на седого, — простите, забыл имя, отчество.
— Кирилл Денисович, — сказал с немного удивленным видом он, потом как-то испуганно покосился на Ирину Степановну.
— Значит, — засопела Ирина Степановна, — вы ходатайствуете об отводе Кириллу Денисовичу?
— Совершенно верно, — начал я четко и стройно, как юрист, — считаю, что он прямо или косвенно заинтересован в том, чтобы товарищеский наш суд вынес постановление в пользу тов… В пользу Павла Серого.
Судьи переглянулись. Пошептались.
— Шофер! — Донеслось из зала, — а говорит как ученый!
— Ты посмотри, какой смелый перед судом!
— Надо же, уверенно держится. Словно бы… словно в своей тарелке!
— Можно, — продолжала Ирина Степановна, — в таком случае узнать ваши доводы и их доказательства?
— Конечно, можно, — кивнул я, — значит, слушайте.
Глава 11
— Я утверждаю, — Начал я, — что у уважаемого судьи Кирилла Денисовича, существуют с Серым какие-то иные отношения. Может, они дружеские, может, еще какие другие. Однако в силу них, Кирилл Денисович не сможет принимать в отношении нашей ситуации хладнокровное решение.
Судьи переглянулись. Ирина Степановна смотрела на меня прищуренными своими глазками.
— Деловыми отношениями они быть не могут. Потому как, — я продолжал, — Павел Серый трудится у нас в гараже Шофером. А какое у Кирилла Денисовича постоянное место работы, я, признаться, не знаю.
В зале все зашептались. Вполголоса загалдела аудитория.
— Прошу, товарищи! По-ти-ше! — Повысила голос Ирина Степановна. В этот раз ее послушались быстро. — Я удивлена, — продолжала Ирина Степановна, — что вы не знаете Кирилла Денисовича. Он же директор нашего сельпо.
— Извините, — я улыбнулся, — из-за руля такие вещи не очень хороши видны. Но это только подтверждает, что у них, скорее всего, личные отношения.
— Что скажет на это, истец? — Спросила Ирина Степановна
Пашка, как бы подскочил на месте, но тут же неуверенно сел. Заозирался.
— Вставайте-вставайте, Павел Владимирович, — поторопила его судья.
Серый встал. Начал с трудом:
— Да нету у нас никаких особых отношений.
— Вы не согласны с ответчиком? Или согласны? А, Павел Владимирович?
— Не согласен!
— А что скажите по поводу отношений с Кириллом Денисовичес?
— Так я… это… — он замялся в нерешительности, — некоторое время думал, потом, наконец сообразил, — знаю я его просто. Вот увидел и поздоровался. А вот интересно мне, — вдруг лицо Серого утратило растерянный вид, — откуда Землицын об этом вообще знает?
— Сестра видела, — сказал я, когда судья передала мне слово, — видела их вместе, о чем-то общающимися и жмущими руки. И готова, — я глянул свысока на Свету, — дать перед судом показания.
— Вы просите допросить вашего свидетеля?
— Да, уважаемый суд, — сказал я громко.
Несмотря на то что Серый против допроса возражал, судья приняла решения этот допрос осуществить.
Света, смущенная и какая-то скуксившаяся, сжавшаяся, прошла за кафедру. Стала. Белая кожа лица ее зарумянилась. Лоб блестел от испарины. Не зная, куда деть ручки, Света мяла пальцы за кафедрой. Нервно шевелилась.
— Прошу вас, расскажите, как, по вашему мнению, все было, — спросила судья.
Света рассказала о той самой встрече в магазине, что она ее случайно видела.
Судьи задумались, Ирина Степановна и мужичок в очках стали совещаться шёпотом. Кирилл Денисович сидел, отстранившись от них, и создавал вид скучающего человека. Однако по его лицу было видно, что он нервничает: глаза его бегали, он бросал строгие взгляды на Серого.
— Так, ну обстоятельство, это мы принимаем, — сказала Ирина Степановна, — но что же вы скажете, уважаемый ответчик, относительно того, что это может быть просто их с Павлом Серым знакомство и банальная вежливость?
— Скажу, — я снова встал, проводил глазами вернувшуюся Светлану, — что любое сомнение в данном случае, должно трактоваться против судьи, как того требует закон. Потому как только так можно соблюсти принцип беспристрастности.
Ирина Степановна посмотрела на меня помягче.
— А вы неплохо подготовились к суду, — сказала она, — но этого все равно мало. И ваш довод никак не оспаривает довод Павла Владимировича.
— Ну тогда давайте послушаем второго свидетеля, которому явно может быть известно кое-что интересное, — пожал я плечами.
— Это какого же? — С интересом посмотрела на меня Ирина Степановна.
— А вот! Гражданка! — Показал я женщину в косынке, та аж подпрыгнула от неожиданности, — да-да! Вы! Это же вы работаете в том самом магазине, где виделись истец с судьей, разве нет?