Алиса в Замужикалье (СИ)
Я слегка сжал руку Алисы. Какая приятная теплая шелковистая кожа! Интересно: там, под одеждой, она такая вся? Я приложил ее руку к зеркалу. В его глубине вспыхнули золотистые искорки, и на поверхности появился браслет. Вокруг него обвился…
Дракон! Мой фамильяр – это дракон! Ну что ты сейчас скажешь, малоуважамый господин ректор? Ангидрит твою перекись! Я улыбнулась Горалу. Причем улыбнулась искренне. А он не понял моей радости. И в его янтарных глазах мелькнуло удивление. Ты ж моя огнеплюйная конфеточка! Ничего-то ты не понял! Чтобы сражаться с драконом, нужно самой стать драконом. Мы теперь с тобой, если не равны, то малость сбросили разницу в весовых категориях. Жизнь потихоньку налаживается. И пусть фамильяр – всего лишь красивая игрушка на браслете с зеркалом. Но то, что в моей душе тихонечко живет дракончик, уже радует и успокаивает. Потому что я боялась, что оттуда вылезет калькулятор. А что делать бедной девушке, привыкшей полагаться только на себя? Естественно, считать. Тщательно и постоянно. Не мы такие, жизнь такая.
– Выбор фамильяров окончен! – громко возвестил ректор. – Расходитесь по комнатам. Ужин вам подадут туда. И туда же доставят учебные материалы. Завтра с утра начинается учебный семестр. Он будет насыщенным и напряженным. Поэтому сегодня даю вам задание выспаться и хорошо отдохнуть. Сонные мухи мне на занятиях не нужны!
Вот в этом я с ним полностью была согласна! Устала адски. Сутки на ногах. Начались они в моем родном мире, который я всегда ругала за то, что он часто не давал того, что мне причитается. А закончились эти сутки в магической академии. Если бы был конкурс по попаданию в ж… кардашьян, то я была бы главой жюри.
Я с удовольствием вернулась в комнату. Сняла платье, обувь, отстегнула браслет и бросила его на кровать. И из-за этой, пусть красивой, но игрушки, такой весь сыр-бор с церемонией? Я медленно побрела в ванную комнату и вдруг сзади раздался голос:
– Вас не затруднило бы обращаться со мной немного учтивее и не бросать с таким презрением? Это, в конце-концов, оскорбительно, знаете ли!
Подскочив от неожиданности, я резко повернулась и отшатнулась назад, больно ударившись головой о косяк двери в ванную. На кровати сидел дракон. Вернее, дракончик. Размером с кошку. Алого цвета с ярко-голубыми глазами. На лапках сверкали длинные золотые когти. А за спиной развернулись золотые крылья.
Я взглянула на браслет: зеркало осталось, а дракон, обвивающий зеркало, исчез. Я нервно сглотнула и спросила:
– А ты… то есть вы… с браслета слезли?
– Слазят с дерева, милая барышня, – дракон гордо поднял голову, – а я материализовался и теперь пытаюсь поддерживать учтивую беседу!
– Ага! – протянула я. – Ну мне теперь все стало понятно. Это ж по-магически. Это легко! У меня всю жизнь цацки ожив… ой, простите, материализовываются. Вот, помню, как куплю на базаре бусики, так они прям в тот же вечер со мной разговаривать начинают.
– Я не бусики, – важно произнес дракон. – Я – ваш фамильяр. Меня зовут Ниста́р. Я – живой пример известной философской концепции о живом, неживом и тонкой грани между ними в восприятии некоторых… – окончания этой фразы я не услышала.
Мой мозг просто отключился и на рефлексах привел меня в ванную. Там, под теплой водой, намыливаясь крошечными цветочками мыла, я окончательно поняла, что теперь жизнь, – колотить мой фамильяр! – никогда не будет прежней.
Распаренная от душистого мыла. Завернутая в мягкий халат из странного материала, словно сотканного из шелковистых травинок, я рухнула в постель. Фамильяр продолжал что-то бубнить насчет философских концепций. Не знаю, из какой конкретно части моей души он вылез, но меня просто затр… авила его манера витиевато выражаться. Как на уроках литературы в школе, когда нам читали Чехова и прочих классиков. Я ровно половину не понимала. Тут же без поллитры не вкуришь! Я свернулась в теплой постели и поплыла куда-то, поплыла…
Меня разбудил щебет птиц. Уже просыпаться? Я же только глаза прикрыла!
– Просыпайся, девица, просыпайся, красавица! – зажурчал над ухом ласковый, как ручеек, голос. – Разговор у меня к тебе важный. От лихой беды уберечь тебя надобно!
Я проснулась посреди залитой солнечным светом поляны. И первое, что я увидела – был цветок. Обыкновенная ромашка с виду. Но очень крупная. Цветок ткнулся мне в нос. Я отмахнулась. А в тычинке появилась недовольная щекастая физиономия.
– Да проснись ты уже, засоня! – сказала ромашка, сложила листики в кулак и ткнула мне в нос.
Из листика выскользнула золотая нить, обвилась вокруг меня одним концом, второй скрылся в траве.
– Какого… эээ.. гербария? – заорала я, вскакивая на ноги.
Передо мной стояла Доля, уперев руки в пышные бока. Высокая, дородная, вся сдобная и розово-зефирная, словно купчиха со старинных картин. Лицо круглое, румяное, толстая золотистая коса вокруг головы обернута. Пышный сарафан колышется, густые брови обеспокоенно нахмурены.
– Наконец-то! – прожурчала она.
Да что же такое-то! То в другой мир перенесли, то во сне в лес.
– Где я? – озираясь, спросила я.
– Это сон наяву. Единственная возможность нам с тобой покалякать с глазу на глаз. В академии всюду шпионы ректора. Никому не доверяй, кроме фамильяра. Накинь на роток платок, голубица моя белокрылая!
– Лучше сразу намордник! – мрачно заявила я, плюхнувшись на траву.
Нить немедленно затянулась вокруг моей лодыжки. Я попыталась ее отодрать. Ощущение было не из приятных.
– Не замай! – Доля легонько хлопнула меня по руке. – Эти нити нас сюда через зеркало привели, они же отсюда и выведут. Порвешь – обратно не воротимся. Это заброшенный мир. Сюда ворон костей на занашивает, и даже Судьба не добирается пока. Потому как не для кого усердствовать и опекать тоже некого. Кроме цветочков и леса и нет ничего. Зато и лишних ушей тоже нет.
Я испуганно выронила нить.
5 глава. Не могу я жить с ботаном
– Ты слушай меня внимательно, девица, да запоминай! Головушку свою русую напряги. Пусть хоть раз в жизни волос у тебя будет короток, да ум долог. Потому что до этого было наоборот. Тебя в академию не просто так забросило. Нити Судьбы тебя признали. Почему – не спрашивай. Тайна это пока что. Мы и сами не скумекали еще до конца, что к чему. Одно знаем точно: ты как-то связана с Главным Божеством Фатумором.
– Мы – это кто? – знаю, что перебивать некрасиво, но пусть хоть здесь толком объяснит, что происходит.
Достало меня это бесконечное "Что? Где? Когда?"
– Мы – это я и мои друзья, кто против дракона и его прихлебателей тайно воюет. Чтобы он Судьбой не стал. Не положено ему. Нечего совать свое суконное рыло в калашный ряд. Главное Божество Фатумор другому свой трон завещал – Азару. Не стерпел Горал такого унижения, потому что сам давно Судьбой стать хочет. Выше всех себя мнит. И задумал извести Азара и его пособников. Да только не вышло у него. Сбежал Азар. И схоронился там, куда Гораловы псы добраться не могут.
– Подождите! Про этого Азара нам сам ректор говорил на выборе фамильяров? А где он буйну головушку схоронил?
Тьфу ты! Понесло тётю в былины и меня вместе с ней! Чур меня, чур так разговаривать! Эта веселушка-хохотушка сказочная кого угодно доведет!
– А у Горала, ректора нашего, воинство большое, – Доля закатила глаза и взмахнула руками, очерчивая круг. – Недоля – главная моя соперница, заклятая подруга, тоже на его стороне. А ты, почитай, гостинец наш от самой Судьбы-матушки да заступницы. Даже ректор-дракон понять не может, кто ты. Но он твой враг. А я твоя подруженька сердечная. На твоей стороне стою и защищать буду.
– Почему?
– Пока тебе знать не надобно! Все со временем придет, вот увидишь, красавица. Главное вот что: выжить тебе надобно. Понимаешь? В оба глаза смотреть, слушать внимательно да под ноги глядеть. Извести тебя попытаются! Лихие люди и нелюди. И главный отбор у дракона пройти с честью да лучше всех, и влюбить в себя дракона, иначе смерть тебе, милая.