Седьмой прыжок с кульбитом (СИ)
— Не рановато ли? — засомневался Антон.
— Сам он так не считает. Едва родившись, Троицкий стал отцом русского рока, повивальной бабкой русского рока и критиком русского рока. Ну и организатором концертов русского рока, естественно.
— Он сказал «поехали», он махнул рукой — и рок-музыка началась?
— Именно. Он был везде. Он вел дискотеки и участвовал в конкурсах. Не лично пел, конечно, он осуждал рок-пение других. С заседанием в конкурсном жюри вышло с переменным успехом, ведь русский рок, по его словам, это про меланхолию и слушается с тоской. А вот чего у Артемия получилось, так это жены. В их количестве запутались все причастные — и сам плейбой, и его библиографы.
— Ну, если считать, что танцы — сплошной секс… — задумчиво протянул Антон, — ничего удивительного.
— Троицкий говорил прямо: «У меня всё плохо лежит, зато хорошо стоит».
Однако вернемся к нашим баранам в танцевальном зале. Данная фича являлась огромной изюминкой на фоне прочих пивных и закусочных заведений. Этот козырь перебивал все недостатки заведения одним ударом, хотя на танцполе легко было «встрять» за косой взгляд или внимание к чужой девчонке.
Технология разборок изысками не отличалась. Желающие «поговорить» отходили к мусорному баку за угол панельной девятиэтажки, на первом этаже которой бар и располагался. Дружинники сюда не совались, предпочитая тусоваться в холле общаги мединститута. Вроде бы и при деле, и в тепле, и со студентками позаигрывать можно.
Пикантности добавляло то, что бар находился на фронтире. Не все об этом знают, но проспект Театральный разделяет зоны влияния центровых и нахичеванских. Поэтому бесшабашные армяне постоянно заглядывали сюда склеить девчонку. И, само собой, потанцевать и побузить.
Впрочем, даже знающих людей эти детали не пугали. Объяснением всему может быть два слова: «поиск приключений». Кто не был молодым, тот забыл этот вид спорта. А ведь он и сейчас есть. Именно о таком бедовом баре грустили модные рэперы Александр Алиев и Наваи Бакиров:
Пустите меня на танцпол пьяным подвигаться.
Я сам по себе, я навеселе, на лайте подвигаться.
Судя по голосам этих популярных исполнителей, перед пением парни не только наклюкались, они еще и кальян покурили. Вот так вызов серым будням… Впрочем, их стиль так и называется: кальян-рэп. На Востоке это не грех, ведь речь о рэперах азербайджанского происхождения. С другой стороны, поют они на русском языке, и продвигают сомнительные идеи пьянства в головы наших неокрепших умов.
Песней о пятнице и пьяных автомобилях вторит им Макс Барских:
Лей-пей, не жалей, лей. Я потерял ориентир,
Мы растворялись в танце, начали сближаться.
Нацепивши терновый венец, сам клипмейкер утверждает, будто пятница не отпускает грехи, и сия песенка — танцевальная зарисовка о свободе и отсутствии границ. Мастер против стереотипов! Что тогда сатанизм, если не это?
Реперы братья Гаязовы, в своей композиции с говорящим названием «Пьяный туман», идут дальше:
А на губах уже растаял амфетамин,
Раскроем танцы с тобой ещё до замуток.
Ща потанцуем, наведём здесь кипиша,
В напитки наши скорости ещё я подмешал.
Амфетамин, насколько известно, сильный наркотик. Далее в тексте упоминается «скорость», что на сленге тоже наркота. То есть милые ребята пропагандируют пьянство и употребление наркотических препаратов прямо посреди танцев. Куда катится этот мир?
Впрочем, что-то я разбрюзжался… У нас свободная страна. Алишер Валеев, он же Моргенштерн, не даст соврать. У него «план крутая тема», и этот деятель культуры тоже толкует о розовом вине и фиолетовой вате то ли на танцполе, то в баре.
Но сам термин «бар» пришел в Россию не с Востока, а с дикого Запада. Первопроходцы прерий обрезали французское слово «барьер», означающее препятствие, до короткого слова «бар». Собственно, именно барные стойки в салунах, огораживающие продавца, являлись таким препятствием. В отличие от других питейных заведений, продавцов здесь называли не буфетье, а бартендерами. Позже переименованные в барменов, бартендеры сервировали и подавали напитки. Особым шиком у них считалось катнуть стакан по столешнице, не расплескав при этом ни капли.
Как и в любом деле, здесь полно тонкостей. Кроме знаменитого «смешать, но не взбалтывать», бармены умели делать всякие штуки, о которых не любят говорить вслух. То есть не доливать, заменять дорогие ингредиенты более дешевыми и, что характерно, лить из-под полы совершенно левый алкоголь.
Ярко выраженного бармена узнать легко — это пухленький и шустренький тип, воплощение поговорки «Time is money». Не путать с кальян-рэпером и хипстером! Лицо у бармена грустное, а глаза хитрые-хитрые. Генералиссимус Суворов утверждал, что любого интенданта после пяти лет службы можно вешать без суда и следствия. Что касается барменов, их можно вздергивать через пару дней работы, срок вполне достаточный.
Коктейль — коварная штука, воистину и ласковый и нежный зверь. С этим напитком всё не так: как питие без меры, так полное отсутствие закусок в культуре пития. А для более легкого проникновения в организм противника коктейль снабжают пластиковой трубочкой. Коктейли отличаются составом и цветом, а трубочка является единственно неизменной во всей композиции, заполняющей стакан. Впрочем, имеется исключение: к коктейлю «шампань-коблер» принято подавать не трубочку, а барную ложечку.
Лично я коктейлей никогда не понимал, это сплошные понты с тратой денег. И утреннее пробуждение так себе удовольствие, особенно после трех-четырех стаканов. Отходняк, следующий за шумной пати, незабываемый: одна часть организма требует отдать выпитую вчера жидкость, а другая часть желает промочить сухую глотку. При этом встать нет сил, а голова трещит не по-детски.
Известный литератор и кулинар Андрей Макаревич, упорно именуемый рокером, написал о своих алкогольных возлияниях несколько книг. Видимо, и в этом деле мэтр не считается последним дилетантом.
— Погоди, Дед, — влез в мои мысли Антон. — Недавно об Андрее Макаревиче говорила Алена. Это новая московская группа «Машина времени»?
— Она, родимая. А позже Макаревич прославился тем, что выпивал с Михаилом Горбачевым в Лондоне.
— Помню. Тогда Горбачев присвоил ему звание лорда. Или пэра? А может, сэра… Не помню.
— Что-то ты путаешь времена и пэров. Дело в том, что Горбачев хоть и крутой перец, но звание сэра присваивать не умеет, это делает лично королева. А ее у Горбачева на банкете не было, — припомнил я детали. — Вот кто сразу приходит на ум из сэров, так это Элтон Джон. Он тебе и рыцарь британской империи, и сэр, и донской казак.
— Как казак? — поразился Антон. — Он же пидор!
— Бывает, — пожал плечами я. — Ты теряешь связь причины и следствия. Шашку ему вручали принародно, на Театральной площади.
— Не может быть!
— Может и не может. Сам не видел. Может, поэтому Макаревич не сэр? Короче, хочешь знать больше — набери эти слова на ютубе.
— Не могу. Я уроки игры на гитаре смотреть не успеваю, на год вперед накачал! Пусть Макаревич меня простит. А что сказала Алена?
— 'У
русского рока нет цели всплыть, чтобы пробиться наверх'.
— Да? — поразился Антон. — А какая же у него цель?
— «Создать движуху и пробить днище», — процитировал я Алену.
— Круто…
— Так вот, по мнению Макаревича, советский коктейль — это не круто. Это пафосная, дорогая и бессмысленная дрянь, составленная из смеси отечественных алкогольных напитков. Глубокая мысль, с которой знающий человек спорить не станет. Уж я-то по себе знаю: смесь дорогих импортных напитков ничем не лучше.
Глава 49
Глава сорок девятая, в которой голоса внутри как сорвались с цепи, на «три» прыгаем вниз