Непокорная (ЛП)
Крис уставилась на пульт, пытаясь решить задачку из трехмерной математики. Четыре грузовых корабля ван Хорна стреляли ракетами, целясь в корму линкоров. Если атаковать противника сейчас, есть риск поймать свою же ракету.
– Нелли, дай план боя, чтобы наша эскадрилья оказалась на краю лазеров противника большого калибра и чтобы ракеты промчались мимо нас на как можно большей дистанции.
– Чтобы ничто не находилось в той же точке пространства, что и мы, – добавила Нелли. Неужели усмехнулась?
– Действуй, девочка, – сказал Томми.
– Вот график. Мы должны стартовать прямо сейчас.
– Первая, Вторая и Третья группы, пора показать, на что мы способны. Фил, ты первый. Четвертая, Пятая и Шестая группы выстраиваются в линию, но остаются позади. Сэнди, они твои, пока я не вернусь.
– Не берешь с собой?
– Корректировка плана. Я хочу поближе посмотреть на этих монстров. Попытаюсь обнаружить, что сможет повредить двенадцатидюймовый лазер прежде, чем пошлю в атаку всех.
– Надеешься на чудо?
– Разве мы, Лонгнайф, не ищем его все время?
– Удачной охоты.
– Разве можно промахнуться по таким большим целям?
Крис подождала, пока катера Восьмой эскадрильи выстроятся в подходящую стартовую схему, если смотреть со стороны, так и вовсе случайную. Если запланированный танец сложится удачно и если их не подобьют при подлете, то катера разобьются попарно, встанут близко друг к другу и атакуют все линкоры одновременно.
Крис заметила, что во всем этом безумном плане есть сразу несколько «если». Большой экран на пульте Крис засветился, когда корабли «Кастера» выпустили огромный ракетный рой, потом потемнел, когда этот кусок космоса оказался свободным.
– Наш выход, – сказала Крис. – Выходим на курс перехвата. Схема уклонения два.
PF-109 резко увеличил скорость торможения с одного g сразу до двух, развернулся, нацелившись на луну. Мгновение спустя, как будто передумав, снова развернулся, начал разгоняться, быстро набрав два с четвертью g.
– Мы пока еще на большой дистанции, – сказала Пенни, и сразу вслед за эти катер снова резко поменял курс, а Мус пробормотал:
– Черт, они пальнули по нам из восемнадцатидюймового лазера.
– Пальнули? – спросила Крис.
– Ага. Только промахнулись.
– Нелли, это входит в план твоего предложения по уклонению?
– Конечно, Крис, – терпеливо ответил компьютер.
* * *
– Черт возьми, что они задумали и почему мы торчим на месте? – пришло по сети.
Сэнди ожидала этот вопрос. Ну, Луна, хотя бы спросила, а не рванула вслед за катерами молча.
– Мы остаемся на месте, это мой приказ.
– А если мы не послушаемся?
– Пристрелю, как собаку. Я помню, кто-то здесь обещал исполнять приказы.
– Ну, да, но есть приказы, а есть трусливые приказы, – огрызнулась Луна и ее поддержали другие капитаны.
– Через пару минут, – сказала Сэнди, стараясь не показать раздражения в голосе, – я ожидаю, что вы последуете за мной туда куда ни один трус никогда не пойдет. В то время, как линкоры будут уверены, что контролируют полет катеров Крис, мы выйдем на марш в пределах их досягаемости. Мы должны пройти расстояние в сто тысяч километров, максимальное расстояние, до которого могут добить их лазеры, до восьмидесяти тысяч, максимальная дальность четырнадцатидюймовок, если бы вы были теми кораблями, которые изображаете. Так вы последуете за мной?
– Мы ведь не будем взаправду атаковать линкоры?
– Нет. Я ожидаю от вас полного режима уклонения.
После этого по сети раздалось несколько вздохов облегчения.
– Наша задача принять огонь на себя ровно настолько, чтобы Крис смогла хорошенько прицелиться, нанести удар и убежать. Потом, в зависимости от того, сколько обломков она оставит, мы либо выполняем поставленную нам задачу, либо удираем.
– И чего вы, флотские, такие пессимисты? Мы полетим за ней, подбирая всех подбитых.
И с чего бы вы, никогда не знавшие войны, такие оптимисты? – подумала Сэнди, но удержала это в себе.
– Старпом, установи курс, который приведет нас к противнику на восемьдесят тысяч километров. Запусти программу уклонения на расстоянии в сто одну тысячу километров.
– Есть, мэм.
* * *
PF-109 нырнул, потом сделал небольшой зиг, затем сильный заг, после чего несколько незначительных уклонений, от которых волосы на затылке Крис встали дыбом, потому что явно чувствовалось, что нужно что-то посерьезнее. И вот, когда она хотела было уже озвучить это желание, 109-й резко сменил курс, а потом, также резко, повернул налево. А потом упал, не хуже камня с обрыва.
– По нам продолжают промахиваться, – хмыкнул Мус.
– Я все рассчитала. – сказала Нелли. – Наш курс сложно предугадать.
– Я уж точно не смогу, – сказала Крис.
109-й перевернулся, покачался из стороны в сторону и вновь развернулся.
– Опять промах, – сказал Мус.
– Что у них с тепловой нагрузкой? – спросила Крис.
– Восемнадцати и пятидюймовые лазеры быстро нагреваются, – ответил Мус. – Топливные баки вентилируются. Я засек все их второстепенные звенья. Конденсаторы должны терять эффективность. Меньше заряда, больше времени. Вам наверняка понравятся их проблемы, мэм. Им придется либо перенаправить потоки через радиаторы и рискнуть их потерять, либо скоро начнут принимать наши удары. – Мус оторвал взгляд от своего пульта. – Интересно, насколько толстый у них слой льда?
– А вот это мы и попробуем выяснить, – сказала Крис, наблюдая, как мелкие лазерные установки пытаются отразить атаку ракет, выпущенных группой «Кастер». Большая часть ракет самонавелась на накалившиеся пятидюймовые батареи. Бой для артиллерийских расчетов стал очень близким и личным.
Сбей ракету или ракета убьет тебя.
PF-109 продолжал уклоняться, крутиться, резко уходить в сторону и разворачиваться, пока восемнадцатидюймовые лазеры пытались разрезать ее пополам. Восемнадцатидюймовые турели не предназначались для сопровождения целей, которые метались туда-сюда, разгоняясь до двух, а то и трех g, стреляли на этой скорости, а потом уходили совсем в другую сторону. В большинстве случаев лазеры стреляли, когда казалось, что юркие PF вот-вот окажутся в нужном кусочке черного космоса. Танец, придуманный Нелли и ракеты «Фоксер» раз за разом нарушали планы наводчиков. Восемнадцатидюймовые кусочки пылающей смерти улетали к цели, но комарика, на которого они нацеливались, там никогда и не было.