Другая единственная

— А? Что? Ну да, извини, Лена, задумалась. Я слушаю тебя, — торопливо сказал Самарин.
— Паш, я говорила, что еще один магазин хочет сотрудничать с нами. У них серьезные запросы. Нужна партия элитной испанской мебели на полмиллиона баксов, Это серьезное предложение, и уже второе за эту неделю. Нужно что-то решать.
— Понял, Лена. Честно говоря, первое предложение мне не очень понравилось. Это солидная партия, но и Барселона. и Сарагоса потребуют полную предоплату.
Если бы я работал па Булыгина, мог бы договориться. Но у нас новая фирма, необходимо время, чтобы крепко встать на ноги.
Лена села на стул у края стола, закинула ногу на ногу, небрежно разгладила край юбки строгого серого костюма.
— Я все понимаю, — негромкo сказала она. — Но директор магазина. — Ягодин, ты его хорошо знаешь. Это солидный магазин, и фирма Булыгина долго сотрудничала с ним. Что плохого в том, что Ягодин хочет сотрудничать именно с нами теперь? Кстати, и первое суперпредложение было от давнего партнера Булыгина, Морина.
Самарии задумался, склонив набок голову. На мгновение закрыл глаза, покачал головой.
— Я хорошо знаю Ягодина и Морина, знаю положение их дел. Да, магазины солидные, да, оборот большой, но… два таких заказа… с чего бы это?
— Да они верят в тебя! — крикнула Лена. — Прежде Булыгин сдерживал, а теперь ты сам себе хозяин и сможешь подобрать им такие коллекции, которые уйдут мигом!
Самарин снова задумался. Заманчивые предложения, но что-то настораживало в них. Сразу два, почти идентичных и весьма прибыльных. Он тратит восемьсот тысяч долларов, получает — миллион. Двести тысяч прибыли за короткое время — очень хорошо, но ведь есть и другие, мелкие, контракты, их будет больше, и прибыль вкупе ненамного получится меньше за тот же промежуток времени, чем от двух солидных контрактов. Плюс риск, Булыгин с Бахметовым получают ощутимый щелчок по носам… Булыгин, когда узнает, поймет, что с таким положением дел он скоро потеряет фирму. Зачем же его так явственно дразнить? Нужно потихоньку делать свое дело, завоевывать доверие партнеров, наращивать мощь…
— Все это, конечно, заманчиво, — медленно сказал он. — Но мы сейчас не имеем таких денег, чтобы рисковать ими.
— Паш, ты прямо какой-то заторможенный! — нетерпеливо воскликнула Лена. — Первый раз замужем, что ли? Вот же он, успех, о котором мы все мечтали! И это только начало. Включай свою знаменитую интуицию и работай, а мы все — рядом с тобой. Возьмем ссуду в банке, ведь чистота сделки гарантирована! В чем ты сомневаешься, не могу понять?
Он и сам не мог понять — когда-то, в девяносто девятом, было такое же чувство опасности, но тогда он был моложе, увереннее в себе, а сейчас… Вся его интуиция работала для того, чтобы понять природу этих двух предложений. И Ягодин, и Морин были осторожными бизнесменами, обновляли экспозицию своих торговых залов постепенно, основываясь на данных маркетинговых исследований. И вдруг такие серьезные заказы.
Хотя… их маркетологи отслеживали количество и качество продаж разных категорий товаров и должны были знать: то, что он предлагал, всегда пользовалось спросом, а значит, приносило прибыль. Что же странного, если они сделали ставки именно на него?
— Хорошо, Лена. Подготовь мне бизнес-план этих двух сделок, просчитай все мельчайшие детали, обеспечь полную гарантию со стороны партнеров. Проясни возможность и условия краткосрочного кредита. Пошли Гену и Машу в оба магазина, пусть прозондируют положение дел на месте, а конкретно — потребность в указанном товаре. Постарайся управиться за пару дней, бизнес-план должен учитывать все нюансы.
Лена решительно вскочила со стула.
— Наконец-то узнаю прежнего Самарина, — с воодушевлением сказала она. — Будет сделано, босс!
Глядя на роскошные ягодицы Лены, обтянутые серой шерстяной тканью классической юбки чуть выше колен, Самарин не стал спрашивать: а как относится супруг к ее новой работе? Неужто с головой ушел в депутатство и ни о чем больше не думает? Что-то не верилось в это.
 
Лена сделает все, о чем он просил, но и самому нужно работать. Сегодня предстоит заключить еще две сделки, не столь солидные, на мебель отечественного производства, но со временем эта ниша станет наиболее прибыльной, он не сомневался в этом, а значит, нужно всерьез заниматься ею. Тут он был полностью уверен в успехе и чувствовал удовлетворение. И правда, люди верили ему и постепенно клиенты «Центуриона» приходили к нему со своими предложениями о сотрудничестве. Пусть от каждой сделки он будет иметь не сто тысяч чистой прибыли (с учетом налогов), а двадцать — тридцать, но если их будет много, и прибыль возрастет.
Самарин посмотрел на монитор компьютера, вывел на него данные продаж мебели и сантехники за последнее время по всем магазинам Москвы.
Долго смотрел на таблицы с цифрами, а потом подумал: «Наверное, Габриэла специально попросила меня поехать на дикий пляж, чтобы там отдаться… Но черт побери, как же прекрасно все у нас было там!..»
Он яростно скрипнул зубами, энергично тряхнул головой, пытаясь отвлечься от мыслей, от которых невозможно было отгородиться даже работой. Сколько лет прошло, а он каждый день вспоминает об этом, заново переживает то, что было в далекой Испании холодной осенью 99-го.
  
Глава 9
 
За рулем своей синей «вольво» Лена чувствовала себя всегда уверенно. Как ни странно, ни пробки, ни отвратительные московские дороги не раздражали ее, наверное, потому, что в последние два года она не ездила по плохим дорогам и в пробках не стояла. Ездила куда хотела, когда хотела, и машина успокаивала ее, отвлекала от грустных мыслей.
Но не сегодня, хотя время было уже позднее, будний день, и пробок на дороге не наблюдалось, казалось бы, одно удовольствие управлять мощной, послушной машиной, да вот же, не получалось. Легкое волнение царило в ее душе, а все потому, что ехала не к себе на дачу, а по адресу, который выяснил для нее Влад. Упросила это сделать тайком от Самарина, сказала, что подозревает Булыгина в связи с этой Евгенией Кротовой. Влад по своим каналам раздобыл адрес незнакомой ему дамы.
Она ехала к бывшей жене Самарина, хоть и было в фирме дел невпроворот, но желание понять, чья фотография стояла тогда у него на столе, да, наверное, стоит и теперь, стало нестерпимым. Если жена — одно дело, если другая какая дама — совсем другое. И во что бы то ни стало нужно понять, кто эта женщина, из-за которой Самарин стал таким странным.
Адрес-то был, но дома ли она? И что ей сказать при встрече? Этого Лена до сих пор не знала, потому и нервничала.
Ее квартира была в общем-то по пути, в Крылатском, но от этого легче не становилось.
Она остановила машину у подъезда семнадцатиэтажного дома, где дверь была оборудована замком, связанным с домофонами жильцов. Не элитный, но вполне солидный дом. Подождала у двери, когда она откроется, выходила женщина с собачкой, вошла в подъезд, поднялась на пятнадцатый этаж, тяжело вздохнула, позвонила в дверь.
Какое-то время ее разглядывали в дверной глазок, а потом послышался грудной женский голос:
— Что вам угодно?
— Женя Кротова? Это я, Вика, — неожиданно даже для себя сообразила Лена.
Дверь приоткрылась на длину цепочки, в щели Лена увидела симпатичную блондинку в длинном махровом халате. Она совершенно не была похожа на ту женщину, чья фотография стояла на столе у Самарина. Мгновенно просквозило в мозгу: Самарин страдал не из-за жены, он о ней даже не вспоминал!
— Ну? — спросила хозяйка.
— Ой, извините… — растерянно пробормотала Лена. — Мы с Женей Кротовой вместе на Багамах отдыхали… Потеряла ее адрес и телефон, украли записную книжку… вместе с сумочкой. Нашла адрес… Но вы не она, пожалуйста, извините.
— Ничего, бывает. — Настороженность в глазах Евгении сменилась благостной мягкостью: свои люди, черт побери!