Легенда о невесте людоеда (СИ)

«Что это за чертовщина? До превращения в человека еще несколько дней, почему уже так нехорошо?» — пыталась лихорадочно сообразить девушка. Слух тем временем, словно против ее воли, обострился, и она улавливала плеск воды из соседней комнаты, а воображение рисовало мужчину, встающего из воды, которая струйками течет по его каменным мышцам, оставляя влажные следы на распаренной, некогда грубой коже, которая теперь нежнее хлопка… Тери опять обдало жаром. Она перевернулась на спину и бесцельно смотрела в поток, не в силах сопротивляться ни странному наваждению, ни обилию неприличных мыслей о своем спасителе.
Так продолжалось до тех пор, пока Вард не вышел из уборной. Одетый в чистые вещи, с мокрыми волосами, он мельком посмотрел в сторону девушки, которая тут же поднялась и села на край кровати.
— Хочешь есть? — спокойно спросил он, подходя к двери.
— Да, очень, — с энтузиазмом ответила девушка, улыбаясь во все зубы. Есть в ту секунду, когда он к ней обращался, Тери на самом деле хотела меньше всего.
Вард кивнул и покинул спальню, а девушка осталась в неловком одиночестве. Она с волнением смотрела то на свои тесные ботинки, то на руки с отросшими ногтями, а потом опять на дверь. Даже сейчас, когда она отлично понимала, что ушел он ненадолго, Терисии казалось, что мужчина может не вернуться никогда больше. «Какая чушь! Как выкинуть это из головы?» — подумала она, и вдруг вспомнила о книге той женщины. По самым скромным предположениям Тери, незнакомка была ведьмой, а, значит, и ее фолиант про колдовские штуки. Может, она могла бы использовать эти знания, например, для того, чтобы не сходить с ума каждый раз, когда Вард уходит из комнаты?
«Ну да, где я, а где колдовство! Только хуже сделаю», — подумала Тери, однако желание хотя бы просто полистать книгу ее не покинуло. Но, вот, мужчина вернулся — без труда он сам распахнул двери, неся в руках большущий поднос с яствами, — настолько большой, что он походил на столешницу.
— Запри, — сказал мужчина Терисии. Девушка живо поднялась с кровати, но боль в стопах тут же дала о себе знать. Пересиливая мучительные ощущения, он подбежала к двери, чтобы закрыть ее за спиной Варда. Когда она развернулась, поднос с едой стоял прямо на кровати. Мужчина ждал, когда она присоединиться к такому столу, без нее к пище не касался, но подальше убирал подушки от тарелок и вилок.
Пока подходила, Тери рассмотрела на подносе полный казан с варенной и толченной всмятку тыквой, сковородку с жареными ребрышками, целый круг хлеба, рядом которым два кувшина. По краям подноса едва умещались тарелки со столовыми приборами и парой кружек. Терисия села на пол подле кровати, с аппетитом осматривала все принесенное мужчиной, даже взяла каждый из кувшинов, чтобы принюхаться к их содержимому — в одном оказалось свежее молоко, а во втором в нос ударил знакомый запах, вызывающий неприятные воспоминания.
— Что это? — спросила настороженно девушка, брезгливо ставя кувшин на прежнее место.
— Обычное пиво, — ответил Вард, пристально наблюдая за ее реакцией. — Плохое подсунули?
— Не знаю, — пожала плечами Тери, — просто не буду это пить.
Легкое удивление на лице мужчины свидетельствовало о том, что он не понимает причину ее брезгливости, но девушка была рада, что он не стал задавать вопросов о причинах. Во время их умиротворенной и молчаливой трапезы на кровати, Терисия как можно дальше отогнала все стыдные воспоминания о том, как впервые напилась, и о том, что сделала и как вела себя пьяная в плену. Нет, это все она не хотела переживать опять, теперь это прошлое, она заставит себя обо всем забыть.
Вся еда, разве что кроме молока и пива, была теплой и свежеприготовленной, даже хлеб с хрустящей корочкой еще дышал печью, в которой был испечен. Тыквенную кашу дома всегда готовили сладкую и на молоке, она была самой нелюбимой у Терисии, но тут девушка с жадностью уплетала ее за обе щеки, и, может, дело было в рецепте — теперь каша была гуще, не сладкая, а солоноватая и без молока. Вард налегал на мясо, время от времени запивая его несколькими глотками пива да заедая ломтем хлеба. И то ли от сытости после вкусной еды, то ли из-за пива, вечно холодное и напряженное лицо мужчина прояснилось, нахмуренные на переносице брови разгладились.
 
Доев последний кусочек мяса, он растянул ноги в сапогах в полную их длину, оперся спиной о стену. Когда мужчина посмотрел на Тери, дожевывающую свою кашу, их взгляды встретились. Комок непрожеванной пищи застрял в горле девушки, когда она поняла, что Вард не отводит глаз очень долго.
— Так чего ты на самом деле хотела в ванной?
Вопрос ошарашил Тери. Но первое удивление быстро прошло, она прожевала и проглотила кашу. Пристальный взгляд мужчины неотрывно следил за ней на протяжении этого отрезка времени, делая любые попытки думать спокойно проблематичными.
— Расчесать тебе волосы, — голос Терисии не звучал решительно. — Ты ведь сам…
— До этого, — требовательно произнес Вард. — Зачем ты зашла?
Девушка пожала плечами, растерянно отведя взгляд.
— Уже неважно, — сказала она негромко с извиняющейся улыбкой.
— Да ладно? — настаивал мужчина. — Это ты решила, что неважно?
Он легко и быстро поднялся на ноги, будто не было обилия выпитого и съеденного. Так же без особых усилий он поднял с постели поднос и отнес ближе к выходу из комнаты. Тери так и сидела на полу, пока мужчина на обратном пути не сделал жест, приказывающий подняться с пола.
— Я узнала всё, что хотела, — растерянно отвечала она, — поэтому вопрос уже не имеет смысла.
Огонек интереса зажегся в глазах молодого мужчины, он сел на край кровати и, как был, в обуви растянулся на чистых простынях, что внутренне покоробило Терисию. Да, свои грязные сапоги он вымыл, но девушка все равно сомневалась в чистоте подошвы.
— И что же ты выяснила, интересно? — не успокаивался Вард, пока Тери не могла оторвать раздраженного взгляда от его обуви.
— А то! — вдруг выпалила она неожиданно для самой себя осмелевшим голосом. — Ты сказал, что отдал тушу оленя на кухню, потому кормить нас бесплатно будут не меньше одной недели. Раз уж ты уплатил за питание, я поняла, что раньше семи следующих дней мы это место не покинем.
Тери присела на край постели и, отвернувшись спиной к мужчине, сладко потянулась. Она не могла забыть, что рядом лежит пара грязных сапог, но после плотного обеда девушке хотелось отдохнуть больше, чем ругаться или требовать что-либо от малознакомого человека.
— А ты хотела покинуть это место раньше? — после короткого молчания спросил Вард.
— Да нет же, наоборот, — девушка обернулась к мужчине через плечо, — дело в другом. Мне нужно переждать где-то обратное превращение из тролля в человека, а это, между прочим, должно быть очень больно. Наверно. Я должна быть уверенной, что ты не захочешь внезапно уехать куда-то. Не бросишь меня в этой таверне одну.
— Я же сказал, помогу, — буркнул мужчина.
— Да-да, сегодня говоришь, а завтра передумаешь, — Терисия развернулась к Варду уже всем своим корпусом, попутно стягивая беспощадно жмущие ботинки. — Откуда мне знать, что ты не обманешь?
— Не нужно судить по себе, — сквозь зубы прорычал мужчина, сложив руки на груди. — Если ты врешь, это не делает меня таким же.
— Вру? — возмутилась девушка. — Когда я соврала?
Сцепив зубы и плотно сжав губы, Вард шумно выдохнул через нос, потупив взгляд в сторону стены напротив. Мужчина напряженно думал, будто силился не сказать ничего лишнего, хотя Тери уже была обижена безосновательным оскорблением. Со своим спасителем она была так же честна, как и с родителями, как в прошлом с богом, а спаситель запросто обвинил ее во лжи.
— Ты выходила ночью из комнаты и смолчала об этом. Чем не враньё? — сурово спросил мужчина. — Тебя видели бродящей по этажам и лестнице. Мне все рассказали на кухне. Что неясного было в том, что я сказал сидеть тихо в комнате?
— Боже… — девушка с ужасом схватилась за голову. — Да я просто… Даже не заметила никого. Ужас… они поняли, что я тролль?