Легенда о невесте людоеда (СИ)

Подле большой лохани с водой для купания стояли несколько ёмкостей поменьше: одна с кипятком, а вторая с куском мыла и куском жесткой ткани, которую Тери намылила. Какой бы сильной обида на Варда не была, но девушка опять начала его мысленно оправдывать, ведь нормально купалась она и правда давно. От нее вполне возможно воняет троллем, это нервировало мужчину — Терисия не могла осуждать за это.
Когда мытье было окончено, Тери готова была надеть на себя те затасканные вещи, но заметила на табурете в углу стопку каких-то тряпок. Быстро девушка убедилась, что это набор чистой женской одежды, подходящей ей по размеру и включавший в себя исподнее, тонкую синюю ночную рубаху, зимние чулки, носки, шерстяное платье и жилет. На сердце стало теплее, когда она догадалась, что это Вард приготовил ей вещи, позаботился о том, что Терисия будет одевать.
Одевшись, девушка хотела быстро вернуться назад в комнату, желая опять спрятаться под одеялом и проверить, не обнаружил ли мужчина ее книгу. Но Варда в спальне не было. У окна кровавые подтеки после разделки оленя стерты, пол еще мокрый, но чистый, а окно вновь заперто, шторы сдвинуты. Постель осталась нетронутой. Тери быстро забралась в кровать, успела убедиться, что фолиант на месте, как вернулся мужчина. В руках он нес пару ботинок.
— Меряй, — он бросил обувь к кровати.
Терисия покорно последовала его требованию, ведь тон явно не допускал споров или нелепых вопросов. Светло-коричневые кожаные ботинки, судя по потертости, успели разносить, но на троллью ногу девушки едва налезли, да и то только благодаря шнуровке.
— Как раз? — Пока Тери меряла обувь, Вард вышел в уборную и говорил с ней оттуда.
— Да! — крикнула в ответ девушка, чтобы быть уверенной в том, что ее будет слышно.
Когда она встала в новой обуви, стало окончательно понятно, что ничего не как раз — ботинки малы, а попытка сделать шаг откликается болью в больших пальцах ног. С другой стороны, у нее была подошва под стопами, а кожа ботинок толстая, крепкая и теплая. Они хоть как-то спасут ноги обморожения, если придется куда-то ехать. Вард и она же не вечно будут жить в этой таверне.
В ту же минуту Тери решила немедленно спросить у мужчины, как долго они еще пробудут здесь и куда отправятся дальше. С трудом дошагав до уборной, уверенно распахнула дверь. Мысли девушки были заняты чем угодно, — ботинками, новой одеждой, предстоящей поездкой, мистической книгой, своим нечеловеческим обличием, — но не тем, почему Вард так надолго ушел в соседнюю комнату и чем там занят. А если бы задумалась, то могла бы избежать волны стыда, когда она увидела мужчину в лохани, где недавно мылась сама.
На лице мужчины застыл немой вопрос, а руках застыла мыльная тряпка. У Терисии не было ни единого варианта, как прилично объяснить свое вторжение. Она развернулась, чтобы как можно быстрее сбежать от неловкой ситуации, но мужчина ее остановил вопросом.
— Что-то случилось?
— Ничего-ничего! — замахала руками девушка, отвернутая к окну уборной девушка. — Не знала, что ты моешься. Прости, просто думала спросить… — Тери запнулась на полуслове.
Она услышала тяжелый, уставший вздох мужчины и тихий плеск воды. Терисия испугалась, что он захочет подняться голым из воды, чтобы выставить ее вон за дверь немедленно.
— Спроси, — сказал он голосом, в котором читалось недовольство, но пока не гнев.
— Да позже, это не срочно! — махнула рукой девушка, продолжая переминаться с одной болевшей ноги на вторую. — Я уйду лучше.
— Нет уж, спрашивай сейчас, — требовал мужчина, — и повернись ко мне, в конце концов. Я не хочу говорить с тобой, а не с твоей задницей. — Терисия порывисто выдохнула и развернулась к купавшемуся. Она не понимая причины его настойчивости, да и странные слова про задницу Тери удивили. Неужели ему самому удобно разговаривать в то время, пока он голый сидит в воде? «Стоп, он же моется в той же воде, где купалась я!» — внезапно подумала девушка, глаза ее округлись.
— В этой же воде я мылась?
 
— Да, — спокойно ответил мужчина. — Это и есть твой вопрос?
Уж как в ее семье экономили, но даже родители Тери купались сами и мыли детей в разных лоханях с водой. Видимо, Вард не из числа брезгливых людей, раз захотел очищать тело в уже использованной воде. Требовалосьвремя, чтобы переварить эту его особенность характера. И пока она просто непонимающе хлопала глазами, пытаясь вспомнить, что хотела спросить изначально.
— Ты так и будешь молча стоять? — рот Варда дрогнул в улыбке, когда он произносил эти слова.
— Нет, — отрицательно кивнула Тери.
— Тогда окажи мне одну услугу. Раз уж пришла, — продолжал мужчина, — убери из моих волос репей. — Он непринужденно провел рукой в области затылка, — Крепко застрял.
От волнения девушка даже забыла о жмущей обуви, подходя ближе к мужчине. Терисия, по собственным ощущениям, плыла по воздуху, и это состояние полета отступило только тогда, когда она увидела проблему, о которой Вард говорил. Его затылок был укрыт кривым рядом сухих репейников, плотно впившегося в густые темные волосы мужчины.
Молча один за другим она вытаскивала цепкие и колючие растения и бросала их прямо на пол. Работа предстояла кропотливая и долгая, но хорошо знакомая — девушке с детства после долгих игр на улице или работы в огороде приходилась делать подобное либо со своими волосами и одеждой, либо помогать сестрам.
В какой-то момент Тери начал пробирать смех — как это мужчина умудрился нацеплять столько репейника. Она пыталась убирать его как можно аккуратнее, но, хоть пару раз ей пришлось дернуть особенно спутавшиеся локоны, Вард не подал ни звука. В полном молчании они могли бы находиться друг с другом и дальше, но девушка через некоторое время с начала работы набралась уверенности и решила заговорить.
— Вода, наверно, совсем остыла?
— Наверно, — ответил мужчина, не поворачиваясь к Терисии.
— Может, стоило набрать новую, чистую и горячую? — осторожно поинтересовалась девушка, взявшись за один из крупных репейников.
Мужчина выдохнул и промолчал. Тери же не хотела уводить беседу в тупик, поэтому пыталась отыскать другой предмет разговора.
— Удачная выдалась охота, не так ли? — нервная улыбка Тери ей самой казалась неестественной. Хорошо, что Варда на затылке нет глаз, чтобы видеть все ее смущение. — Но куда ты отнес мясо?
— Отнес на кухню, — голос мужчины казался еще сердитее, но скоро она поняла почему. — За еду хозяин таверны дерет слишком много. За разделанную тушу он неделю обещал кормить бесплатно.
Девушка понимающе закивала головой, вновь забыв, что Вард и не мог видеть спиной этого явного знака согласия. Про деньги Тери и не думала, живя здесь на всем готовом, как принцесса, а он позаботился даже о таком. «Что за мужчина!» — мысленно поражалась она. Терисия запустила пальцы в его волосы, выискивая очередной репей, но вдруг ощутила желание обнять его с благодарностью за его помощь. Борясь с переполняющей ее нежностью, она заметила в тазу рядом с тряпками для мытья и гребень для волос, которым расчесывалась сама. Недолго думая, девушка подняла его и начала медленно распутывать непокорные волосы мужчины. И, судя по его спокойной реакции, он не был против. Тери же испытывала истинное удовольствие от такого умиротворяющего процесса.
— Ты не против, если я… — не дожидаясь ответа девушка начала зачерпывать едва теплую воду в ладони и поливать ею локоны. Вард по-прежнему отстраненно молчал, а Терисия взяла кусочек мыла. Быстро волосы мужчины от корней и до кончиков стали покрыты густой белой пеной, а девушка с особой нежностью массировала кожу головы. Когда смывала пену, сначала случайно касалась его мужественной шеи, спины и плеч, а потом уже неслучайно. Тери старалась трогать его так, чтобы Вард не догадался, что она делает это специально, и он, вроде бы, ни о чем и не догадывался.
  
21
 
Гулко бьющееся в груди сердце казалось ей чужеродным органом, и в какой-то момент девушка почувствовала, что задыхается, как если бы комната была все еще наполнена густым паром. Но нет, вода уже успела стать прохладной, это одну Терисию кидает в жар. Быстро кончив мытье головы мужчины, она пробубнила что-то о том, что ей плохо и сбежала из уборной, избегая смотреть на Варда. В спальне она завалилась лицом в подушку и пыталась отдышаться еще несколько минут.