Для тебя (ЛП)

Выпрямившись, я сказала ему:
— В следующий раз, когда у меня на губах останется глазурь, скажи мне, ладно?
Он обвил рукой мою талию и притянул меня к себе. Потом он наклонил голову и облизал мою губу в том месте, где была глазурь.
Я вцепилась пальцами в футболку Колта в попытке устоять на ногах, потому что язык Колта напрямую влиял на способность моих ног держать меня вертикально.
— Морри всё испортил, — сказал Колт и поднял голову. — Я приберегал это на потом.
— Да, а я шла по улице со сливочным сыром на губе, — возразила я.
— Насколько тебе это важно? — спросил он со странным любопытством.
Из-за прозвучавшего в его голосе любопытства я посмотрела в сторону, раздумывая над этим вопросом.
Потом я снова посмотрела на него и ответила:
— Не сильно.
Он усмехнулся.
Я продолжила:
— Опять же, на улице никого не было, и мы прошли всего два дома.
— Мимо нас проехало около пятнадцати машин, малыш.
— Да, но они не считаются, потому что я их не заметила, так что в моей голове их не существует на самом деле.
Он всё ещё усмехался, когда дверь в кабинет открылась, и за ней стоял папа. Выражение его лица не предвещало ничего хорошего, совсем ничего хорошего, так что мы с Колтом одновременно напряжённо замерли.
— Колт, — сказал папа, — чёрт, сынок, извини, но мне кажется, тебе нужно выйти в бар.
— Что? — спросил Колт, и я увидела, как папа повёл шеей, как делал — нечасто, но делал, — когда случалось что-то, что ему не нравилось, что-то, что его расстраивало или беспокоило.
Он посмотрел Колту в глаза и сказал:
— Твоя мама здесь.
Это было так неожиданно, что моя голова дёрнулась, а глаза распахнулись от потрясения.
— Его мама? — спросила я.
Папа покачал головой и сказал:
— Да, милая.
Потом он посмотрел на Колта:
— Она спрашивает тебя, и Джеки нарезает круги вокруг неё. Морри с Ди пытаются заставить её уйти, но она упорствует, и это злит Джеки, я вижу, что она готова взорваться. Мы не можем избавиться от Мэри, и у нас не получается не дать Джеки психануть. Извини, Колт, я бы не стал просить тебя, если бы не это, ты знаешь, но мне нужно, чтобы ты пошёл и разобрался со своей матерью.
Я подняла глаза на Колта и увидела, что его лицо ничего не выражает, но застыло как камень.
Хотя большую часть сведений о Колте от меня скрывали почти все, я много знала о том, что происходило с Тедом и Мэри Колтонами за последние двадцать с чем-то лет. И одной из этих известных мне вещей было то, что Колт много лет не виделся с матерью и не разговаривал с ней.
Колт присутствовал на моей свадьбе с Питом, потому что он был таким человеком, ответственным, поступающим правильно, даже если мне не нравилось его присутствие так же сильно, как и ему, что было очевидно, потому что он ушёл ещё до того, как мы разрезали торт.
Я не присутствовала на его свадьбе с Мелани, хотя Мелани даже прислала мне приглашение. Потому что я была безответственной и редко поступала правильно, но ещё и потому, что я была слабой и глубоко в душе знала, что ни за что не смогу это выдержать. После регистрации я отправила им свадебный подарок, который стоил больше, чем я могла себе позволить в то время, но я всё равно сделала это, думая, что делаю какое-то идиотское заявление, которое, вероятно, они не поняли.
Я также слышала от мамы, которая пришла от этого в ярость, что Мэри Колтон явилась на свадьбу. Она не держалась на ногах и начала устраивать сцену, громко крича (это я слышала не от мамы, а от Джесси), что вся эта свадьба была фарсом и Колт должен был жениться на мне. К счастью, она не вошла в церковь, а делала это снаружи, а потом Колт, папа, Морри и Салли избавились от неё, а Джимбо отвёз её домой. Колт каким-то образом сумел скрыть это от Мелани, и, насколько я знаю, она никогда ни слова не слышала о том, что это произошло. Даже тогда, думая, что не имею никакого права, когда мама позвонила, чтобы рассказать мне, что произошло, а потом Джесси дополнила информацию, это так сильно меня разозлило, что я была рада тому, что меня там не было, потому что я знала, что невозможно даже представить, что бы я сделала, если бы была там.
 
Перед тем как мы с Колтом расстались, но много позже того, как он переехал из дома своих родителей, Тед Колтон, будучи пьяным за рулём, насмерть сбил двух подростков. Мы с Колтом знали их. Они были хорошими, никогда не попадали в неприятности. Девочку звали Дженни, и за год до этого она выиграла конкурс красоты в одиннадцатом классе. Мальчика звали Майк, и он был выдающимся игроком школьной бейсбольной команды. Они встречались много лет и в тот вечер возвращались с позднего сеанса кино в торговом центре. Они заканчивали выпускной класс школы, но я два года проучилась с ними в школе до того, как закончила её. Мы с Колтом не очень хорошо их знали, но мы были знакомы.
У тому времени Колт был далёк от Теда и Мэри Колтон. В глазах всех он был достойным членом клана Оуэнов, задолго до того, как переехал в наш дом. Поэтому никто даже не посмотрел на него косо, когда это произошло.
И всё равно, Колт знал, что в его жилах течёт их кровь, и то, что его отец убил двух детей, глубоко ранило Колта. Вместе со мной он присутствовал на похоронах и на протяжении многих недель соскальзывал во тьму, так что я опасалась, что он никогда не выберется из неё. Но он сделал это, когда подал документы в Полицейскую Академию. Он всегда знал, что именно этого хотел для себя в будущем, но безответственные действия отца подстегнули его к этому.
После аварии Тед Колтон тоже был в довольно плохом состоянии, но он выжил. После выздоровления он предстал перед судом, а потом отправился в тюрьму. Через несколько лет он условно-досрочно освободился, но вскоре отправился обратно в тюрьму из-за нарушения режима условно-досрочного освобождения: его дважды задерживали за пьянство и нарушение общественного порядка, один раз за вождение в нетрезвом виде, и кроме того, он никогда не являлся на встречу со своим инспектором.
Отсидев свой срок, он вышел, только чтобы снова сесть за ограбление магазина спиртных напитков — он забрал там не деньги, а ящик выпивки. Мужчина за прилавком увидел его и вызвал полицию, но, вместо того чтобы остановиться, Тед устроил пятнадцатиминутные гонки на высокой скорости по улицам города, в результате чего въехал в чей-то двор и гостиную. К счастью, он никому не причинил вреда, даже себе. По глупости он вылез из машины, пьяный в хлам, сопротивлялся аресту и делал это при помощи ножа. Хуже того, он взял машину своих соседей без их ведома, что значило, что они были очень злы, когда выяснили, что её использовали для разбойного нападения и последующей за ним аварии в результате погони. Поэтому они с удовольствием заявили об угоне.
Тед Колтон всегда был злобным пьяницей, но я никогда не думала, что он был глупым.
Он вернулся обратно в тюрьму, где, насколько я знала, и гнил до сих пор.
А вот мама Колта переехала в трейлерный парк в соседнем городе, и как она умудрялась сохранить свой трейлер и пристрастие к водке и таблеткам, хотя я не знала, чтобы она когда-нибудь работала, я не имела ни малейшего понятия. Но она, без сомнения, смогла.
Папа развернулся и вышел, а мы с Колтом последовали за ним. Мне пришлось поторопиться, потому что Колт двигался очень быстро. Я догнала его, когда мы уже вошли в бар, и встала рядом с ним, взяв его за руку. Он не сводил глаз с женщины, которая стояла около стойки, но его пальцы так сильно сжали мою ладонь, что я испугалась, как бы он не сломал мне кости. Мне пришлось приложить усилие, чтобы не проронить ни звука от боли.
В баре было почти тихо, не слышно гула разговоров, только музыкальный автомат играл какую-то мелодию. Днём мы обычно уменьшали громкость и увеличивали её по вечерам.
Вид Мэри Колтон меня потряс. Она выглядела не так, какой я её помнила: неухоженной, в мятой и иногда грязной одежде, с пожелтевшей кожей и непричёсанными волосами. Сейчас она выглядела чистой, волосы были подстрижены и убраны. Она была накрашена. На ней были джинсы и свитер, всё выстиранное и аккуратное, джинсы даже выглядели глаженными.