Затерянный замок (СИ)
Сейла настороженно оглядывалась, ей все время казалось, что в тени от домов что-то происходит, что там есть кто-то невидимый. Причем не один. И эти кто-то рассматривают их с Кейсавом, тыкают в них пальцами и обсуждают. Но при при этом не желают незваным гостям зла. Так это или нет, девушка не знала, но ей было откровенно страшно, она с трудом сдерживалась, чтобы не ринуться с воплями прочь. Что-то с этим странным городом было сильно не то и не так. Хотелось как можно быстрее покинуть его и забыть, как страшный сон. Но это было пока невозможно, и Сейла нервно ежилась.
Башня ратуши постепенно приближалась, изображение птицы на ее стене становилось все более четким и объемным. По дороге путники заходили в наиболее большие и роскошные дома, но там по-прежнему ничего не находилось. Эта непонятная пустота выводила из себя, была неестественной, даже жуткой — оба осознавали, что такого не бывает. В опустевшем поселении всегда будет какой-то мусор, а в домах — пыль и обломки. Хоть что-то бывшие хозяева по себе, да оставляют. А тут — ничего, только пустые дома. Почему их, интересно, не заселили? Никто не рискнул? Видимо, потому что очень уж тут все неправильное, вызывающее дрожь и опаску.
Дойдя до ратуши, дверь которой, как во всех остальных домах Уантана, была раскрыта настежь, Кейсав вошел и принялся планомерно обыскивать каждое помещение, этаж за этажом. Однако ничего не находил, пока не поднялся на самый верх, где обнаружил пустой круглый зал с возвышением посредине. Из него торчала стрела. Странная стрела, черная, покрытая незнакомыми узорами, от нее веяло какими-то незнакомыми чарами, но молодой чародей не смог понять какими именно. Что-то связанное со стазисом и смещением чего-то куда-то. Решив разобраться на досуге, Кейсав с трудом вытащил стрелу из постамента, спрятал ее в пространственный карман и решительно двинулся дальше, собираясь осмотреть каждую кладовую и каждый подвал ратуши. А это требовало времени, башня оказалась попросту огромной.
Сейла вначале ходила за учителем, а потом ей это надоело, девушка вышла наружу и устало села на бортик давно пересохшего фонтана, расположенного под большим деревом, дающим неплохую тень. Она сомневалась, что Кейсав что-то найдет здесь и стремилась как можно быстрее покинуть пугающий ее город, но пока что вынуждена была оставаться в нем. И от этого ей было до невозможности тошно. Ну что он надеется здесь найти? Пусто же!
Какое-то время Сейла мирно дремала, не обращая внимания на окружающее, а когда открыла глаза, вздрогнула. Показалось, что она окружена толпой теней, которые показывают на незваную гостью руками и что-то неслышно говорят. Тут до девушки дошло, что это впервые за последние два года подал голос ее дар предвидения. Она ведь тоже была гадалкой, медиумом, но, в отличие от матушки Лагуты и Найры, очень слабой. Вот ее и не учили толком, так, дали пару медитаций на случай провидческого транса. И все. Но с чего дар вдруг проснулся⁈ Что случилось⁈
— Ке-бы ди-хи да… — донеслось до Сейлы непонятно откуда.
Она вскочила и принялась оглядываться, однако никого не увидела и обеспокоилась еще больше. С ней что, пытается поговорить кто-то из духов⁈ Но зачем? Духи очень редко общаются с живыми людьми, если те не шаманы. Что все это значит, даргал подери⁈
— Ор-ба я-ха-то кой-ма… — продолжал настаивать дух.
— Ой, мамочки! — обхватила ладонями щеки Сейла. — Да что это такое-то?..
До нее постепенно начало доходить, что случилось что-то нехорошее, реально нехорошее, иначе не лез бы к ней бестелесный. А раз так, то нужно понять, что ей хотят сказать, а потом рассказать учителю. Девушка снова села на бортик в удобной позе и начала медитировать, надеясь войти в транс и услышать слова духа более четко. Как ни странно, это оказалось правильным, и вскоре Сейла услышала:
—…еня…овут Ма…иах.…еги…тсюда,…ли…ить…очешь…
— Я плохо тебя слышу, Маиах, — отозвалась девушка. — Только части слов. Меня зовут Сейлой. Ты говоришь, что нам нужно бежать отсюда? Я и сама так думаю, но мой учитель очень упрям и меня не слушает. Он сильный чародей, и упрямства ему не занимать…
Она попыталась глубже погрузиться в транс, и это, в конце концов, получилось, поскольку речь незнакомки стала четче и понятнее.
— Мариах, а не Маиах, — поправила она. — Я очень рада, что ты меня слышишь. Я, как увидела медиума, поспешила к тебе. Мы так давно ни с кем извне не говорили…
Ее язык звучал как-то архаично, так выражались в древних книгах, а говорили между собой люди совсем иначе.
— А кто ты? — не сдержала любопытства Сейла. — Дух? Призрак?
— Нет, что ты, — рассмеялась Мариах. — Обычная горожанка, разве что слабый медиум, как и ты. У нас все жители Уантана после начала действия проклятия из города выйти не могут, а иногда появляются гости извне и рассказывают, что у вас там, во внешнем мире, уже сотни, а то и тысячи лет прошли. Мы тут живем уже долго, вот только время как-то странно идет. То быстро, то медленно. И никто со стороны нас не видит, словно нас нет. Зато мы вас, пришлых, видим, как полупрозрачные силуэты. Сперва пугались, а когда первые ваши среди нас оказались, поняли, что это такое и кто. Я почему говорила, что тебе бежать надо? Если вы с учителем останетесь здесь до того, как солнце коснется стен, вы останетесь в Уантане навсегда. Пока еще времени хватает, но лучше бы вам не рисковать.
— Погоди, это что же получается, город на самом деле живой, только его жителей никто не видит⁈ — изумилась ученица чародея.
— Да, — грустно вздохнула уантанка. — Из города, я уже говорила, никто из нас выйти не может, мы сколько ни пытались, ничего не вышло… Ни у кого…
— Сочувствую… — поежилась Сейла, представив себя запертой в городе, из которого не выбраться. — А что с вами вообще случилось-то?
— Птичий бог правителя нашего проклял… — грустно ответила Мариах. — А с ним и весь город за то, что его не остановили. Он все летать мечтал научиться, десятки тысяч птиц извел, их изучая… Вот и был наказан…
— Птичий бог? — озадачилась ученица чародея. — Это Нифонт, что ли? Или Ранит? За животных и птиц вроде бы Ганта отвечает…
— Наверное, — вздохнула уантанка. — Я не знаю, у нас известно только, что птичий бог. А как его зовут? Да кто ж его знает! Старики рассказывали, что появился над городом огромный призрак с луком в руках, проклял владыку Анфара и население города, после чего поразил его стрелой, распяв прямо на ратуше. Вон, он и сейчас над нами висит и стонет… Живой еще…
— А я вижу только контурный рисунок птицы… — растерянно сказала Сейла.
— Нам рассказывали пришлые, — кивнула Мариах. — У нас кто только не пытался его снять, бедняга стонет и плачет так страшно, что мороз по коже. Только даже не подойти к ратуше никому из горожан. Легенда ходит, что нужно найти во внешнем городе, где ты сейчас, черную стрелу, которой Анфара поразили, и на закате, когда два мира соприкоснутся, снова выстрелить ею в наказанного правителя. Тогда, мол, наказание завершится, и Уантан вернется в реальность. Так это или нет — я не знаю. Говорят…
— Ну, слухи — это дело такое. Люди чего только не выдумают.
— Это да… Но у нас нет другой надежды выбраться. А припасов в городских подвалах все меньше. Еще повезло, что владыка Анфар был очень запасливым, и столько продовольствия в подвалы под стазисом сложил, что всему городу почти на сто лет хватило. И еще лет на двадцать хватит. А вот что дальше?..
— Да уж, вам не позавидуешь, — поежилась Сейла. — Слушай, мне все это нужно учителю рассказать. Не уходи отсюда, хорошо? А то мне его искать придется, один даргал знает, куда его могло занести.
— Ладно, подожду, — согласилась Мариах, не понявшая, что такое «даргал», поскольку родилась задолго до того, как жрец пришел в Дэлоуэ.
Девушка ринулась к ратуше и принялась звать Кейсава. Ей пришлось довольно долго искать его, чародей нашелся только в глубоких подвалах, пустых, как и все остальные здания в городе. Он продолжал столь же тщательно, как и раньше, обыскивать каждое, даже самое крохотное помещение. Невзирая на то, что ничего, кроме стрелы в тронном зале ратуши, так и не нашел.