Гипнотизер в МВД: тотальный контроль (СИ)

— А, так вы уже спелись, — заметил я. Сразу увидел, что Терехов уже звал девушку на свидание. — Какие же молодцы. Желаю счастья. Надеюсь, сегодня вечером вы ничего не планировали? У нас операция. Вступаем в соприкосновение. С противником.
Терехов выпучил глаза.
— Это как? А шефиня знает?
Нет, конечно. Белокрылова совсем не в курсе. Если я буду уведомлять ее о всех планах, то ничего не добьюсь. Лучше ставить ее перед фактом. Пока что я могу поспать на диванчике.
— Конечно, знает, — радостно соврал я. — И уже дала согласие. Вы вместе с Рэмом приготовьте одежду попроще. Старую, поношенную. Никаких костюмов. Чтобы походили на обычных работяг. Мы пойдем знакомиться с этими ребятами.
Теперь можно заняться подготовкой. Я оставил молодых людей в кабинете. Не ответив на их расспросы. Временами очень настойчивые.
Отправился в отдел Новоселова. Тут тоже никого не было. Кроме лейтенанта Дронова. Само собой. Они все сейчас во Дворце культуры.
Я поговорил с Дроновым. Его сведения вполне меня удовлетворили. Они уже выяснили, кое-что. Тип по кличке Блин постоянно ошивается в чебуречной на Майорова.
— Мы пробовали за ним следить, — сказал Дронов. — Но он тертый малый. Быстро стряхивал наблюдение. И уходил.
Хорошо. Мой план учитывает осторожность грабителей. Их бдительность. Я договорился, что вечером мы проведем совместную операцию. Силами двух отделов.
— А что Белокрылова, ничего не сказала? — спросил Дронов. Он с любопытством разглядывал меня. Наверное, думал, что я его гипнотизирую. Прямо сейчас. Заставлю опять стать ребенком. И гулять по кабинету с соской во рту. — Она знает?
Конечно, пришлось ответить также, как Терехову. Я солгал с самым невинным видом. Ну конечно. Разве я могу действовать без согласия шефини. Таким образом, Белокрылова оказалась втянута в мою операцию.
Договорившись на вечер, я отправился спать. Терехов и Наварская пытались выудить из меня дополнительные сведения. Но я спросил в ответ, удалось ли Аксакову отправить объявление в газету?
— Не знаю, — Терехов пожал плечами. — Вроде, да.
Я выпил чаю с бубликом и улегся на диванчик.
— Разбудите, когда он придет.
И заснул. Мне снилось, будто я иду в Лувре. Рассматриваю картины. Я там как-то был пару раз в прошлой жизни. Иду под руку с красивой девушкой.
Вроде бы, с Сапфировой. А потом гляжу, а это Джоконда. Улыбается загадочно. Будто держит за пазухой тест на беременность. С двумя полосками. Я пытался провалиться от нее под землю. Но Джоконда спросила голосом Белокрыловой:
— Какого дьявола ты тут дрыхнешь? Вставай быстро.
Джоконда пихнула меня в плечо. Я открыл глаза. Ах да, я же заснул на диванчике. А рядом стояли Белокрылова и Аксаков. Оба смотрели на меня сверху вниз.
— Кто тебе разрешил договариваться с Новоселовым о совместной операции? — начальница сходу бросилась в бой. — Ты совсем спятил? Что мы там потеряли в чебуречной?
Я поднялся, протер глаза. Погрозил пальцем Терехову.
— Я же сказал, разбудите меня, когда они придут, — потом указал на шефиню. — Ты сама дала такие указания. Забыла, что ли?
Это было так неожиданно, что Белокрылова растерялась. Но только на мгновение.
— Я? Когда это? Да я сама только сейчас узнала об этом.
Я пожал плечами и выпил воды из стакана.
— Ты издеваешься, Аня? Сама же сказала, что мы должны поймать эту банду как можно скорее. Вот я и придумал. А ты теперь ругаешься. Я же не могу ждать, пока вы там где-то шляетесь.
Белокрылова пришла в ярость. Но сдержалась. Дело превыше всего.
Тогда я развил бурную деятельность. Время уже вечернее. Как раз, чтобы выходить на охоту. И мы поехали в чебуречную на Майорова.
Днем здесь полно народу. Большое, просторное помещение. Здесь продаются люля-кебабы, чебуреки, харчо и шашлыки по-карски. Все вкусное, пальчики оближешь. Огромные очереди.
Советский общепит. Успешно совмещает массовое обслуживание днем. Столовая с обычным меню.
А вечером успешная маскировка под ресторан. Официанты разносят блюда. Подают спиртное. По демократичным ценам. Поэтому ходят сюда все, кто может. Инженеры и студенты. Актеры и слесари. Доценты и строители. Весь средний класс, в общем.
 
Аксаков и Терехов быстро пробились через швейцара. Тот стоял перед большими двустворчатыми стеклянными дверями. Рэм заранее запасся звонком от шеф-повара заведения. Кукушкин знал его дядьку. Тот позвонил и попросил пропустить двух своих приятелей. Аксакова и Терехова, значит.
Камер видеонаблюдения нет. Подслушивающих устройств тоже. Поэтому мы сидели и ждали. Готовые в любом случае прийти на помощь.
Терехов играл дополнительную роль. А Аксаков — основную. Вскоре Витя должен выйти. И рассказать, удалась ли наша задумка. Ну, а там уже начнем действовать мы.
Хотя, если рыбка сорвется с крючка, все пропало. Придется придумывать что-то другое. А я не готов что-то придумывать. Я уже нацелился на этот план. Так что все должно сработать.
Тем более, что я подготовил ряд мер. Чтобы все прошло, как по маслу.
Сейчас я сидел в машине рядом с Новоселовым и Наварской. Белокрылова сидела на переднем сиденье. Михалыч — за рулем.
В руках я держал сумку с необходимым снаряжением. На которую все то и дело поглядывали. Но я не показывал, что там внутри. Фокусник не раскрывает секрет трюка. До поры до времени.
— А почему нельзя просто взять и допросить его? — спросила Наварская. — Этого Чебурека. То есть, Блина.
Ну, конечно. Еще чего.
Так можно сорвать всю операцию. И спугнуть добычу. Они убегут в другой город. Либо займутся сбытом похищенного. У них и так уже прилично всякого накопилось.
— А ты как думаешь, Лида? — спросила Белокрылова ледяным тоном. Ей не понравилось, что Наварская не хочет думать. Перед тем, как спрашивать. — Почему Блина нельзя арестовать?
Наварская подумала. И ответила верно.
— Наверное, потому что мы не можем взять его без оснований. Ему нечего предъявить. Придется отпустить. И они убегут.
Белокрылова кивнула. Без улыбки.
— Верно. Поэтому мы должны придумывать сложные операции. Оперативные ходы. Вот только кое-кто у нас не любит рассказывать все с самого начала. Строит из себя доморощенного фокусника. Думает, что перед зрителями выступает. И мы не знаем всех планов.
Ну вот. Полетели камни в мой огород. Шефиня до сих пор дуется. За то, что не посвятил ее в планы.
Новоселов усмехнулся. Он курил сигарету. Одну за другой. Слишком часто, между прочим. Пальцы уже желтые от табака.
— Имей терпение, Аня, — попросил я. — Скоро все узнаешь. Это как подарок на Новый год. Лучше не знать заранее, что подарят. А то пропадет все очарование.
Белокрылова вздохнула.
— Ну-ну, Дед мороз, борода из ваты, — пробормотала она.
Она хотела сказать что-то еще. Но не успела.
В чебуречной раздались крики и шум. А потом одно из огромных окон, похожих на витрины, разбилось на осколки. Это изнутри вылетел Терехов.
 Глава 15. Иллюзия контроля 
Сегодня Кондрат проголодался. Едва приземлился за стол, как подлетел официант. Кондрат не просил меню. И так отлично знал ассортимент блюд.
— Толя, мне шашлычка, две палочки, как обычно, — сказал Кондрат. Задумчиво потер мясистый небритый подбородок. — Харчо и сто грамм, как обычно. С прицепом. Ну, ты знаешь. Чего учить.
Официант кивнул. Еще бы он не знал. Кондрат постоянный посетитель. Почти каждый вечер ужинает здесь. И заказывает почти одно и тоже. Впрочем, машинально Толя предложил:
— Блинчики с мясом не желаете? Свежайшие. Блюдо дня.
При слове «блинчики» посетитель вскинулся. Чересчур резво. Официант удивился. Но гость уже опомнился.
— Не, нахер не надо, — поморщился Кондрат. Надо же, как он быканул. Это все нервы. После ночного убийства расшатались. — Тащи, что сказал.
Официант упорхнул. Кондрат огляделся. В чебуречной ему всегда нравилось. Тесно и многолюдно. Столики рядом друг с другом. Стены выкрашены в темный цвет. Большие окна, видна вся улица. Есть какой-то особый уют.