Настоящий Американец - 4 (СИ)

Совместная работа над новым проектом дала результат. С утра дядя был собран и деловит, даже его обычная рассеянность куда-то пропала. По крайне мере, свои очки он нашел сразу.
Проверив питомцев, Брайан без напоминания пришел на завтрак и, сделав первый глоток ароматного кофе, с энтузиазмом потянулся к пачке свежих газет.
Читал и даже комментировал новости, на что я ему рассеянно отвечал. Мысли мои были заняты другим — проблемами, с которыми я столкнусь при подъеме ценностей с галеона. С изготовлением подводного пылесоса они же не закончатся. Взять хотя бы те же акваланги, которые сейчас довольно примитивные, а водолазное снаряжение такое, что человек в нём маломобильный. Еще придется как-то повышать надежность и что-то делать с гидроизоляцией магнитометра, ведь прибору несколько месяцев предстоит работать в очень агрессивной среде.
— Ты собираешься жениться на актрисе? — отвлек меня дядя странным вопросом. — Тут пишут, что ты будешь третьим мужем Мэрилин Монро.
Дядя перекинул мне через стол газету.
Это была «Los-Angeles Evening», подписку на которую я купил совсем недавно, решив, что не помешает знать свежие светские новости и сплетни Голливуда.
«Голливудская звезда Мэрилин Монро была замечена в Нью-Йорке в обществе молодого миллионера, сделавшего состояние буквально за два года, Фрэнка Уилсона. Они ужинали вдвоем в популярном у богемы 'Tom’s Restaurant». После ресторана пара села в автомобиль и Фрэнк Уилсон, а он, ко всему прочему, еще и гонщик с мировым уровнем, моментально сбросил с хвоста преследовавших его машины фотографов. Так что желающие сделать несколько сенсационных фотографий остались ни с чем.
В Лос-Анджелес мисс Монро вернулась только через день и привезла с собой свой портрет, как она утверждает, написанный Фрэнком Уилсоном. Выполнен портрет в молодом и дерзком американском стиле пин-ап. Кинодива повесила его в спальне, напротив кровати, но, к сожалению, не позволила нашему фотокорреспонденту его сфотографировать. Зато сообщила пикантную подробность, у портрета оказывается есть двойник — его зеркальное изображение и хранится он у художника, то есть Фрэнка Уилсона.
Так что же связывает двадцатидевятилетнюю актрису и двадцатитрехлетнего миллионера, изобретателя, бизнесмена, гонщика, продюсера и, как выяснилось, художника?
Сама Мэрилин утверждает, что они с Фрэнком только друзья и в Нью-Йорк она приехала на репетицию в Actor’s Studio Ли Страсберга.
Но правда ли это?
С предпремьерного показа «Гран-При», заработавшего в мировом прокате больше ста миллионов долларов и ставшим номинантом на «Оскар», Уилсон, продюсер фильма, и Монро, приглашенная звезда, уехали вместе. И как утверждает служащий отеля, пожелавший остаться неизвестным, мисс Монро покинула номер мистера Уилсона только утром.
А это уже не просто дружба, но тогда что? Фрэнк — очередная интрижка опытной в сердечных делах кинодивы или она наметила его в качестве своего третьего мужа?
И как тогда быть с остальными претендентами? Ведь после развода со вторым мужем, бейсболистом Джо Ди Маджо в октябре 1955 года, Монро часто видели в обществе сразу двух мужчин: киноактера Марлона Брандо и драматурга Артура Миллера.
Кого же из этих троих выберет Мэрилин Монро?'
— Фрэнк, только не говори мне, что это правда, — обеспокоенно спросил дядя.
— Что правда? — не понял я вопроса, так как размышлял над тем, что впервые делю женщину на троих, и это понимание меня как-то не особо воодушевляло.
— Ты женишься на этой Монро? — он произнес это так, словно я готовлюсь совершить святотатство.
— Нет, конечно, — успокоил я его.
— Ну слава Богу! — выдохнул он и тихо проворчал, но я услышал. — То еврейка, то актриса, будто приличных девушек нет. Эти журналисты такие выдумщики, — продолжил Брайан уже громче, — еще и в художники тебя записали.
— Понимаешь, дядя, — я прокашлялся, соображая, как лучше донести до него очередную новость о внезапно открывшихся способностях любимого племянника. Первые две, где я изобретатель и гонщик, он переварил с большим трудом.
   
Глава 17
 
На следующее утро я из Миддлтауна сбежал. Сел в свой «корвет» и на скорости, которую можно было из него выжать, свалил в Нью-Йорк.
Официальной причиной поспешного отъезда стал звонок моего брокера и приход в нью-йоркский порт сухогруза с новыми автомобилями «Альфа Ромео». Но это были все лишь отговорки. Феликса я мог легко вызвать к себе в Миддлтаун, а машины приняли бы мои сотрудники. Податься в бега меня заставили соседи.
Разбежавшиеся по городу термиты, публикация статьи, где рядом с моим именем стояло имя известной актрисы Мэрилин Монро — все это породило паломничество горожан в резиденцию Уилсонов. Одни хотели узнать, правда ли, что я пообещал провести во всех соседних домах дезинсекцию. Вторые жаждали взглянуть на портрет Монро и выведать подробности наших со звездой взаимоотношений.
Но случилось и позитивное. Миссис Пэйдж все же решила простить своих беспокойных соседей, сперва благодаря разговору с женой мэра она согласилась выслушать мои извинения, а затем я ее умаслил, поставив первым номером в очереди на дезинсекцию и первой из горожан показал портрет актрисы.
Пегги даже не удивилась тому факту, что я неожиданно стал художником. Оказалось, я в детстве любил играть в Тома Сойера и периодически красил ей то забор, то стены дома. Так по ее мнению и зародился мой художественный дар.
Зато бывшая невеста Фрэнка была поражена моим новым талантом.
— А я и не знала, что ты рисуешь, — недоуменно произнесла Сара.
В ее глазах читалась досада от того, что упустила такого парня. И гонщик, и изобретатель, и миллионер, и вот еще и художник.
— Как красиво! Фрэнк, ты просто гений! — восхитилась мной, как художником Донна.
— Фрэнк, а меня нарисуешь? — тут же захотела от меня портрет ее кузина Джессика.
— Необычно, но очень свежо, — одобрила мой стиль Катрин.
Среди посетителей ожидаемо оказались и четыре подруги. Как и все гости, они были приглашены дядей Брайаном в гостиную, чтобы полюбоваться первой работой его любимого племянника — портретом Мэрилин Монро.
Дядя сам лично повесил его на одну из стен и теперь с гордостью демонстрировал всем желающим, а их набралось немало.
Сегодня у нас собрались все, с кем я недавно встречал Рождество, включая мэра Фицпатрика и его супругу. Даже капитан Хольгер приперся.
— Жаль не сохранились детские рисунки Фрэнка, — сетовал дядя. — Вы же знаете, наш дом ограбили страховщики, а наш бывший семейный адвокат им в этом потворствовал. Вынесли все: экспонаты, которые я привозил из экспедиций, огромную библиотеку и даже на детские рисунки позарились!
Гости понимающе кивали, громко негодовали и сочувствовали.
Вот так я с удивлением узнал, что мой предшественник что-то малевал в детстве и юности. Теперь хоть стало понятно, как его на инженерный факультет занесло с его неспособностью, со слов родного дяди, даже удачно вбить гвоздь.
— На ваших глазах, капитан Хольгер, грабили ваших соседей, а вы палец о палец не ударили, чтобы прекратить это беззаконие! — обвинил шефа полиции мой дядя.
— Доктор Уилсон, у них было решение суда! — вскинулся тот.
Присутствующий здесь судья Картер поспешил объясниться:
— Страховая компания представила доказательства того, что ваш брат сам совершил поджог своей пивоварни, то есть застрахованного имущества. Я просто не мог вынести другого решения! И если бы он не погиб, его бы судили за мошенничество, — последнее он добавил едва слышно.
Но Брайан услышал.
— На моего брата повесили огромный карточный долг, довели до отчаяния и как итог он совершил самоубийство!
— Дядя, не сейчас, — одернул я его.
Мэтьюз уже давно выяснил, что никакого заговора против отца Фрэнка не существовало. Смерть жены его сильно надломила, он стал прикладываться к бутылке, начал играть на крупные суммы и как итог наделал долгов, по которым не мог расплатиться. Отсюда эта глупая афера со страховкой, которая быстро вскрылась страховой компанией, и чтобы избежать суда он не придумал ничего лучшего, как покончить с собой. Но Брайан упорно продолжал винить кого угодно, только не брата, все никак не мог признать, что тот не справился с горем, что и стало настоящей причиной его смерти.