Попаданцы. Мир Таларея 2 (СИ)

— Вирманс, — окликнул командующий лейтенанта, командовавшего взводом резерва, — У Пелига проблема. Видишь? — показал он рукой в сторону, где тройка магов противника, обнаружив что группа из полутора десятков псковских арбалетчиков неосторожно вышла из-под защиты Сферы, Пламенем и Молниями уничтожили её почти одномоментно, — Бегом туда. Пока враг там прорыв не организовал.
Несмотря на отчаянную попытку наёмников, если не переломить ход сражения, то хотя бы пробиться сквозь не глубокий строй противника в лес, а там уйти к королевскому замку Рохгош — сильно укреплённой твердыни, где они могли рассчитывать на укрытие — псковитяне умело теснили их к озеру. Часть солдат удачи бились уже стоя по колено в воде и увязая в илистом дне. Артиллеристы прекратили стрельбу, иначе ядра стали бы собирать жатву и со своих солдат.
Наёмники видели, что стало с некоторыми из их товарищей, попытавшихся сдаться, и сражались до последних сил. При том, что большинство из них даже не успело надеть доспехи или взять щиты.
К тому времени, когда за спиной Ковина над верхушками деревьев показался диск солнца, сражение подошло к концу и завершилось полной победой имперцев. Потери ещё предстояло подсчитать, но опытным взглядом командующий и так определил, что погибших в этом бою его подчинённых не намного больше сотни, а, значит, и раненых около трёхсот.
Отличный результат, определил он для себя. Три полка псковитян разгромили шесть, если условно перевести численность наёмников, с минимальными потерями. Всё произошло, как говорил государь Олег: воюют не числом, а умением. А ещё, император много раз повторял своим генералам: вы должны научиться одерживать победы над любым врагом без участия меня или моей венценосной сестры.
— Приведи моего коня, — приказал Ковин ординарцу, увидев, что последние сопротивлявшиеся враги побросали в воду оружие.
Какая-то часть наёмников — совсем небольшие группы — успела всё же скрыться в лесу. Так что, будет работа и для рот разведки и кавалерии. Шум, крики и звон оружия из чащи уже доносились.
Первым из полковников к командующему корпусом, продвигавшемуся среди трупов к шатрам штаба наёмников, подъехал Дертий, которого помимо пары его офицеров и десятка кавалеристов сопровождал и майор Собик. Доспехи старого приятеля были забрызганы кровью, а доброе, глуповатое лицо сияло самодовольством.
Полковник же как обычно был спокоен и выдержан. Хотя, Ковин заметил, что пару недель тому назад у Дертия что-то случилось. Нет, лучший из командиров полков никак не проявлял отстранённости от службы, и всё-таки генерал чувствовал, что тот стал погружен постоянно в какие-то мысли, не связанные с текущими делами.
Может, офицер получил какие-то важные известия из своего лесного края, откуда он прибыл? Ответа Ковин искать не собирался. Во всяком случае, пока внутренние озабоченности полковника не влияют на командование вверенным ему воинством.
— Пленных всё же много, — сообщил Дертий, — Что с ними делать?
— Что делают с разбойниками? — равнодушно пожал плечами генерал, — Они на имперских территориях вели себя не как военные противники, а как обычные банды. Часов пять у нас есть — пока своим раненым поможем, пока трофеи соберём, пока определим, кого из обозных рабов забрать с собой, и какую скотину — в общем, за это время решим вопрос и с пленными. Колы и виселицы. Чего-то особо изощрённого придумывать не стоит. Кстати, лекарскими наборами поделись с восьмым полком. Я так прикидываю, что там раненых много больше, чем у тебя. На отряд лучников наткнулись. И через полчаса соберёмся на короткий совет, — он взглядом позвал за собой Собика и послал коня вперёд.
Когда Ковин закончил совещание, вернувшийся из поездки к узлу связи лейтенант Хорст доложил, что в Глатор прибыла королева Саарона.
На миг генералу подумалось, что причиной визита императорской сестры явилось известие об его самоуправстве в отношении похода на территорию соседнего государства, но тут же усмехнулся над столь очевидной глупостью — когда бы кто успел доложить? Да, телеграф — великое дело, только не божественное чудо. Наверняка госпожа прилетела на своём дирижабле, чтобы отстраивать стену вокруг портала. Уже две недели согнанные со всего королевства каторжане и рабы таскали и месили песок с глиной и засыпали полученный состав в опалубку.
 
Зачем императору — а решение принадлежало точно ему — так срочно потребовалось возводить новые укрепления вокруг площадок древней магии перемещений, хотя они должны открыться для использования только через два года, таким вопросом задавались все, но никто вслух его не высказывал. Привыкли, что государь Олег просто так ничего не делает.
Прибытие столь важной особы, как королевы Ули, требовало встречи её высшими должностными лицами провинции, а командующий северным армейским корпусом к таковым тоже относился. Да и без этого, Ковин всегда был рад видеть госпожу, которой он и его семья были обязаны столь многим.
— Граф, — обратился он к старшему по званию и возрасту командиру полка, — Остаётесь за меня. Мне нужно спешить на доклад. Позаботьтесь о тяжелораненых. Чтобы их постарались довести до корпусного госпиталя живыми. Учебный поход продолжить в соответствии с утверждённым планом. Всем солдатам объявить, что за сегодняшнюю победу им кроме боевых оплат я добавляю по трое суток дополнительного отпуска. Могут к основному добавить, а кто хочет — взять выходными. Майор, — повернулся он к Собику, — ты отправляешься со мной.
  
Глава 3
 
Проснулась Вика от тяжести на груди, но глаз открывать не стала. Не отреагировала она и на возникшую боль в левом плече от впившихся в её кожу когтей. Когда же её нос лизнул шершавый язык, далее изображать из себя спящую красавицу стало невозможным.
— Бегемот, я из тебя чучело сделаю, честное слово, — сказала она по-русски, всё-таки поднимая веки, — Ты мне мстить что ли надумал? Восьмой уж день мне поспать по утрам не даёшь.
Несмотря на недовольный тон и грозный смысл своих слов, госпожа Тень взяла голову лесного кота обеими руками и одарила Бегемота ответным поцелуем. Тоже в нос. После чего, толиками Малого Исцеления удалила скрытые под дорогой ночнушкой из шёлка царапины и одарила магией кота, с измальства полюбившего это заклинание.
Только, кроме желаниея получить порции ласк и энергии, Бегемот действительно устраивал хозяйке побудку ещё и из чувства мести — попаданка это точно знала. Кот искренне считал для себя нормальным неделями пропадать в окружающих резиденцию Тени дебрях, а вот длительные отлучки Вики его злили, и это недовольство он открыто и нагло демонстрировал.
— Так, давай-ка, дружок, спрыгивай, — толкнула она Бегемота, — Ты давно уже не малыш, а настоящий слон.
Лесные коты Алернии, вырастая, не сильно уступали размерами рысям, а Викин питомец стал совсем взрослым.
Он послушался хозяйку, соскочил с её груди и несколькими прыжками оказался возле штор. Подлез под них и занял своё место на подоконнике. Кот давно знал, к какому из четырёх окон спальни всегда подходит хозяйка. Бегемот безуспешно пытался удовлетворить своё любопытство и понять, чего она высматривает. А Вике просто нравилось встречать утро в своём замке, глядя на океанские просторы.
Повелительница Ордена раздёрнула занавески и посмотрела на бескрайние водные просторы. Солнце, не видимое ею, ещё только начинало вставать с восточной стороны замка, и океан выглядел сейчас не синим, а суровым тёмно-серым, зато его поверхность дышала спокойствием.
Глядя из окна, Вика вспомнила, как в одной из бесед с Олегом она сказала о том, что на Земле особой везучестью никогда не отличалась и может поэтому ей довелось принять смерть в столь раннем возрасте. Земляк тогда о чём-то задумался, а потом спросил, действительно ли она считает случишееся с ней невезением?
Вика тогда промолчала, но сейчас вдруг отчётливо поняла — ей бы не хотелось вернуться назад, в родной мир. Прав был Цезарь, когда утверждал, что лучше быть первым в деревне, чем вторым в Риме.