Хозяйка графских развалин (СИ)

У меня слабеют колени.
— Гарет…
— Дани, я… — резко отстранившись, Гарет выдыхает. — Дани, храм не лучшее место для этого.
— Почему?
— Потому что… 
Объяснений у него нет.
У меня сложилось впечатление, что храм — это не место поклонения кому бы то ни было, это место родовой силы. Так что близость здесь не только не оскорбительна, но и наоборот, совершенно естественна. Не зря же демоны организовали нам постель.
Гарет трясёт головой, разгоняя дурман страсти и наглухо застёгивается.
Жаль…
Тихий смешок вырывается у меня сам собой. Странно так… Я станцевала, и хотя я по-прежнему не могу вспомнить ни своих прошлых выступлений, ни уроков, только один обрывок, но настолько размытый, что я даже не знаю, где я танцевала, в классе или на сцене, я точно уверена, что танцы в моей жизни были.
Ощущение, что я желанная, что в глазах мужчины я красивая, что я влеку… оно новое, абсолютно незнакомое. Получается, в забытом прошлом у меня не было… любви?
Гарет осушает графин почти до донышка, спохватывается.
— Мне не нужно, — заверяю я.
Это не совсем так, но…
Гарет делает глоток, оглядывается. Постель в храме так и остаётся. Очевидно, что убирать её не нам. Я, например, не представляю, куда мы можем утащить огромный матрас.
Муж поднимает руку, и на его ладони появляется перламутровая татушка-цветок. От прикосновения к стене открывается проём, и мы вместе выходим в коридор. Если в главный зал храма мы шли через малые залы, то сейчас мы оказываемся в коридоре, ведущим вверх.
Кажется, нас можно поздравить с новой победой — отныне для демонов мы не потомки изгнанницы, а новый самостоятельный род.
Только что насчёт Бетти? Она мне неприятна, но она сестра Гарета. И она не участвовала в ритуале.
— Господин Гарет Отт-он, господыня Даниэлла Отт-он, поздравляю вас, — на вершине лестницы появляется целительница и сбивает меня с мысли.
— Карр! — раздаётся побено-радостное. — Карр!
Жёлтая птица чуть ли не пикирует и, шумно забив крыльями, опускается Гарету на плечо. Она не вернулась в вольер? Эм… Она пойдёт с нами? А чем её кормить на севере?
За целительницей появляют Мими и Гэбби, девочки уже сменили белые ритуальные хламиды на лёгкие платья демониц, однако их наряды довольно сдержанные, ни одной полупрозрачной вставки, руки скрыты до кончиков пальцев, ноги — до стоп, а на стопах туфельки с лихо загнутыми мысками. Возможно, на девочках детский вариант одежды?
Я смотрю на близняшек и… не могу отличить, где Гэбби, а где Мими. Обе розовощёкие, выглядят бодрыми. Я перевожу взгляд на целительницу, и она без слов поняв, о чём я хочу спросить, с сожалением качает головой. Значит, бодрость сиюминутная, поздравлять близняшек с выздоровлением рано. Жаль. Но всё равно мне очень приятно видеть девочек бодрыми.
Только вот я ловлю себя на ещё одной странности. Если говорить объективно,то сёстры мне чужие. Как и Гарет. Но почему-то их проблемы я воспринимаю очень близко к сердцу, словно девочки мои настоящие сёстры.
Действие ритуала?
Или ответ сложнее и скрывается в моём забытом прошлом?
— Гарет! — близняшки дружно повисают у брата на шее, отчего жёлтая птица недовольно квохчет и, избежав объятий, перепрыгивает на моё плечо.
Я, воспользовавшись моментом, оттягиваю целительницу в сторону.
— Гэбби…?
— Я подозреваю, что восстановление сил юной леди кратковременное. Нужно проследить… Утверждать рано, но по моим впечатлениям отток сил у леди продолжается.
— Вас ждёт господыня Имили Оти, — напоминает целительница, и я киваю.
Ждёт, не сомневаюсь…
Я испуганно хватаюсь за грудь. Одну слезу съела птица, у меня осталась вторая. Должна была остаться, потому что сейчас её нет, и я совершенно не понимаю, в какой момент я её потеряла. В храме, когда разделась перед омовением?
Некоторый запас у меня есть, но…
Оставлять Бетти без присмотра было очень плохой идеей.
— Дани? — Гарет замечает и мигом отстраняется от сестёр.
— Я в порядке, — заверяю я. Не говорить же про слезу прямо в коридоре.
Гарет не настаивает, но я кожей продолжаю ощущать его беспокойство.
 
Тем ярче на контрасте реакция близняшек. Пожаловавшись, что пропала тётушка Хлоя, а демоны только отмахиваются, они принимают обещание Гарета разобраться. У обеих сестёр в глазах появляется вопрос, но брату они доверяют и послушно следуют за нами.
Целительница провожает нас в комнату, где в гнезде подушек господыня Оти пьёт чай. И для разнообразия свободные места ждут не только меня, но и Гарета. И даже сестёр. Господныня смеряет Гарета не слишком довольным, но вполне миролюбивым взглядом и даже кивает в знак приветствия.
Нам снова подают паучью икру в качестве основного угощения.
Прежде, чем перейти к разговору, господыня съедает пару “капусток”.
Вернувшись к Гарету, жёлтая птица тоже не отказывается перекусить и ловко ворует со шпажки, причём по очереди у всех, кроме господыни. Ловкая птичка заглатывает одну икринку за другой.
— Ты не подавишься? — вырывается у меня.
— Карр!
— Мне нужны слёзы солнца, — напоминает о себе господыня, которую воровство птицы совершенно не трогает.
— Ваша птица съела, господыня Имили Оти.
— Это священная птица, — строго поправляет меня господыня и тут же демонстрирует на ладони вторую слезу. Ту, которую я потеряла. — Этого мало.
— Да…
Продолжения “плача” не будет, пока я не получу достойную компенсацию. Комок жёлтых перьев я такой не считаю. От птицы сплошные убытки, хотя ласкается она нежнее иной кошки. Хм, а почему я подумала о кошках?
Очередное воспоминание так и не всплыло.
— Вея Кэм-Оти проводит вас на Кайский рынок, где вы сможете приобрести всё необходимое. В счёт слезы и будущих слёз.
О, вот это другой разговор!
По магазинам я очень хочу. Да ещё и с условной безлимитной кредиткой.
Нам нужно закупиться по полной, а раз господыня неосторожно забыла про рамки, то её кошелёк мой кошелёк, пусть и в будущем придётся возмещать, долги меня не прельщают.
Мы запасём продовольствие, одежду.
Но начнём с лавки магических артефактов.
Список покупок, который я составляю в уме, выходит… километровым.
  
Глава 32
 
Смотреть на моё отрешённое лицо господыне не интересно. Она поднимается и уходит, а я продолжаю мысленно перебирать, что брать в первую очередь, что во вторую, что найти обязательно, а без чего мы обойдёмся.
— По лавкам?! — слышу я близняшек. — Мы можем купить модные шляпки?!
А-а-а…
Я аж с мысли сбиваюсь.
— Зачем вам в графстве шляпки, юные леди? — уточняю я. Мне не жалко, набрать презентов тоже нужно, чтобы девочки чувствовали себя веселее, увереннее.
Но то, что шляпки им интереснее вкусного обеда, меня неприятно удивляет. Их ждёт самостоятельная жизнь, и они не умеют расставлять приоритеты? Или я слишком строга? Девочки всего лишь обрадовались переменам к лучшему, прыгают вокруг брата, как шумные дети, но уж точно не как юные особы.
— Не в графстве, — поясняет одна из них.
— Вдруг его величество разрешит нам вернуться в столицу?
— По лавкам тоже ходить нужно в шляпке и не позориться, — подхватывает вторая.
— Ясно. Посмотрим шляпки.
Сомневаюсь, что у демонов с их любовью к чешуе, клювоголовым шлемам и прозрачным платьям найдутся шляпки по имперской моде. А не найдутся — мне же легче. Гарет ничего не говорит, но взгляд у него красноречивый. Похоже, он тоже не рад легкомыслию близняшек.
Кто-то снаружи откидывает полог, и в комнату входит Вея. у главы боковой ветви очень сосредоточенное выражение лица. Она взмахом приглашает нас подняться:
— Чтобы успеть с покупками до вечера, вам стоит поторопиться, леди. Ко мне теперь вы также можете обращаться леди Вея. Вечером господыня Оти устраивает ужин в вашу честь.
Ого.
Впечатляет.
Мы с Гаретом переглядываемся, а близняшки шепчут: