Перерождённая в отоме-игре (СИ)

— Понимаю, — кивнул он, слегка улыбнувшись. — Сам удивлён. Но до этого я словно спал, и наконец-то проснулся. И должен признать, что вёл себя, как самый настоящий придурок. Теперь прекрасно осознаю причину тех твоих слов. Я бы и сам их сказал, повстречай того себя.
Так-так-так, у меня плохое предчувствие. Он явно не принц Диего де Сальваторе. Во всяком случае, не тот самый принц из отоме-игры. Не ванильная блондинка. Он нечто иное. Черт возьми! Да это же тот самый принц из книг.
Нет, стоп! Ран, ты спешишь. Это не он. Пока не он. Но уже и не та жалкая пародия на самого же себя. Диего спокоен, мягок, изящно подбирает нужные слова, сохраняет дистанцию, но при этом и не отходит далеко. В книгах он был идеальным оратором, собеседником и предводителем. Всегда мог найти нужное слово в нужный момент, чтобы привлечь на свою сторону соратников. Правда и доверял не каждому. Чтобы заполучить доверие принца Диего, кому-то не хватало и целой жизни. И это нормально, если учитывать то, сколько раз его пытались убить.
Но уж я-то в список доверительных лиц не вхожу. Ведь как добр и милостив к друзьям, он также может быть жесток и бессердечен к врагам.
— Значит… — начала осторожно я. — Вы не злитесь на меня, Ваше Высочество?
— Возможно, имеется некая обида, но не злость, — ответил Диего, ставя чашку чая на стол и с улыбкой надкусывая ещё кусочек торта. — Вкусно. Мне очень нравится. Не думал, что торт бывает таким.
— Ха-ха, вы мне льстите, — отмахнулась я. — Рада, что он пришёлся вам по вкусу. И раз мы всё решили, то я, пожалуй, пой…
— Решили? — удивился Диего. — Я бы хотел ещё кое-что обсудить с тобой, Ран.
— Ч… ч… ч… что?.. — заикаясь спросила я, чувствуя, как желудок сворачивается морским узлом.
— Хоть тогда я и вёл себя как полоумный ребёнок, — напомнил Диего. — Всё же был искренен в своих словах, и действительно хочу общаться с тобой. Поэтому, с твоего позволения, я бы хотел представить тебя как своего близкого и дорогого друга. Мне бы хотелось больше проводить время вместе. Как, например, сейчас. Беседовать о чём-нибудь незначительном или, наоборот, о том, что представляет для нас важность.
— Д… друг? — во рту пересохло, а голос до сих пор почему-то дрожал. — Ваше Выс…
— Диего, — поправил он. — Зови меня по имени. Так проще.
— Диего, — попробовала я, получив в знак одобрения лёгкую улыбку. — Нет, — отрицательно покачала головой. — Я простолюдинка и не смею к вам так обращаться. Да и дружить с принцем королевства как-то…
— Но это не помешало тебе начать дружить с Алексом, хотя он и граф, — справедливо заметил принц. — Или даже объявить на публике герцогиню Элизабет своей собутыльницей. Неужели я так многого прошу?
— Но у меня нет абсолютно ничего, что бы я могла вам дать в качестве друга.
— Об этом тебе не следует беспокоиться, — заверил Диего. — Всё необходимое я уже получаю. Главное то, что я могу предложить тебе взамен. А предложить я могу немало.
Что-то наш разговор перерастает в какую-то деловую встречу с обсуждением бизнеса. Он хочет меня купить? Или что? Я просто не понимаю до конца, что ему от меня нужно. Как это — «давай дружить»? Мы что, в детском саду? С Алексом и то проще было. Тот хотя бы ребёнка напоминает, а этот… И близко на ребёнка не похож.
Если откажу, то эта беседа никогда не закончится. Диего и дальше начнёт запудривать мне мозги, чтобы я в итоге приняла его предложение. А если соглашусь? Как далее он поступит?
— Ладно, — улыбнулась я. — Давайте попробуем, правда скажу сразу, для меня это звучит так, словно я заключаю сделку с дьяволом, и там определённо имеется какой-то подвох. Если уж вы хотите мне отомстить, то действуйте прямо, а то как-то…
— Если бы я желал твоей смерти, то поступил бы так давным-давно, согласна? — спросил Диего. — Даже уровень твоей магии настолько мал, что ты не в состоянии защититься от элементарных вещей. — В этот момент в комнате подул лёгкий ветерок, после чего он поднял лишь один единственный нож, которым я разрезала торт. Нож покрутился в воздухе несколько секунд, а после со скоростью ворвался в стенку за моей спиной. — Так что поверь, тебе никто не навредит. И о вчерашнем вечере… можешь не беспокоиться. Никто тебя и пальцем не тронет.
 
— Так, я всё ещё не понимаю, — вздохнула, потирая переносицу. — Чего вы от меня ждёте? Хотите, чтобы я стала вашим советником? Шутом? Шпионом? Кем именно?
— Ох, — удивился он впервые за нашу беседу. — Я и не думал об этом в таком плане. Хм… — протёр переносицу. — Просто… будь собой. Этого вполне достаточно. Кстати, может расскажешь немного о себе? Что нравится, а что нет?
Зачем ему об этом знать? И почему-то, когда об этом спрашивают, на ум вообще ничего не приходит. Что мне нравится? Мне очень нравится жить. Правда весело? А теперь отпусти меня, пожалуйста. Но он смотрит на меня своим пронзительным взглядом… одним глазом… и я как-то даже с кресла подняться не могу.
— Эм… я люблю… — осмотрела комнату, словно искала подсказки. Хоть что-то. Ответ созрел в голове как-то сам: — Я люблю кушать. Много и вкусно.
Ран, вот что за ересь? Это же принц! Девушке высшего общества жрать от брюха мало того, что не положено, так даже думать об этом нельзя. Хотя, я не аристократ, а всего-то навсего простолюдинка. Надеюсь, это мне учтётся.
— О! — неожиданно радостно всплеснул руками принц, хлопнув в ладоши. На щеках возник лёгкий румянец, а на губах засияла искренняя счастливая улыбка. — Правда? Я тоже! Очень люблю! Оказывается, у нас много общего.
Ага… То есть элементарный инстинкт самосохранения и стремление не сдохнуть от голода теперь объединяет? Ну конечно! Теперь давай устраивать чайные вечеринки по субботам, жрать от брюха и заплетать друг другу косички. У нас же так много общего!
— Правда, — продолжил принц. — Я не умею готовить. Хотя пытался. На это необходимы определённые умения. Ты училась этому с ранних лет?
— Эм… У меня родители кондитеры, — отозвалась я. Ну не рассказывать же этому парнишке, что я ещё с прошлой жизни нормально так готовлю. Не есть же одни полуфабрикаты. Не в моём возрасте уже, знаете ли, таким питаться…
— Вот как? — спросил парень, причём в его голосе прозвучало подозрение. А? Он мне не поверил? Вернее, не так, он считает, что я что-то недоговариваю. Он что, ещё и ложь чувствует? Нет, Диего из книг мог нечто подобное, но…
Нервно сглотнула и тупо улыбнулась.
Ох, Боженька…
— Что ж, буду рад попробовать ещё что-нибудь твоего приготовления, — тут же попросил Диего, после чего взял нож и отрезал ещё по кусочку тортика. Эй! А разве не он только недавно говорил, что не может этого сделать? Но спросить об этом не рискнула, а только с той же улыбкой забрала тарелку с очередным кусочком.
* * *
Так, делаем выводы, господа хорошие.
Наш принц сломался и восстановлению не подлежит. Я люблю поесть, но он лично впихнул в меня полторта. Хотя, признаю, другую половину съел сам. И всё же, с чего это ему вдруг со мной дружить захотелось? Или это из разряда держи друзей близко, а врагов ещё ближе? Да, это больше походит на правду.
Но чёрт… Кажется, я переела. Меня слегка мутит от столько съеденного сладкого.
Сейчас бы к себе в комнату, полежать да переварить съеденное.
Совесть вроде уже чиста, можно и отдохнуть.
Хотя, конечно, я до сих пор озадачена переменами со стороны ванильного принца. Как оказалось, даже ванилин в чистом виде имеет привкус горечи. Это как раз про Диего де Сальваторе. Он изменился, но не знаю, надолго ли это, и чего в принципе ждать. Но я жива, что уже неплохо. Верно?
— Ран! — прозвучал мужской голос за спиной.
Кто-то звал меня. Обернувшись, я увидела Дэвида. Чёрт подери… А про него-то я забыла. Но если подумать, совершенно не чувствую себя перед ним виноватой. Мне не за что извиняться. Да и он так или иначе меня чокнутой считает, что идеально облегчает жизнь. Убедилась, что это Дэвид, а после фыркнула и продолжила путь к себе в общагу.