Любовь Тёмного короля (СИ)

И остальные не заставили себя ждать. Причём Рэйвен, конечно, рассчитывал на их рвение в вопросе мирных переговоров и даже отложил на денёк торжественный приём, дабы гостья освоилась, пригляделась, определилась с приоритетами, но вызванный ею ажиотаж напрягал и что-то тревожил внутри. Там, куда никому не было доступа.
Явившийся после Шэрата Алрэй был задумчив.
— А мне точно нельзя к светлым в головы? Ни к кому? Даже на волосок? — наконец выдал он, когда Рэйвен, устав от молчания, совсем не по-королевски запустил в брата скомканный клочок бумаги.
Пусть радуется, что не нож для писем, тот так и просился в руку.
— Они все проявленные маги. И клянусь, если хоть один из них почувствует ментальное вторжение, я подарю им тебя как трофей, перевязав ленточкой. Будешь до конца жизни прислуживать в Светлом королевстве.
— Так и знал, что ты станешь деспотичным правителем. — Алрэй вздохнул. — Так и быть, но потом, когда захочешь сам узнать, что к чему, не приходи и не проси никого прочесть.
— С чего мне о таком просить? — нахмурился Рэйвен, однако тот уже, насвистывая, скрылся за дверью.
Все словно с ума посходили, и самым безумным оказался, как ни странно, Дьюэйн, влетевший в злосчастный кабинет короля ещё часом позже. Ещё страннее, что довела бедолагу вовсе не принцесса — с ней он пока не встречался, — а прибывшая вместе с ней кузина.
— Помяни моё слово, брат, они что-то замышляют! — Дьюэйн маршировал от стены к стены и натирал стриженый затылок. — Что-то скверное…
— Например? — Рэйвен зажмурился и стиснул переносицу.
Всё это время он возился с одним и тем же документом, и похоже, проще было растворить его в камине, чем поработать в такой обстановке.
— Могу узнать! — тут же вытянулся по струнке Дьюэйн. — Призову демона, он проследит.
— За кем?
— За этой… — Он изобразил в воздухе не то дверной проём, не то очертания крайне прямоугольной женщины — предположительно, той самой кузины. — А то ходит вся такая по саду. Орёт.
— На кого?
— Ни на кого. Меня увидела и заорала.
О боги…
— Дью, она изнеженная светлая, вряд ли хоть раз покидавшая дворец, — осторожно произнёс Рэйвен. — А ты…
А он доэкспериментировался, и во время последнего призыва демон неслабо разодрал Дьюэйну лицо. Заживить пока не получилось.
— И всё же. — Брат поджал губы. — Не просто так её притащили. Чую, хотят отделаться малой кровью, подсунуть её вместо принцессы. Или не отдавать никого.
— Хочешь, заберём обеих? — устало спросил Рэйвен.
Жутко хотелось спрятаться в комнате потемнее да с замками понадёжнее, а ведь ещё даже не обед.
Дьюэйн моргнул, нахмурился, буркнул что-то неразборчивое и погромыхал сапогами прочь. Теперь, по идее, должен был явиться Тэйрин и…
Не явился. Миновал час, второй, Рэйвен ждал, всё ещё не в силах сосредоточиться на делах, и наконец послал за шестым принцем слугу, однако тот вернулся ни с чем.
«Их высочество изволили отбыть, сир. Показывают светлой гостье столицу».
Следующий брат нашёлся в оружейной, хотя как раз его-то Рэйвен и не искал — просто хотел выбрать самый крепкий меч и разнести в щепки деревянную куклу в тренировочном зале. Если повезёт, то ещё и излишек тьмы стравить, чтоб не напугать светлых неженок на приёме внезапно почерневшими глазами некромага. Похоже, Эрберта ранее посетила та же мысль: потный, взъерошенный и злой он как раз возвращал оружие на место.
— Если есть, что сказать, не мешкай, — посоветовал Рэйвен, поймав на себе очередной косой взгляд.
— О, я лучше подожду. — Эрберт скривился. — Если уж у меня после всего нет шансов, то и тебе не позавидуешь.
— Да о чём ты, демон тебя дери?
Хотел рявкнуть, а получилось скорее удивлённо, наверное, потому, что выглядел брат и правда непривычно расстроенным и даже растерянным. Что ж там за принцесса такая, что за один день сбила в него всю спесь и пошатнула уверенность в собственной неотразимости?
— Ни о чём, — огрызнулся Эрберт и поспешил удалиться.
«Если ещё хоть кто-то… — пообещал себе Рэйвен, отправляясь в тренировочный зал, — придётся вспомнить кровавые традиции прошлого и избавиться от братьев. Может, прежние короли потому так и поступали? Не из страха переворота, а потому что эти идиоты любого достанут».
 
Когда за спиной послышалась знакомая размеренная поступь первого принца, кукла уже превратилась в разбросанные по комнате щепки, а на дальней стене виднелась огромная чёрная подпалина от угодившего туда сгустка тьмы.
— Если начнёшь сыпать намёками или хотя бы заикнёшься о принцессе, я тебя убью, — не оборачиваясь, сказал Рэйвен.
Шаги замерли, последовала пауза, затем краткое:
— Хорошо.
И Лиэрт пошёл обратно к выходу.
— Эй! — окликнул Рэйвен. — Ты серьёзно?
Первый принц остановился, оглянулся, чуть изогнул бровь:
— А ты?
— Издеваешься? Это сговор, да? Глупая шутка?
— Шутка? Ну что ты. Всем известно, что я родился без чувства юмора. Увидимся на приёме.
Вновь оставшись один, Тёмный король с трудом сдержался, чтобы не запустить меч в стену, да придав ускорение магией, чтоб всадить по самую рукоять. Но за такое мастер, будь он жив, высек бы его плетью и оставил бы без еды на несколько дней. Великий Йоин Наэлиг был особенно суров к седьмому принцу, чувствуя его потенциал.
«Когда-нибудь, — говорил он, — ты сможешь творить великие дела, потому учись выпускать силу. И великие беды, потому учись её сдерживать. Усмири свой гнев».
И вот настало время, когда об уроках мастера Рэйвен вспоминал чуть ли не каждый день.
Ещё помогали медитации — из той дурацкой книжки, что нашла и оставила… Энви.
Он не сразу проникся, просто никак не мог избавиться от брошюрки и листал скорее от скуки и тоски, но в конце концов от той же скуки испробовал пару советов и внезапно нашёл способ сбегать из дворца. Он закрывал глаза, настраивался, активировал схему и представлял привычную лабораторию в своей башне, куда из-за скопившихся дел не мог попасть уже очень давно.
В тишине и темноте родных стен, колб и книжек думалось как никогда легко, и по утрам Рэйвен открывал глаза полным сил, будто бы даже выспавшимся и с уже готовыми ответами на ряд королевских задачек.
А вчера… вчера во время такой медитации он увидел Энви.
Нет, она и без того снилась ему еженощно, то истекающая кровью, потому что он не успел её спасти, то коварно улыбающаяся, стоя по другую сторону границы, то страстно выгибающая спину в его объятиях, то грустная, то весёлая, но всегда неизменно прекрасная. И всегда Рэйвен знал, что это лишь сон, но вчера была контролируемая медитация… и если туда прорвалось его подсознание, это дурной знак.
Рэйвен позвал её, и призрак растворился в воздухе, а он понял, что надо поторапливаться.
Поскорее решить все дела со светлыми, всучить им одного из братьев, потом самому выбрать из бесконечной вереницы девиц, которых ему представляли с удручающей регулярностью, жениться… В общем, сделать всё, чего ждут от новоиспечённого короля, и тогда можно будет наконец подумать о себе. Найти беглянку. Вернуть. Убедить, что последствия заклятья необратимы. Что они, конечно, могут бороться, но зачем?
Магия что-то сломала в них обоих, накрепко связала друг с другом, и да, он уже не просыпается от нестерпимого желания прижать к груди невыносимую ассистентку, но по-прежнему может думать только о ней и точно не планирует всю жизнь предаваться этой тоске.
Нет, Энви поймёт и смирится. Рэйвен помнил её взгляды. Её стоны. Её прикосновения. Она не сможет ему отказать.
А пока…
Он испепелил остатки тренировочной куклы, вернул меч в оружейную и отправился в свои покои, чтобы отдохнуть перед приёмом. Разумеется, ничего не вышло. Тут же набежали помощники и слуги. Потом начались сборы. Инструкции от советников, которые будто бы хотели что-то сказать королю, но никак не решались, а у него слишком болела голова, чтобы вытягивать из них слова клещами.