Таверна "Золотой Дракон" (СИ)

— Временно. Мы должны восполнить силы, чтобы вступить в схватку, — я едва заметно усмехнулся. Да уж, совсем недавно я давал такой совет Фальстафу и теперь понимал его возмущение. Но, так действительно было правильно. — Да и я не уверен, могу ли сейчас стоять на ногах. Голова сильно кружится.
— Так тебя табуреткой как следует приложили. Ещё бы…
Мы замолчали, увидев, что Коул прекратил свои важные “переговоры” и зашагал в нашу сторону. Он издевательски размахивал добытой золотой тростью, но смотрел исключительно на меня.
— Ну что, ухажер? — в мою грудь уткнулся конец трости, и я исподлобья посмотрел на своего врага. — Как самочувствие?
— Только тронь Валери и Тео, и я превращу тебя в пепел. Клянусь.
Коул присел рядом со мной на корточки и заглянул в глаза.
— Вы сами во всем виноваты. Если бы вы мне не мешали, то всё было бы по-другому. Валери бы меня простила и приняла. А так, вы сами вынудили меня действовать быстрее и решительнее.
Со стороны дерева снова послышался новый приглушенный стон.
Коул повернул голову вполоборота и швырнул золотую трость мучителю Герхарда.
— Держи, Юрген. Это тебе мой подарок. Оставь жандарма в покое. Пусть законник умирает с гордостью.
— Юрген, — повторил Нэйт и издал сдавленный смешок, мигом привлекая к себе внимание Коула.
— Что-то смешное?
— Да. А я все смотрел и думал, кого мне твой друг напоминает, — Нэйтан с отвращением поморщился и посмотрел Коулу в глаза. — У моей младшей сестрички паук в детстве был с таким именем. Мерзкий такой, мохнатенький, с лапками загребущими. Твой друг — копия он. Только у паука, правда, зубов было побольше.
Оплеуха, которую мигом схлопотал Нэйтан, не остудила его пыл. Он подвигал челюстью из стороны в сторону и все же договорил:
— Я его тапком прибил.
Коул снова замахнулся для удара, но я переманил на себя его внимание.
— Ты поступаешь не по-мужски, — заявил негромко, продолжая сверлить его враждебным взглядом.
— Так вы тоже. Вы зачем меня за решетку засадили?
— Там тебе и место, — процедил сквозь зубы. — Что тебе нужно от Валери?
— Деньги, — ответил за Коула Герхард Броссар, и я посмотрел в сторону жандарма.
Его мучитель одним резким движением перерезал верёвку, и жандарм с глухим шлепком упал на землю.
Верный “паук” Коула схватил свою жертву за шиворот и поволок по земле. Шлепнул Герхарда возле меня и проверил крепость пут.
— Он беглый преступник, — добавил Герхард, тяжело дыша. — И находится в розыске. Мне вечером ответ из главного отдела пришел.
Коул даже бровью не повел. Продолжал ухмыляться, внимательно изучая мои реакции.
— Фарие́, — прошипел я, глядя ему в глаза.
— Он сказал, что ты гнилое существо, — перевел Нэйтан. — А ещё бандитская подстилка. Это я уже от себя добавляю.
Ухмылка сползла с лица Коула, и он наградил Нэйта такой сильной затрещиной, что мой друг завалился набок.
А потом, сощурившись, надменно посмотрел на меня.
— Тео и Валери что-то передать?
Я мигом подался немного вперёд и прошипел:
— Скажи им, чтобы они не боялись. Потому, что я приду и сверну твою шею.
Вдалеке послышался гул поезда, и на мерзком лице Коула расплылась довольная улыбка.
— Тащите их к станции, — скомандовал он своим помощникам. — Я сейчас договорюсь с осмотрщиком. Поедете вместе с ними в грузовом вагоне. И как только достигнете моста, выкиньте этих тупиц в реку. Мне не нужны лишние проблемы.
— А ты? — отозвался один из его дружков.
— Ждите меня в Саартане. Я присоединюсь к вам, как только мы со Кингсли закончим сделку, и я заберу свои деньги, — заявил Коул и, снова повернувшись ко мне, добавил: — А ещё мне надо поцеловать свою милую женушку.
Коул зашагал прочь в сторону станции, а я сверлил ненавистным взглядом его спину.
— Эм-м…Ты сейчас случайно пощелкать ничем не хочешь? — встревоженно прошептал Нэйт, узрев, что к нам спешат его дружки.
— Хочу. Чьей-то шеей.
 Глава 48. 
Эйнар 
Минут десять мы наблюдали за тем, как Коул и трое его сообщников пытаются договориться с осмотрщиком вагонов о новом “грузе”. Ещё двое топтались неподалеку от нас, охраняя.
 
— Герхард, — окликнул я тихо жандарма, сидящего слева от меня.
— М-м?
— За что был осуждён Арден?
— Он мошенник. Охмурял молодых сироток, женился на них, обдирал до нитки и бросал.
— Знакомая ситуация, — прошипел сквозь зубы, не сводя с его темного силуэта своего пронзительного взгляда.
— Так он, судя по всему, после Валери и понял, что это хороший способ раздобыть деньжат.
— И многих он обманул?
— Установлено еще восемь случаев, — продолжал Броссар. — Девять, если считать с Валери. А сколько на самом деле женщин пострадали от его деяний - неизвестно. Четверых, если считать с Валери, он успел наградить детьми.
— Вот сукин сын, — вырвалось у меня. Тут не только шею свернуть надо, а ещё что-то ниже пояса.
— Вот только с одной “женой” ему не повезло. Умная и гордая оказалась девчонка. Не простила нанесенной обиды и подала заявление в жандармерию, обвинив “мужа” не в воровстве, а в убийстве ее брата.
— Чего?
— К семейным разбирательствам жандармерия обычно относится скептически. Поколачивает или деньги ворует? Загулял? Так это дело семейное. Сами разберутся. А вот заявление об убийстве жандармы пропустить не могли, — ухмыльнулся Герхард. — Коул, конечно, к такому повороту событий был не готов. Поэтому поймали его довольно быстро. А там девчонка и созналась в том, что он вор и мошенник, а не убийца. Жандармерия начала проводить проверку. Вот тут вся правда о его гнусных деяниях и всплыла.
— И тогда его посадили?
— Да. В документах говорится, что он отбывал свой срок на “Рейне”.
— Да ладно, — присвистнул удивлённо Нэйт.
— А что это? — поинтересовался я, и Броссар посмотрел на меня, как на идиота.
— Скажи ещё, что ты не слышал об этой легендарной плавучей тюрьме, — удивился он.
Я промолчал, снова устремив свой взгляд к вагону. Не мог же я сказать жандарму, что вообще мало что знаю об их мире. Несмотря на сложившуюся ситуацию, я ещё не причислил Броссара к разряду тех, кому я мог безоговорочно доверять.
Железная дверь грузового вагона все же отъехала в сторону, и я тихо выругался. Осмотрщик, по-видимому, все же оказался сговорчивым. Или просто испугался за свою жизнь.
Не смотря на то, что боль в голове не утихала, сознание все же становилось более ясным. Мы сядем в этот проклятый поезд. Пусть Коул считает, что у него все получилось. Но у нас будет всего минут двадцать, максимум полчаса, чтобы оттуда выбраться. Мы и так далековато от Бакстона, а повозки и лошадей у нас нет.
— “Рейн” — это плавучий ад, — заговорил шепотом Нэйтан. — Огромный двухпалубный корабль, лавирующий на морских водах, где содержат преступников всех мастей. От мелких жуликов, которым не нашлось места в тюрьмах на суше, до матерых бандитов, которые могут убить за кусок хлеба или неверно истолкованный взгляд. Понятия не имею, как Арден там выжил. А уж тем более, как оттуда сбежал.
— Судя по всему, при помощи своих тюремных друзей, — Герхард кивнул головой в сторону трёх громил, что уже спешили за нами. — Возможно, пообещал им денег. Раз в три месяца “Рейн” причаливает в порт, чтобы пополнить запасы. Именно тогда эта четверка и сбежала. Последний раз сыщики напали на их след в Керисе.
Нам пришлось прервать свой разговор, потому что тюремные дружки Коула подошли к нам вплотную.
— Этот тяжёлый гад, — заявил тип, что с трудом погрузил меня на свое плечо.
— Так развязал бы ноги, я бы сам пошел, — огрызнулся я.
— Не дождешься, — буркнул здоровяк, тяжело пыхтя.
Пока меня тащили до вагона, я разгадывал тайну появления Коула Ардена в Бакстоне.
Керис… Не тот ли это городок, куда упорхнула вороватая кухарка Валери? Ведь Коул пожаловал как раз через три-четыре дня после ее поспешного отъезда. Не она ли, старая птичка, напела ему о том, как сейчас поживает его бывшая супруга?