Зловещее светило

— До свидания! — рявкает Мици. — Было так приятно с вами познакомиться.
Мы уходим.
— Милый парень этот принц, — говорит Бетти уже на улице. — Чей-то муж когда-нибудь его обязательно пристрелит.
— Ты забыла про Мейми Келли. У нее явно что-то есть на него.
— Ты собираешься на него доносить?
— Пока нет. Нужно решить с ним еще несколько вопросов.
— А тебе удалось из него что-то вытянуть?
— Угу. Причину, почему он хочет отыскать этого Робертса. Однажды он попытался утаить часть денег и выяснил, что Робертс приставил к нему шпиона. Как я догадываюсь, принц предпочитает сто процентов десяти.
«Красная мельница» находится всего в паре кварталов от жилья Бетти. Я вместе с ней иду на восток по Лоренс-авеню. Потом мы заворачиваем на Винтроп и почти доходим до нужного места, когда она понимает, куда мы направляемся.
— Ты провожаешь меня домой? — спрашивает она. — Какой запоминающийся вечер!
— Запоминающийся будет в следующий раз. Может, встретимся завтра?
— Вероятно, ты поведешь меня на собрание болгар или сибиряков.
Я оставляю Бетти перед подъездом. Она недовольна, но я ничего не могу с этим поделать. Бетти скрывается внутри здания. Я увижу ее утром. Сегодня же мне нужно сделать еще пару дел, а утром рано вставать.
Я отправляюсь в магазин канцелярских товаров на Бродвее, который все еще открыт, и покупаю большую детскую книгу в твердой обложке. Прошу продавца завернуть книгу в красную бумагу, самую яркую, которая только есть в магазине. Он заворачивает ее в блестящую оберточную бумагу, предназначенную для рождественских подарков. Затем я покупаю у него набор почтовых марок и наклейку для указания адреса.
В центр города далеко ехать, поэтому я решаю воспользоваться электричкой. Выхожу на Квинси, иду на почту и отправляю красную посылку. После этого возвращаюсь в свою дешевую гостиницу на Джексон-стрит и ложусь спать.
Я встаю в семь тридцать, завтракаю в кафе «У Томсона» — на этот раз без некрологов. После этого отправляюсь на почту, чтобы посмотреть, сработала ли моя маленькая уловка.
На главпочтамте в Чикаго в зале до востребования находится пара тысяч абонентских ящиков. Чтобы следить за ними за всеми в час пик потребуется не одна пара глаз. Именно поэтому я отправил мистеру Робертсу книгу. Почтовый служащий опустит в абонентский ящик уведомление, в котором сообщит, что для мистера Робертса пришла посылка. И тому придется обратиться за ней в одно из окошек.
Поэтому я убиваю время у стола, за которым заполняют бланки и пишут письма. Он находится у окон, выходящих на улицу. Заполняю восемнадцать или двадцать бланков почтовых денежных переводов на фантастические суммы, потом рву их или засовываю себе в карман. Заполняю бланк каждый раз, когда кто-то выходит из зала с абонентскими ящиками и направляется к одному из окошек за посылкой.
Красную посылку отдают в девять сорок пять. Я чуть не пропускаю этот момент, потому что ожидал мужчину, а это девушка, причем молоденькая, вероятно только что закончившая среднюю школу.
Когда она выходит с почты, я иду прямо за ней. Она даже не подозревает, что за ней кто-то следит. Она двигается в северном направлении, вверх по Кларк-стрит, к Монро, потом поворачивает на восток и заходит в одно здание. Я вместе с ней еду в лифте на десятый этаж.
Она скрывается за дверью, я подхожу к ней и читаю надпись: «„Харкер“. Обслуживание населения».
Жду примерно пять минут, потом захожу. Девушка, за которой я шел с почты, сидит за пишущей машинкой. В помещении есть еще одна, крупная дамочка с лошадиным лицом, письменный стол которой находится сразу же за дверью. Рядом с ней, у стены, стоит большой шкаф с узкими ящичками. В большинстве отделений — письма. На столе перед дамочкой тоже лежит стопка корреспонденции, красная посылка в ней.
— Как я понимаю, вы оказываете почтовые услуги для деловых людей, — говорю я.
— Все правильно, — отвечает дамочка с лошадиным лицом. — Мы принимаем телефонные звонки, отправляем почту и обеспечиваем вам адрес для деловой корреспонденции. Никакого номера офиса не требуется. Наши услуги стоят всего два доллара в месяц.
 
— Прекрасно, — говорю я. — А теперь скажите мне, получает ли здесь почту мистер Браун?
Ее тон тут же становится ледяным:
— Наши услуги абсолютно конфиденциальны!
— Но я получил письмо от Брауна. И он дал этот адрес. Я хочу с ним встретиться.
— В таком случае вам нужно оставить для него сообщение. Хотя среди наших клиентов нет мистера Брауна, — морщит она лоб.
— Вероятно, у меня неправильный адрес, — говорю я и выхожу из конторы.
В холле на первом этаже стоит киоск, в котором торгуют сигаретами, а рядом с ним — автомат для игры в шарики. На стекле приклеена надпись: «Только для развлечения. Без призов и выигрышей».
В этой игре нужно ловко бросить стальные шарики. Они касаются определенных пружин, после чего зажигаются огоньки и указывается количество набранных очков. Я спускаю три пятицентовые монеты, потом обращаюсь за мелочью к продавцу из киоска.
— Вы знаете, что играете просто для забавы? — предупреждает он меня.
— Конечно. Я просто убиваю время, вот и все.
Трачу на игру доллар, затем болтаюсь в холле еще полчаса, потом спускаю еще доллар. Уже половина двенадцатого, и продавец киоска начинает нервничать оттого, что я постоянно нахожусь в холле.
Покупаю у него шоколадный батончик, получаю сдачу пятицентовыми монетами и отправляю их все в автомат.
— Это занятие вам недешево обходится, — замечает продавец.
— Как и дамочка, которую я должен здесь встретить! — хмуро отвечаю я.
Он смеется.
— Ну и терпение у тебя, парень! — говорит он. — Целых два часа!
Бросаю в щель два стальных шарика, а затем толкаю оба плунжером. Зажигаются огоньки, звонит звоночек.
— Вы взяли банк! — кричит продавец из киоска.
— Никаких призов, да? — гневно смотрю я на него.
В передней части автомата находится маленькая ручка. Я нажимаю на нее, открывается маленькая дверца, и моему взору представляется коробочка, почти доверху заполненная пятицентовыми монетами. Там примерно пять фунтов монет. Отправляю их себе в карман, продавец из киоска наблюдает за мной с несчастным видом. Он все еще боится, что я полицейский.
После этого я ухожу. Сразу же после двенадцати отправляюсь в «Григорианские башни» на бульваре Мичиган и поднимаюсь на лифте к принцу Петру.
Он завтракает. На нем пурпурный халат с вышитой большой красной монограммой.
— Вы нашли его, мистер Крэгг? — нетерпеливо спрашивает он.
— Практически нашел, — отвечаю я. — Но в связи с выполнением этой работы возникает много расходов. Если вы можете дать мне еще сто долларов…
Это ему не нравится:
— Что вы имеете в виду? Что значит «практически нашел»?
— По крайней мере я добрался до следующего за главпочтамтом пункта. Его почту там получает девушка и относит на Монро-стрит.
— А откуда вы знаете, что это корреспонденция мистера Робертса? — перебивает он. — Я четыре дня ждал на главпочтамте и не заметил эту девушку, его посыльную.
— Это я могу понять. Там тысячи абонентских ящиков. Я догадывался, что не смогу следить за всеми, поэтому вчера вечером, расставшись с вами, купил большую книгу, которая слишком велика, чтобы поместиться в абонентский ящик на почте. Я попросил завернуть ее в ярко-красную бумагу и отправил мистеру Робертсу. После того как посылку забрала девушка, я пошел за ней.
— Какой дом на Монро-стрит?
— Центр «Харпер», офис 1023. Эта контора предоставляет почтовый адрес.
— Почтовый адрес? Что вы имеете в виду?
В дверь принца громко стучат.
— Это официант за тарелками… — поясняет он мне. — Войдите!
Дверь открывается, и входит Мейми Келли, все ее триста фунтов веса. Принц вскакивает и становится бледнее на четыре тона.
— Мадам! — восклицает он.
Она заходит в комнату. У нее что-то под мышкой. Это плоская красная посылка. Веревка разорвана, бумага вскрыта и помята. Я вижу обложку детской книги.