Зловещее светило

Она покидает бар, примерно через две секунды там появляется принц. Он догоняет нас с Бетти у дверей.
— A-а, мистер Крэгг! — восклицает он и смотрит на Бетти, словно она рекламирует нижнее белье. Однако не останавливается и идет дальше.
Когда мы выходим на улицу, принц принимается размахивать желтой тростью, чтобы остановить такси. Мне везет: еще одна машина припаркована на другой стороне улицы. И хотя она стоит в противоположном направлении, я хочу в нее сесть. Очень хочу.
Я хватаю Бетти за запястье:
— Пошли!
Она вырывает руку:
— Что ты собираешься делать? Ты не можешь таким образом обмануть… клиента.
— Обмануть, черт побери! — фыркаю я. — Да это единственная игра, которую понимает принц. Мы следим за ним!
Я тащу ее на другую сторону улицы и заталкиваю в машину.
— Вон за тем желтым такси! — говорю я водителю. — Пять баксов, если удержитесь у него на хвосте.
— За десять баксов я его догоню! — говорит таксист.
Он красиво выполняет поворот на 180 градусов и чуть не врезается в трамвай. Затем мы бросаемся в погоню, вверх по Халстед.
— Как весело, — говорит мне Бетти, но совсем не это имеет в виду.
Я улыбаюсь ей:
— Понимаешь, малыш, нужно принимать все — и хорошее, и плохое. Я всю неделю, как собака, работаю на Оскара Бергера. Занимаюсь делами, за которые мне стыдно. И что я получаю взамен? Двадцать, может, тридцать жалких баксов в неделю. Теперь появляется шанс сделать настоящие деньги — а ты жалуешься и кудахчешь!
— Это грязные деньги, — говорит она.
Я опускаю руку в карман и достаю долговую расписку на пять тысяч долларов на имя Тони Друара.
— Послушай, Бетти, сегодня утром меня чуть в тюрьму не упекли из-за того, что одного парня убили. Я нашел вот это у него в кармане.
Она смотрит на листок бумаги:
— Это долговая расписка на пять тысяч долларов!
— Угу, и у всех этих сербов, которых ты видела сегодня вечером, имеется, по крайней мере, по одной такой бумажке. Принц Петр — один из главных в самой гнусной афере, о которой я когда-либо слышал. Именно поэтому я работаю по всем направлениям. Я бы делал это, даже если бы мне не заплатили ни цента.
Ну, может, я и на самом деле трудился бы бесплатно. Но я знаю, что трудиться гораздо веселее, если в кармане целая пачка пятидесятидолларовых купюр и еще большая сумма на подходе.
Моя речь имеет успех. Бетти возвращает мне долговую расписку. Глаза у нее блестят:
— Я не понимала, Сэм. Я думаю… думаю, что ты — классный!
— И ты тоже, малыш! — говорю я и обнимаю ее.
Тут машина внезапно тормозит и таксист кричит:
— Вон он, приятель!
— Что?.. Где?
— Он только что зашел в «Красную мельницу».
Я оглядываюсь и понимаю, что мы находимся на Лоренс-авеню, у Бродвея. Вылезаю из машины, помогаю выбраться Бетти и вручаю таксисту пятидолларовую купюру.
— Может, нам и удастся сегодня немного потанцевать, как ты хотела, — говорю я Бетти.
Мы заходим в ночной клуб, и метрдотель сначала осматривает серебристое платье Бетти, а потом широко улыбается мне:
— Добрый вечер, сэр. Столик рядом со сценой?
— Ммм, — говорю я, оглядываясь с видом постоянного посетителя ночных клубов.
— Что-то более уединенное, пожалуйста. Вы понимаете, что я имею в виду?
— Да, сэр.
Он идет вдоль отдельных кабинок, расположенных у стены. Я останавливаюсь рядом с четвертой.
— Так-так, принц!
Он уединился с блондинкой, от вида которой кружится голова. Более привлекательной дамочки я не видел никогда в жизни. Принц поднимает голову, и монокль чуть не выпадает у него из глаза.
— Вы! — выдыхает он.
— Да, я. Какое совпадение!
Затем он замечает Бетти и берет себя в руки. Он поднимается из-за стола и кланяется.
— Бетти, позволь представить его королевское высочество принца Петра Строговича, — говорю я.
Боже, помоги мне! Он берет ее руку и страстно целует:
— Вы к нам присоединитесь? A-а, Мици, это мой старый друг мистер Крэгг и мисс…
— Бетти Маршалл.
Метрдотель разочарован. Он лишается чаевых. Я отправляю его прочь взмахом руки.
— Мы присоединимся к друзьям, — говорю я ему.
 
Мици быстро оглядывает Бетти с головы до ног.
— Я первой его увидела, — прямо заявляет Мици.
— У меня не очень хорошее зрение, — отвечает Бетти.
Они говорят через голову принца. Он шарит по Бетти глазами, лицо у него так и остается грустным, но взгляд становится похотливым.
— У вас красивое платье, мисс Маршалл.
— Правда? — вставляю я. — Посмотри, Бетти, у тебя блестит нос. Может, вам с Мици сходить освежиться?
— Я как раз собиралась, — отвечает Бетти. — Ты идешь, Мици?
Мици смотрит на меня с ненавистью, но встает.
— Она очаровательна, — замечает принц после ухода девушек.
— Она только моя секретарша. Ее парень — профессиональный боксер, очень ревнивый. А теперь, после того как мы разобрались с этим вопросом, давайте поговорим о деле. Вы скрыли от меня информацию, принц. Вы хотите найти В. С. Робертса и все это время на него работаете.
— Конечно, я на него работаю. Но я не знаком с мистером Робертсом. Я его никогда не видел. Он только отправляет мне письма.
— А что происходит с деньгами, которые вы собираете у этих болванов, своих соотечественников?
— Я отправляю их ему. Все отправляю. Потом он пересылает мне мои комиссионные, десять процентов.
— Очень правдоподобный рассказ. Вы собираете деньги у этих людей и пересылаете Робертсу. Он вам доверяет?
Не меняя грустного выражения лица, принц хмурится:
— В этом и заключается проблема. Он мне не доверяет. Однажды, просто ради шутки, я отправил ему не все, что собрал. На следующей неделе я получил от него письмо. Он знал, сколько я оставил себе.
— A-а, значит, у него есть шпион. Кто-то, кто ходит на собрания и проверяет вас. Правильно?
Принц устало пожимает плечами:
— Может быть. Но я не знаю, кто это. Я хотел выяснить, но не смог.
Я пытаюсь догадаться:
— Может, шпиона звали Тони Друар?
Принц воспринимает это болезненно:
— Что вы имеете в виду, мистер Крэгг?
— Ничего. Я просто пошутил.
— Это не очень хорошая шутка. Я вчера отправился на встречу с мистером Друаром, потому что он хотел продать мне долговое обязательство за десять долларов.
— Вы говорили, что приехали к нему, потому что он хотел устроиться к вам на работу.
— Когда я это говорил, я вас еще не знал. Все дело в расписке. Иногда я покупаю долговые обязательства, если это выгодно.
Он врет, черт побери. Может, долговая расписка, выданная за пять долларов, и выгодна для серба, но только не для ирландца.
— На какой адрес вы отправляете деньги мистеру Робертсу? — спрашиваю я.
— Я посылаю их по почте до востребования. Через два-три дня мне приходят комиссионные.
— Но куда вы отправляете письмо? Адрес в Чикаго?
— Да, главпочтамт. Именно поэтому я знаю, что мистер Робертс до сих пор живет здесь.
— Это неплохое занятие для вас, принц. И пока вы получаете деньги, зачем дергаться? Зачем вам видеть Робертса?
Этот вопрос ему не нравится. Он оглядывает меня в монокль:
— Мистер Крэгг, я плачу вам пятьсот долларов за поиски мистера Робертса. Вы хотите и дальше работать на меня?
— Конечно, принц! — заверяю я его. — Я просто пытаюсь побольше выяснить о мистере Робертсе… A-а, вот и девушки!
Они выглядят так, словно в дамской комнате раскурили трубку мира. Я встаю и обращаюсь к Бетти:
— Боже, я только что вспомнил, что мы должны быть на вечеринке у Билла.
— Я как раз собиралась тебе напомнить, — на лету подхватывает Бетти.
— До свидания, принц, — говорю я. — Увидимся через пару дней.
Он хватает Бетти за руку и пытается ее поцеловать. Она вырывает руку.
— Я только что ее помыла, — говорит она ему.
— Но вы оставите свой телефон? Адрес? Мне хотелось бы послать вам цветы.
— У меня аллергия на пыльцу, — заявляет Бетти. — Я терпеть не могу цветы. И у меня нет телефона. Я так и не научилась им пользоваться. До свидания, принц.