Как украсть драконье (сердце) пламя (СИ)

— Так получается, не дракон жег деревни? — удивилась я, стараясь отогнать непрошенные воспоминания.
— Этого точно никто не знает, может, и дракон. Многие видели его над пожарищем.
— Дрейка?
— Наверно, но мне кажется, я видел другого, он был больше. Намного больше.
— Это тебе со страху показалась. Мне тоже казалось, что дракон огромный, но он не такой уж и большой, — махнула головой в сторону самой высокой башни, на которую не долго примеряясь, приземлился Дрейк.
— Не знаю, Лем, может, и показалось, а, может, и нет.
  
Глава 10. Неприятный сюрприз
 
Сколько не вытягивала шею, не смогла увидеть перевоплощение Дрейка, он скрылся за башней. Вздохнула с сожалением. Мне бы хотелось понаблюдать за этим невероятным явлением.
— Не спи, парень, — Ганс снова по-дружески пнул меня, так, что я чуть не свалилась с лавки носом вниз. — Давай приберемся в стойлах и на ужин. Тебе полезен труд и хорошая пища, а то ты совсем хилый, бедолага.
— Лады, — отозвалась, как обычно говорил батя, стараясь вести себя, как мужчина, без расшаркиваний.
Мы с Гансом споро навели порядок в конюшне, временно выпустив лошадей на пустующий двор.
— Ганс, а что, вы их в поле не выпускаете? — спросила, набрасывая чистый настил тяжелыми вилами с длинными зубцами.
— Почему же, выпускаем, но сегодня мне нужно было с господином в деревню, потом тебя встретили, а их без присмотра оставлять нельзя. Сразу убегут к озеру под началом этого плавуна, — конюх кивнул в сторону Поплавка, а тот лишь дернул ухом, не обращая внимания на возмутительные обвинения, — а я за ними не поспеваю.
— Я могу их выпасать, — предложила, сама не знаю зачем, но кое-какие мысли уже зародились в голове. Мне же надо провоцировать дракона, а угон любимых лошадей может и разозлить.
— Слушай, а это идея! — обрадовался мужчина. — Но сначала тебе нужно их к себе приручить, иначе сорвутся, не удержишь, господин Дрейк будет гневаться, — отлично, значит, моя идея должна сработать. — Все, мы сегодня молодцы, пойдем, подкрепимся, — откидывая свои вилы в сторону, проговорил Ганс.
Я была только рада, работа хоть и казалась не тяжелой, но все равно утомила. Сегодня был бесконечно длинный день.
На кухне, куда мы зашли, поклонившись, уже накрыли небольшой стол для работников. На этот раз к нам присоединился Селиван, затем прибежала еще и темноволосая юркая, красивая девушка, которая обожгла злым взглядом стражника и улыбнулась мне. Я улыбнулась в ответ, на мгновение забывшись, но тяжелый, мрачный взгляд здоровяка вернул меня на место. Очевидно, между этим двумя что-то происходит, и мне не хотелось бы вставать между ними. Меня в облике парня могут воспринять за конкурента. А Селиван явно тот, кто из противников делает симпатичные рогалики, готовые к употреблению.
Я старалась больше и не смотреть в сторону Марицы, так представилась девушка, еще и руку мне протянула, кокетливо поглядывая из-под черных ресниц, мне бы у нее поучиться. Руку ей пожимать не стала. Она точно смерти моей хочет, пусть вон Селивану руки жмет, а я жить хочу.
Пока поглощала аппетитные ребрышки и тушеный картофель, с интересом наблюдала за другой любопытной парочкой Гансом и Гретой. Мужчина поразительно часто менял цвет лица от бордового до нормального по мере приближения и отдаления кухарки. Удивительное природное явление, можно вечно наблюдать. Стоило ей подойти к столу, как щеки мужчины краснели, а глаза опускались к столу, но, как только она, легко ступая, и двигаясь, словно танцует, отходила, он внимательно всматривался в каждое ее движение.
Наевшись, я сидела, подперев рукой щеку, и искоса, стараясь не выдавать своего любопытства, наблюдала то за одной парочкой, то за другой. В какой-то момент почувствовала себя лишней, увлеченные друг другом, они и не заметили, как я выскользнула во двор. Мне нужно было подумать, посоветоваться с Искоркой.
— Как мне подобраться к дракону? Я тут, у конюшни, а он там в своей башне сидит, — пожаловалась подруге.
 
— А ты свой облик верни, да покажись ему, и он сам, как миленький, прискачет, — хихикнула Искорка.
— Благодарю за совет, в следующий раз не стоит, — ответила на ехидный смешок, — и вообще, что ему от меня надо? Из-за его странного поведения мне теперь мучится в чужой личине, очень неудобно, — я в очередной раз почесала шею, — и мужчина из меня не получается.
Начала метаться по двору, а мои новые подопечные высунулись из своих стоил и все, как одна, следили за моими метаниями, поворачивая свои жующие мордочки туда-сюда.
— Это ты ведешь себя странно, что ты его боишься?
— Он в дракона превращается, если ты не забыла.
— И что, он людей вроде не ест, наоборот, кажется, неплохой че… дракон.
— Возможно, но его взгляды ввергают меня в панику, я плавиться начинаю, и его прикосновения обжигают! — посмотрела на свою руку, вспоминая, как он ее держал. Никогда в жизни чужие прикосновения не обжигали. Что уж там, меня и огонь не жжет, а его касания воспламенили кожу мгновенно, и в груди было очень горячо. — Может, у меня такая реакция из-за тебя, Искорка? Может, тем, у кого есть огонь внутри, нельзя соприкасаться?
— Глупости какие, никогда о таком не слышала.
— Ну почему тогда я из-за него горю?! — я настолько разошлась, что сказала это вслух и тут же осеклась, когда увидела Дрейка.
Дракон вышел на балкон, оперся локтями о перила, глядя вперед, куда-то за горы. Вид у него был задумчивый, и немного печальный. Меня он не заметил. Я быстро скрылась под тенью навеса конюшни и принялась любоваться. Он очень красивый. К нам в таверну как-то заезжал странствующий бард, и он был красив, но по-другому, тот пестовал свою красоту, а Дрейк очень мужественный, кажется горой против меня даже в моем нынешнем облике, от него веет надежностью и силой, той, которая и присуща именно горам. Им не страшен ни ураган, ни метель, ничто не может сдвинуть их. Не зря люди часто выбирают своей защитой горы и селятся у их подножия. Я готова вечно смотреть вверх, на спокойный, будто каменный облик и вздыхать от невозможного болезненного чувства, которое растекалось в груди. Я потерла солнечное сплетение и с трудом вздохнула.
Еще один судорожный вздох сделала, когда очень неожиданно плеча Дрейка коснулась белая рука с тонкими изящными пальцами. Он повернулся и обнял женщину, подошедшую к нему.
Мои щеки вспыхнули точно сухой хворост, кожу нестерпимо жгло, на глазах выступили горячие слезы, которые я не смогла сдержать. Я сидела, вцепившись в деревянную лавку, на которую успела присесть, пока любовалась мужчиной, и смотрела сквозь влажную пелену, как он обнимает другую.
  
Глава 11. Тайна происхождения Искорки
 
Дрейк
— Почему не ложишься спать? — спросила Ванесса.
— Не хочется, — ответил ей и разжал объятия.
— Ты в последнее время сам не свой, что тебя тревожит? — отвернулся от вопросительного взгляда светло-зеленых проницательных глаз.
— Я, кажется, встретил истинную, — признался, наконец, сам себе, и стало легче.
— Кажется? — недоверчиво переспросила моя собеседница, и я вспылил:
— Тетя, не спрашивай меня об этом. Девушка не ответила мне, она сбежала, скрылась, я не могу ее найти!
— Вот в чем дело, не приняла, говоришь? А ты уверен? — спокойный голос Ванессы нервировал, она не понимает!
— Если бы она не сбежала, можно было бы разобраться, спросить, понять, что чувствует, но разве ее побег не красноречивей любых слов? Если бы она что-то почувствовала, то осталась бы со мной.
— Ты ничего не смыслишь в женщинах, — тихий смешок тети заставил зло рыкнуть. — Она, полагаю, просто испугалась твоего напора.
— Да я и сделать ничего не успел, просто взял за руку, сдерживался как мог! Хотелось сгрести в охапку и утащить сюда. Пытался выяснить, где она живет, предлагал проводить. Она одна была среди поля, ближайшие деревни далеко, не говоря уже о поместьях. Может, попала в беду. Я места себе не нахожу!