Как украсть драконье (сердце) пламя (СИ)

— Воин? Никогда бы не подумал, — кажется, Дрейка задел мой возмущенный отказ. Конечно, с его точки зрения, он оказал мне честь. Личный помощник — это, конечно, почетно, но мне обидно и все тут. — Покажешь мне свои навыки? — дракон хитро прищурил глаза.
— Да хоть сейчас! — хорохорилась я.
— Тогда пойдем во двор, — сказал Дрейк и резко развернулся к лестнице.
Селиван и Ганс стояли возле конюшни и о чем-то говорили. Увидев нас с Дрейком вместе, удивились.
— Селиван, дай-ка нам мечи для тренировок, у нас тут воин завелся, — проговорил злой дракон, а я подумала, что, может, стоило сбегать за стрелой. Вдруг у меня получится наконец вывести его из себя?
Но все опять пошло не по плану! За стрелой сбегать не смогла, хоть и пыталась отпроситься на минуточку, но ржание Селивана отбило всякую охоту покидать поле боя. Он больше остальных потешался над ситуацией. Особенно, когда я лишь со второй попытки смогла поднять тяжелющий меч. Как им сражаться, если он весит больше коня?
И Дрейк больше не злился, а потешался надо мной. Особенно его позабавил момент, когда именно я, окончательно взбесившись, непостижимым образом подняла меч над головой и с криком: «Аааа!» побежала на противника. Тогда этот паразит просто изящно увернулся, а я по инерции полетела вперед, уже заваливаясь на бок, и протесала плечом полдвора. Это было больно.
После я встала, опираясь на меч, а потом бросила его на землю, не желая больше позориться. И направилась за ворота, куда глаза глядят, еле сдерживая слезы.
Дрейк
Прошло время, а Лем все не возвращался. Мне не хотелось догонять его, пусть сначала остынет. Стоял на крыше и думал о том, что сглупил, обидев найденыша. Но его вызов почему-то тронул, захотелось показать ему, что мужчина должен отвечать за свои слова, а не болтать почем зря. Но, похоже, перестарался.
— Хозяин, ты бы сходил за ним. Мальчишка молодой совсем, обидчивый, душа его раненая, сиротская, — тихо проговорил Ганс.
— Ты прав Ганс, я что-то погорячился, зря его проучил.
— Ему полезно будет, — добро усмехнулся конюх, — но не дай ему уйти далеко, пропадет еще в горах, потеряется.
— Хорошо, дружище, я верну его, — потрепал доброго Ганса по плечу и взмыл в небо, перевоплощаясь на подъеме.
  
Глава 14. И снова встретились
 
Дрейк
Полет, как обычно, принес ясность мысли. Сам удивлялся, что на меня нашло, но мальчишка бесил моего дракона. Я столько лет учился держать его в узде, но сначала появление Салемы выбило из колеи, а теперь и этот нелепый парень. Кажется, он что-то скрывает, но при этом его наивное любопытство подкупает.
Пролетел пару раз над долиной, странно, куда он делся? Что-то тянуло к дальнему оврагу, чутье не подвело, на его дне, пробитого руслом небольшой реки, сверкнула белая рубашка и рыжие волосы. Внутри все обожгло. Это она!
Салема
Дурак! Шла, пиная ногами все, что попадалось на пути. Сама, конечно, виновата, зачем устроила все это? Отмутузить его захотела, как же. А подумать не бывает. Он умелый воин, а я только деревянный меч в детстве в руках и держала. Но меня безумно разозлило его предложение стать его служанкой.
— Глупая, он сам дал тебе возможность подобраться поближе, а ты бунтуешь! — ругала себя.
— Тогда что ты злишься? Тебе пора закончить это испытание и вернуться домой, — поддакивала Искорка.
— Не хочу возвращаться! — выкрикнула вслух. — Мне здесь очень нравится, — добавила тише.
— Понимаю, — отозвалась Искорка.
В очередной раз пнула какую-то ветку и ахнула, совершенно неожиданно оступившись. Передо мной вдруг возник обрыв, и я кубарем полетела вниз, вскрикивая на каждом бугре. В какой-то момент зацепилась за корягу веревкой, на которой висел скрывающий амулет, захрипела от удушья, но веревка лопнула, и я полетела дальше.
Долетев до дна оврага, я с трудом пришла в себя. Болело все, но особенно саднили ноги, которые я, пытаясь затормозить, ободрала о выступающие корни и мелкие сучки, валяющиеся повсюду. Самое ужасное в этом падении была потеря кулона, как же мне без него вернуться в замок?
 
Не выдержала и заревела, размазывая грязь на лице, смешанную с горючими слезами. Я не знаю, что теперь делать! Настолько увлеклась жалостью к себе, что не заметила, как оказалась не одна.
По дну оврага ко мне осторожно приближался Дрейк. Дернулась в испуге, хотела убежать, чтобы он не видел меня такую лохматую, грязную, с многочисленными царапинами.
— Постой, не убегай! Я хочу помочь, — Дрейк медленно подошел, вытянув руки вперед в успокоительном жесте, словно обращался с пугливой животинкой. — Что случилось?
— Не видишь? В овраг упала, не заметила обрыва, — дерзко ответила я.
— Не удивительно, овраг находится на границе моих земель, а границы размыты. Ты как? Больно? — он потянулся к моим оцарапанным ногам. — Ты от кого-то убегала? Чем я могу помочь? Если тебе нужен кров, пойдем в мой замок. Тебя обижают? Я убью каждого, кто дотронется до тебя хоть пальцем! — распалился мужчина, а я не могла отвести от него глаз.
Его взгляд изменился, на Лема он смотрел добродушно и смешливо, но на Салему вопросительно, нет, скорее требовательно, жадно. И я терялась под этим взглядом.
— Держись, — он вдруг сгреб меня с земли и куда-то понес.
— Поставь на место! — попыталась вырваться, его близость заставила мою кожу гореть, сильные руки прижимали к могучей груди, и я чувствовала, как внутри поднимается яростная горячая волна, грозящая затопить меня всю. Но чем? Злостью или радостью?
— Потерпи, — непонятно было, кому он это говорит. Мне или себе?
Он донес меня до пологого берега реки, постоянно норовя зарыться в мои волосы носом, обжигая дыханием. У воды осмотрелся и, заприметив крупный камень у самой кромки, усадил прямо на него. Сам зашел по колено в воду, снял с меня башмаки и опустил мои босые ноги в прохладную рябь неторопливой реки. Чуть не застонала от удовольствия.
Мало того, он принялся, легонько касаясь, отмывать грязь с моих израненных лодыжек. Я остолбенела, пораженная непередаваемыми ощущениями ласки и наслаждения. Когда Дрейк оторвался от созерцания моих болячек и поднял глаза, я даже отпрянула, увидев в них дикий огонь. Мне показалось, мужчина набросится на меня или его дракон меня съест. Интересно, драконы едят людей или это все выдумки? Было ощущение, что если и не едят, то сейчас начнут.
Он протянул руку и тыльной стороной ладони провел по моей щеке.
— Я напугал тебя? — молчу, он и сейчас меня пугает, когда смотрит, словно голодный зверь. — Прости, Салема, обычно я сдержанный, но с тобой… — он запнулся, и совсем тихо добавил: — теряю голову.
— Меня пугает дракон, — выдавила я, но тут же пожалела. Затухающий огонь вспыхнул в его глазах с новой силой, и я осеклась.
Он оперся руками на камень с обеих сторон от меня и буквально прорычал мне в губы:
— А что говорит твой дракон? Он боится меня? — я всхлипнула. Этот Дрейк меня пугал и завораживал одновременно, хотелось податься вперед и поцеловать или бежать, сверкая пятками.
— Мой дракон? — до меня не сразу дошел смысл его вопроса.
— Да, — от простого слова меня окатило жаркой волной, слабость растеклась по телу, и я прикрыла глаза, не в силах больше сражаться с бушующим морем его взгляда.
Он так близко, лишь протяни руку. Очевидно, все воришки размышляют подобным образом. Видят чужое и мечтают забрать. Обычно это заканчивается трагично. Решительно открыла глаза, снова чуть не утонула, но нашла в себе силы сказать:
— Мне нужно идти.
— В этот раз ты от меня не сбежишь, — Дрейк отстранился, выровнявшись.
— Я потеряла ценную вещицу, здесь на склоне, мне необходимо найти ее, — попыталась перевести тему.
— Помогу, как она выглядит? — получилось.
— Как прозрачная слеза на обычной веревке, — сказала это и нахмурилась, поняв, что найти амулет среди листвы и травы нереально.