Мой избранник (СИ)

— Изучаешь? — удивилась она. — По-твоему, у этого растения остались какие-то скрытые тайны?
«Мелкий, вытащи корень. Не выдёргивай, а просто аккуратно вытащи.»
— Да.
И на этих словах он, по мнению профессора, «неправильно», достаёт из горшка мандрагору. Вопреки ожиданиям окружающих, наш корешок вовсе не завизжал, а тихо, мирно повис в воздухе. Причиной такого необычного поведения было то, что я вёл трансляцию цветку о том, что бояться ему нечего и вообще всё хорошо. Видимо, меня услышали. Помона же, понаблюдав некоторое время за поведением корня мандрагоры, изумлённо спросила у мелкого:
— Как ты это сделал? Ещё никогда мандрагора не вела себя так тихо вне горшка.
— Ну как же, профессор Спраут. Они ведь тоже живые. И тоже чувствуют. А их за стебель да рывком из тёплой земли. Я бы на их месте тоже молчать не стал.
— Но это же невозможно! Мандрагора всегда кричит.
— Разве? — спросил Гарри и в подтверждение потряс мандрагорой. Всё. Клиент готов, можно уносить.
Пересадив мандрагору, Гарри снял фартук и отправился в Выручай-комнату, ведь следующим уроком были чары. А зная, чем они для нас обернутся, мы здраво рассудили, что отбирать у профессора его работу — это, как минимум, не хорошо.
Уже в комнате мелкий принялся чертить на полу, спроецированную мной на очки сложносоставную руну. Это были специальные чары для наложения специфических заклинаний на доспех. Что тут особого? А то, что эта магия должна установить на доспехе ментальный канал, соединённый со мной. Таким образом, в теории, я должен был взять доспех под полный контроль.
В течение часа Гарри кропотливо рисовал руну, после чего положил в её центр местный полностью закрытый доспех, аля из «стального алхимика».
— Что теперь? — поинтересовался он, вытерев со лба пот.
«А теперь, взял меня в руку и смотри».
Мелкий так и сделал, предварительно заказав себе кресло у Выручай-комнаты, в которое и уселся. Я же начал накладывать на доспехи чары крепления соединения, превращая отдельные железяки в единый магический механизм. Накладывал исключительно для тестов и проверок. То есть, на живую нитку. Пускай в случае чего просто развалится, нежели устроит здесь погром.
На подготовку ушёл ещё один час. Наконец я активировал чары. Руна засветилась синим и в следующее мгновение я почувствовал, как получил ментальный контакт с новым объектом. Так, первый шаг сделан, идём дальше.
Немного повозившись с ментальным каналом и стабилизировав его, я попытался поднять руку. В итоге поднялась нога... аж на сто восемьдесят градусов. И с такой скоростью, что просто напросто оторвалась и улетела.
— Аид? — вслух спросил мелкий, проследив за полётом ноги.
«Не отвлекай,» — бросаю, погружаясь в проблему.
Так, значит эти контуры отвечают за общую моторику, а вот эти... хм... попробовав пошевелить пальцами рук, увидел, как голем задёргался всем телом, словно эпилептик. «Стоп! Не понял?!» — пронеслось в голове. Развернув схему в своём внутреннем мире, чешу в затылке. — «Мля-я-я-я...»
«Работает?» — спрашивает Гарри, с интересом наблюдая за дёргающимся доспехом.
«Не со-все-е-ем.»
«В смысле?»
«В прямом. У меня руны задом наперёд стоят, вот его и дергает.» — Гарри на секунду завис, а после, дико хохоча, свалился на пол. — «Ну чё ты ржёшь? Что ты ржёшь? Овса дать?»
«Не... не... не надо,» — сквозь смех просипел мелкий.
«Тогда хватит угорать. Я, чтобы ты знал, в первый раз работаю с подобными схемами. И они исключительно моего авторства!»
«Ха-ха-ха... ты... ты разве не занимался подобным?»
«Гарри, я много чего делал, и ещё больше делали с моей помощью. Но ещё никто не пытался напрямую контролировать своего голема или марионетку, используя для этого ментальный канал! Так что считай, что я открываю новый вид големов — ментальноуправляемые!»
«Ну, чары подвижности мог бы и скопировать.»
«Я тебе по-рус... в смысле, внятно объясняю, что нет таких чар. Мне самому их делать надо. Принятые чары движения сюда не подойдут, так как они идут по шаблону и строго по одной программе. Или не по одной, но всё равно по программе. А она напрямую завязана с чарами подвижности из-за чего конечность не может совершить движение, выходящее за рамки программы. Это — одна из основ големостроения. Мне же нужна большая вариативность для совершения нестандартных движений.»
 
«Нестандартных?»
«Да хоть жесты! Ни одного голема или марионетку не запрограммируют на „дай пять“. Или на жест „всё ок“, или что-то ещё. Программа обычно выглядит так: „иди туда, делай это“, при условии, что „это“ будет в условиях программы. Например: ты скажешь голему вскипятить чайник. Допустим, ты дал ему знания для этого. Но заложенные в программу алгоритмы не позволят ему этого сделать! Нет, есть, конечно, сложные программы, в которой количество команд на выполнение значительно выше и тот же чайник вполне обыденное дело... Но всё равно — это идёт программа. Сложная, но программа, что мне не подходит. Поэтому и приходится составлять новую схему с нуля, и подгонять её под себя.»
«Прости. Мне это слишком сложно...»
«Ла-а-адно, проехали,» — чуть доделав схему, а также поставив ограничитель на силу движений, я приступил к повторению опыта.
Снова сияние, новая активация защитного барьера и новая попытка пошевелить рукой. Ноль реакции. Ещё раз. Ничего. Хм-м... А ногой? И тут ничего. Та-ак. Проверив ментальный канал, убедился, что он работает как надо и все руны готовы к работе. Тогда почему же ничего не работает?
Снова начинаю проверять, но останавливаюсь на недавно поставленном ограничителе. Из интереса переключаю чувствительность на одну единицу и пробую снова. Рука резко идёт вверх, после чего улетает. Так, проблемой меньше. Рука двигалась, значит схема работает исправно. Но что случилось?
Развернув схему ограничителя, проверяю составные элементы. Странно, всё на месте. Начинаю разворачивать схему каждого отдельного элемента. Спустя пять минут отвешиваю фейспалм. Для отладки и настройки чувствительности рун, местные используют в ограничителях сотенные, реже тысячные числа, и это для «тонких» настроек. (Вздрагиваю в ужасе). Эти настройки проходят на уровне чар, из которых и состоят руны. Я же по незнанию составил руну из совершенно разных чар, предполагая теоретическую совместимость, отчего и получился такой бред: Вместо того, чтобы увеличить базовую чувствительность на одну единицу, увеличение происходило на целую тысячу. А так как я делаю по принципу: «запас карман не тянет», то и вышло, что ограничитель работал только в двух режимах, аля этакий переключатель. Либо А, либо Б. То есть: либо максимум, либо никак.
Проанализировав информацию ещё раз, мне захотелось материться, да на нескольких языках. Ведь я совершенно случайно нашёл такую проблему, что аж плакать хочется. Как минимум половину тех непроверенных заклинаний, которые я на изобретал, мне теперь придётся проверять с нуля, на более глубоком уровне, иначе может случиться непоправимое...
Но нет худа без добра. Если посмотреть на эту проблему с другой стороны, я открыл новый способ оперирования магией. Этот способ открывает новые возможности... нет, не просто новые, а феноменальные!!! Но... но, чёрт возьми, эту новую ветвь развития магической науки, нужно ещё развить. И прописать её законы. А это значит, что меня ждут сотни, если не тысячи опытов. Мля-я...
«Всё, Гарри. Можешь возвращаться в башню,» — обречённости в моём голосе наверно хватило бы на половину факультета. Ведь хоть передо мной и открылись огромные перспективы, но до них ещё нужно доползти... если мозгов хватит.
 
«Аид? Что такое?»
«Я только что понял, как сильно попал.» — Гарри не ответил, но в эмофоне я чётко уловил сочувствие. Эх... печаль-беда.
*** 
Двое студентов спешили на урок трансфигурации и уже видели свою цель. Открыв дверь кабинета, они пулей залетели вовнутрь, чтобы тут же замереть столбом. Затемнённое помещение, аромат зелий из котлов и злое лицо профессора Снейпа напрочь разрушили их внутренний мир.