Мой избранник (СИ)
— Хорошо, директор, — покладисто согласился мелкий. И, кивнув на прощание МакГонагалл, вышел за дверь.
«Обратил внимание на её лицо?» — посмеиваясь, интересуюсь у мелкого.
«Ага. Интересно, с чего это она так резко стиль поменяла?»
«А ты уверен, что это она?» — с нотками ехидства, отвечаю вопросом на вопрос.
«Они?»
«Они-и-и,» — в ответ Гарри лишь тяжело вздохнул. Э не-е-е, так дело не пойдёт. Срочно меняем тему. — «А ты молодец. Так поставить на рога, даже я бы не смог. Растёшь на глазах, мелкий.»
«Завидуешь?»
«Нет. Тебя подбадриваю. Да и не нужно оно мне.»
«Ага. Тебе нужно, чтобы я постоянно от девчонок получал.»
«Ну начало-о-ось. Сколько ж можно? Подумаешь, немножко по лицу схлопотал. Неужели зрелище того не стоило?»
«Какое зрелище? За ту подставу в поезде ты мне ещё ответишь,» — пригрозил он.
«Да ла-адно, сам виноват, что ничего рассмотреть не успел. Не надо было отворачиваться.»
«Аид!»
«Что?» — и заговорщическим тоном, продолжаю тролить. — «А знаешь, у меня картинки остались. Хочешь посмотреть?»
— АИД!!! — возмутился мелкий, а я расхохотался. Ну, судя по реакции, больной пошёл на поправку.
***
Кабинет директора. Через минуту после ухода Гарри.
— У тебя ко мне какое-то дело, Минерва? — спросил Дамблдор, осмотрев возмущённую МакГонагалл.
— Альбус, вы только посмотрите! — она указала на своё лицо.
— А что? По-моему, неплохо, — не скрывая улыбки, ответил Альбус.
— Это не неплохо — это возмутительно! Я просто не ожидала такого от учеников.
— Близнецы? — сделал самое очевидное предположение Альбус.
— Нет, не думаю, — задумчиво протянула Минерва. — Они бы до такого точно не додумались, я ведь не первый год их знаю. Скорее всего, у нас появились новые шутники.
— Пожалуй, вы правы. Но должен признать, что их шутка-дебют удалась. Вам даже идёт, Минерва, и смотритесь вы довольно мило, — смущённая таким ответом, женщина слегка покраснела и отвела взгляд.
— И что же теперь, Альбус? Не оставлять же эту выходку безнаказанной?
— Разумеется нет. Но вот наказывать их стоит не сильно,— после этого в кабинете на минуту воцарилась тишина.
— Альбус, — нерешительно начала МакГонагалл, — А вы правда считаете, что мне идёт?
— Ну как же, Минерва? Как-никак — это ваш второй облик. Но не кажется ли вам, что кому-то уже пора на урок?
— Тогда я пойду, директор?
— Конечно. Всего доброго.
***
А тем временем где-то.
— Вот... так! — радостно пискнула одна из сестёр, дорисовывая кистью змеиные клыки на губах уснувшего под заклинанием профессора.
— Ная, скорее заканчивай! — раздалось из личной лаборатории профессора зельеварения.
— Сейчас! Уже бегу, — тут же ответила пикси и перелетела к заглядывающей в котёл сестре.
— Как ты думаешь, какое это зелье? — кивнула Мая на содержимое котла.
— Не знаю... Давай выясним?
— Ага. А заодно и испытаем.
Через пять минут.
— Надо же. Всего лишь слабенькое бодрящее зелье... а я-то думала что-то осо-о-обое, — разочарованно пробормотала Мая.
— Короче, фигня, — заключила Ная и, бросив недовольный взгляд на спящего, продолжила. — Жаль, что папа его трогать запретил.
— Да, запретил... — грустно подтвердила вторая, но тут же оживившись, добавила. — А вот про вещи разговора не было!
— Думаешь? — задумчиво спросила Ная.
— Вообще-то, сомневаюсь.
— Слушай, а давай тогда поможем профессору? Усилим его!
— Кого? Профессора?
— Да не, зелье. Сделаем это... как его...
— Эксклюзив? — предположила Мая.
— Да какой эксклюзив? Не. Во, вспомнила! Доброе дело! Давай?
— Давай!
***
Утро. Гостиная Хаффлпафф.
Дети факультета неторопливо собирались в гостиной. Староста передала, что их декан, мадам Спраут хотела бы сделать небольшое объявление.
Вскоре, когда большая часть учеников собралась в гостиной, в комнате появилась улыбающаяся декан, на лице которой был необычный макияж из цветов. Голоса в гостиной тут же стихли, а дети заинтересованно начали рассматривать узор. Особенно любопытствующие взгляды бросала женская половина факультета. Нельзя было не отметить, что этот узор отлично шёл профессору, что тут же подметили ученицы. Красивый, тонко выполненный макияж развеивал устоявшийся образ профессора, добавляя в него новые яркие краски.
— Профессор Спраут? — наконец, спросила одна из учениц. — Вы поменяли стиль?
— Можно сказать и так. Это подарок. Приятный сюрприз на мою годовщину. Пятьдесят лет работы в школе. И я очень рада, ребята, что в нашем, безусловно дружном коллективе вы не забываете своего декана и помните даже такие незначительные для вас даты, — улыбаясь, произнесла она. — А ещё я хотела бы увидеть авторов этой красоты и добавить им баллы, — дети начали переглядываться и шушукаться. Но признаваться в авторстве никто не спешил.
— Ребята, я понимаю, что этот подарок от лица всего факультета, но авторы идеи, вместе с её исполнителями, честно заслужили свою награду.
Дети активно переговаривались, но даже, если кто-то и знал зачинщика, то выдавать явно не собирался, чему Помона мысленно радовалась. Конечно, жаль, что автора этой работы найти не удалось, но очень хорошо, что никто не стал никого выдавать. Ведь настоящие барсуки делят не только наказание, но и награду.
— Ну, раз никто не желает брать эту заслугу на себя, то давайте поддержим эту замечательную идею, и немножко, совсем чуть-чуть, нарушим правила. Но только на один день. Я договорюсь с директором, и это не будет считаться нарушением.
Дети идею активно поддержали, в том числе и старшекурсники, точнее старшекурсницы. И лишь две маленькие фигурки, случайно увидевшие это представление, тихонько бились головой об стенку, рассчитывая совсем не на такую реакцию.
***
Уже целую неделю мои малышки только и делают, что изучают замок, и мало-помалу чудят. В детали я не вдавался, но одним глазом присматривал. Как-никак, а эти две живые души мои, и именно я несу за них ответственность.
И хоть я за ними присматривал, это вовсе не мешало мне заниматься своими исследованиями, ведь не менее интересно было наблюдать за пересадкой мандрагоры. Что тут интересного? А то, что это растение имеет ментальную составляющую, что говорит о наличие разума. Вывод: растения разумны. Насколько? Вот это я и пытаюсь выяснить, пока Гарри одной рукой подготавливает горшок для мандрагоры, а другой держит меня над растением.
— Гарри, что ты делаешь? — не выдержала Помона Спраут. А ведь до сих пор она ходит в том самом гриме. Вообще, вся эта история с гримом — просто небольшая шалость моей мелюзги. Эта пара за сутки умудрилась разукрасить весь преподавательский состав школы. И если к большинству преподавателей они отнеслись с юмором (хоть краска и плотная, но в тему), то на лбу Златопуста было большими буквами написано: «ЛЖЕЦ».
Да, были негодующие, но были и те, кто это оценил. Помона посчитала это шалостью своих барсучат и с гордостью ходила в гриме. Сами барсучата, кстати, тоже удивили. Подыграв преподавателю, целый день по школе ходил целый факультет кошечек, собачек, барсуков, хомячков, цветочков, мышат и прочей живности. Ха-ха. Я никогда не забуду лица моих малышек, когда они хотели напакостить, а вышло совсем наоборот. МакГонагалл, по ей одной видимой причине тоже почему-то не хотела стирать свой макияж, хотя поначалу и возмущалась. А вот Флитвик... Флитвик во всю воспользовался открывшимися возможностями и по полной отрывался на уроках.
— Изучаю мандрагору, — ответил Гарри на вопрос профессора, не отвлекаясь от процесса.