Камни, веер, два меча (СИ)
— Только упорный труд, только борьба с каждым кэн скального грунта кормит наших детей. А судьба не поможет, она слепа!
Я снова оглянулся на Руэну. Та уже как ни в чем не бывало разглядывала каменные своды, но на словах о слепой судьбе ехидно улыбнулась и протерла глаза.
Из зала мы перешли в наклонную галерею. Прошли по ней несколько сотен шагов, минуя множество развилок, и, наконец, уперлись в большую дверь, перекрывающую проход.
— А зачем? — удивилась Руэна. — От каких врагов вы обороняетесь?
— Это не от врагов, — скупо улыбнулся Мичи. — Это как раз от превратностей судьбы. Если на нижнем уровне после плясок каму пойдет вода, или того хуже— лава, эти ворота…
— Помогут вам спастись?
— Помогут тем, кто выше уровнем, сбежать. Ворота запираются с одной стороны. Если кто-то духом слаб и откроет ворота, пытаясь спастись, он погубит тех, кто находится выше. Тех, у кого еще есть возможность выжить. Как видите, мы и тут не полагаемся на случай!
Юко посмотрела на меня так, словно вспомнила одну очень важную вещь. Она порывалась мне сказать, но видимо хотела сохранить это в тайне от проводника, а наклониться ко мне и сказать шепотом не позволили рамки приличий. Приятно видеть, что и женщины способны придерживаться рамок!
В полном молчании мы обдумывали услышанное и шли дальше. Так в тишине преодолели еще двое ворот, спустились по узкому рукотворному лазу со ступенями. Становилось жарко. Стены все более узких галерей были покрыты влагой. Дышать стало труднее. Еще несколько развилок, ворота — и мы оказались в широком, но довольно низком зале. До свода можно было достать рукой, встав на цыпочки. Это создавало ощущение, что потолок давит сверху. Тут и там лежали аккуратно сложенные в пирамиды куски породы. На стенах, полу и даже потолке виднелись следы обработки, хаотичные — безо всякой системы.
— Ну, что же, моя миссия выполнена, — провозгласил проводник. — Мы на нижнем уровне копей.
Син-тар задумчиво потер переносицу.
— Достойный Мичи, — наконец сказал он. — Мне нужен ваш совет.
— Чем могу помочь син-тару? — спросил проводник.
— У меня престраннейшее задание от покойного тара. Нужно начертать… гм… несколько слов. Какое место подойдет здесь лучше всего? Дабы не оскорбить ни каму, ни кого-либо из твоего народа?
У Мичи отвисла челюсть. Он надолго задумался над ответом, а потом внезапно улыбнулся. И улыбка эта лично мне показалась не очень доброжелательной:
— Господину син-тару стоит задуматься, прежде чем так шутить в сердце гор!
Руэна почесала подбородок и вдруг просияла:
— Торн, моя прелесть, покажи-ка мне свиток еще раз!
Я вздрогнул. Ну что за обращение к син-тару? Будь ты хоть трижды оберегающая, но нужно же понимать границы. Впрочем, Торон не протестовал. Более того, он с готовностью снял с шеи футляр со свитком и передал его Руэне.
— Так, — сказала оберегающая. — Вот тут. Бла-бла-бла… Начертай свое гордое имя на нижнем уровне копей. А нафига писать имя на камнях, когда можно просто написать на чем-то ещё?
— Что значит «нафига»? — уточнил Торн
— Да ты в корень смотри!
— Какой корень? — окончательно запутался син-тар.
— В тот, что незачем писать что-то на камнях. Нет тут такой задачи!
Торн забрал у Руэны свиток. Внимательно прочитал его. Потом ещё раз. Потом молча снял обмотки с головы, вытащил кинжал, отрезал им кусок от обмоток, уколол свой палец и быстро написал своё имя на ткани. Задумчиво пососал палец и сказал:
— Что бы я без тебя делал, Руэна?!
— Осваивал бы новые сорта кислого вина в павильоне веселых сестёр, — в тон ему ответила оберегающая.
Они усмехнулись друг другу.
— Достойный Мичи, — посерьезнел син-тар. — А каму или рудокопы не будут против грязной тряпки, которую я тут оставлю?
Словно в ответ на его слова пещера дрогнула. Со свода посыпались струйки мелкого камня. Даже при неярком свете лампы проводника было заметно как тот побледнел.
— Пляски, — выдохнул Мичи. — Быстро за мной!
Он побежал к ближайшему ходу. Мы бросились за ним. Пол снова дрогнул так, что все полетели на пол. Я здорово приложился головой, а Юко покатилась по полу. Я подхватил её и практически понес на себе, пока она трясла головой и кое-как переставляла ноги. Девушка что-то пробурчала и попробовала вырваться, видимо пришла в себя. Но тут галерея покачнулась и мы с размаху впечатались в стену. Кое-как поднявшись на ноги, побежали дальше, но сразу за поворотом уперлись в охранную дверь.
— Мы же шли не этим путем! — нахмурился син-тар.
— Так короче, — отмахнулся проводник, открывая створку.
— Мы пойдём впереди, — сказал Торн.
— Как будет угодно господину син-тару, — сквозь зубы ответил проводник.
Мы прошли мимо Мичи, придерживающего дверь. Он вошел следом за нами и запер ее за собой.
— Теперь быстрее! Толчков больше нет, но это может значить, что следующие будут сильнее. На следующей развилке направо, потом еще одна развилка — направо и там до двери.
Торн зажёг свой фонарь и побежал вперед. Следом Руэна, Юко и я. Первая развилка, вторая. Вот она — дверь. Выглядела она как-то иначе. Не так как предыдущие. Проводник нагнал нас, подошел к двери и отпер ее, скрипнув засовом. Мы вошли в открывшийся проем. И тут Мичи со словами «Всего хорошего» закрыл дверь с той стороны. Лязгнул замок. Я развернулся и с размаху ударил плечом в дверь. Та даже не дрогнула. И тут я понял, чем отличалась эта дверь от предыдущих. У прочих запирающие замки были с другой стороны.
— Картина Репина «Приплыли», — протянула Руэна.
Никто не стал уточнять у нее, что за достойный человек Репин и куда приплыли, чем оберегающая, судя по всему, была разочарована.
— Я не понимаю, — сказал Торн. — Какой смысл нас тут запирать? Тут есть, конечно, нечего, но несколько дней мы вполне продержимся. Все равно кто-нибудь придёт.
— А вы заметили, что дверь запирается с другой стороны, а галерея ведет вниз? Вдруг кто-нибудь придёт не из рудокопов — сверху, а какая-нибудь подземная тварь — снизу, — предположил я.
Руэна фыркнула и обернулась к Торну:
— Это не шахта, это склеп! Веди нас, серый странник!
— Хватит болтовни, — ворчливо ответил тот. — Наша жизнь определенно в опасности. По-моему, самое время применить твою магию!
Оберегающая потерла подбородок и что-то бормоча под нос покрутила рукой около двери.
— Не могу открыть, — сказала она наконец. — Возможно, какая-то защита… Давайте отойдем подальше, попробую кое-что ещё.
Мы послушно проследовали за ней по галерее и вошли в небольшой зал. Я зажег свой фонарь. Два светильника рассеяли черноту подземелья, и каменные своды проступили из темноты. Пещера была небольшая, вытянутая, где-то кэн десять в ширину и около тридцати в длину. Я поднял фонарь над головой, и тени испуганно попрятались по углам. Казалось, что они затаились и злыми чёрными провалами глаз наблюдают за нами. Не только мне стало не по себе — Юко зябко повела плечами и зачем-то прищёлкнула пальцами левой руки. Руэна крутила головой, словно услышала тихий звук и пыталась понять, с какой стороны.
— Не получается, — с тревогой в голосе сказала она. — Я не чувствую инфополя. Хотела посмотреть карту пещер. Не вижу. Зелёная муть какая-то перед глазами. И ещё, чем здесь пахнет? Падалью какой-то!
Я принюхался. По пещере разливался сладковатый запах. Действительно, похожий на гниющее мясо, но какой-то другой.
Юко подергала ворот своего халата.
— Не чувствую никакого мяса. Мне нехорошо… нечем дышать.
Торн с тревогой посмотрел на нас. Я глянул вниз и заметил, что пол покрыт сетью трещин. Син-тар тоже опустил голову, встал на колени и принюхался.
— Похоже, какой-то яд сочится снизу, надо уходить! — скомандовал он. — Отсюда три выхода. Руэна, ёкай с картой, положимся на удачу, куда идти? Руэна?
Я оглянулся на оберегающую. В глазах на мгновение потемнело, потом прояснилось. Руэна стояла на коленях и качалась из стороны в сторону, как дерево на ветру. Чуть дальше за ней стояла Юко. Она смотрела на меня не отводя глаз. Моя невеста обошла оберегающую и плавной походкой пошла ко мне.